Все впереди - Барбара Тэйлор Брэдфорд

— Нам придется снова начать стряпать дома. У нас нет выбора.

— Ты права, Мэлли. — Она посмотрела на меня долгим взглядом.

Ричард начал меня расспрашивать об «Индейских лужайках», как мне пришло в голову начать этот бизнес с магазинами, и я стала ему рассказывать.

Он упомянул дневник Летиции и признался, что нашел его очень интересным.

Сэра слушала, как мы разговаривали, иногда тоже принимала участие, иногда выходила и Приносила бутылку вина из кухни и наполняла наши бокалы.

В какой-то момент она вернулась из кухни и сказала:

— Я поставила запеканку разогреваться в духовку. — Сэра состроила забавную гримаску. Мы все рассмеялись.

Позже, когда я сама вышла на кухню, чтобы посмотреть, как разогревается обед, Сэра последовала за мной.

— Я могу это сделать, действительно могу, — сказала я. — Иди и составь Ричарду компанию.

— Он не скучает. Он рассматривает книги на полках. Послушай, я хочу тебе что-то сказать.

Ее голос звучал очень странно, я повернулась, чтобы посмотреть на нее.

— Что такое?

— Очень приятно слышать, что ты снова смеешься, Мэл. Я не слышала твоего смеха годами. Это все, что я хотела сказать.

Я стояла и смотрела на нее любящим взглядом, понимая, что она говорит правду.

Получилось так, что смех был лейтмотивом того вечера.

Ричард Марксон обладал хорошим чувством юмора, так же как и Сэра, и их пикировка была стремительной и бурной. В какой-то момент они были такими забавными, что заставили меня смеяться до слез, и мне пришлось даже подождать с подачей запеканки из опасения уронить ее.

Я присела на секунду за стол, стараясь успокоиться, и посмотрела на них обоих, подумав, какими они кажутся подходящими друг другу. Меня поразило, что он был самым приятным человеком, которого Сэра когда-нибудь привода в наш дом, и было явно заметно, что она ему нравится. А почему бы и нет? Моя Сэш прекрасная и обаятельная, иногда просто неотразимая, например, сегодня. Она был неподражаема.

Поднявшись, я снова пошла к духовке и принесла запеканку.

Сэра предложила:

— Почему бы не поставить блюдо в середину стола, Мэл? Мы можем сами себе положить куски.

— Хорошая идея, — согласился Ричард.

Я сделала, как предложила Сэра, и села за стол.

Выпив глоток вина, я наблюдала, как Ричард положил себе на тарелку кусок запеканки с блюда. Как ужасно, что у нас с Сэрой на большее не хватило фантазии. Но откуда мы могли знать, что он постоянный клиент отдела «Блюда на вынос»? Я склонилась над своей тарелкой, и немного позже, когда взглянула краем глаза на него, заметила, что он ел запеканку с удовольствием.

Уже когда мы приступили к сыру и зеленому салату, Сэра снова обрушила на него огонь своего остроумия. Откинувшись на стуле, она спросила внезапно:

— Как давно вы стали проводить уик-энды в этих местах, Ричард?

— Почти год назад.

— Ваш «кейп-код» выглядит снаружи очаровательно. Он вам принадлежит?

Он отрицательно качнул головой.

— Нет, это аренда. Кэти Саунд нашла его для меня и…

— Кэти тоже была нашим брокером при покупке «Индейских лужаек», — вмешалась я. — Она поразительная женщина, не правда ли?

Он улыбнулся.

— Да, и я начал говорить, что она искала мне дом, который я хотел купить, но все оказались для меня слишком большие.

— О, значит вы живете здесь один? — Сэра взглянула на него вопросительно.

— Я одиночка, — сказал он. — И естественно, не хочу большой дом, чтобы блуждать в нем одному.

— Это понятно, — пробормотала Сэра. — Я бы чувствовала то же самое. Но, конечно, я приезжаю сюда каждый уик-энд, чтобы пожить здесь с Мэл. — Она помолчала, а потом добавила: — Я никогда не была замужем, а вы были женаты?

— Нет, не был, — сказал он. — В качестве журналиста я путешествую по всему свету, до последнего времени был заграничным корреспондентом, и, я полагаю, слишком поглощен своей работой, чтобы думать о том, чтобы остепениться. Я вернулся в Штаты три года тому назад и стал работать в «Ньюсуик». — Он сжал губы и пожал плечами. — Я решил, что довольно мотаться по заграницам. Меня потянуло домой, в старый маленький Нью-Йорк.

— Вы родом из Нью-Йорка? — спросила я.

— Родился и учился в нем. Вы тоже, не так ли, Мэл? А вы, Сэра?

— Да, — ответила я. — Мы обе.

— Мы дружим с младенческого возраста, — засмеялась Сэра. — На самом деле, можно сказать, что мы неразлучны с детской коляски. Кстати, что вас занесло сюда, в этот лесной край?

— Перед тем как поступить в Йель, я учился в Кент-Скул и всегда любил эти места. По моему мнению, северо-западные холмистые окраины Коннектикута — это Господня земля.

41

Коннектикут, январь 1993

В тот вечер, когда я встретила Ричарда, я была уверена, что он интересуется Сэрой, а не мной. Но не прошло и нескольких недель с начала нашего знакомства, как он абсолютно дал мне понять, что его привлекаю я. Он сказал, что ему нравится Сэра как личность, что он находит ее восхитительной, но и только.

Я была так поражена, что неуверенно проговорила, что она будет расстроена и обижена этим. Ричард убедил меня в обратном: он заметил, что она также не испытывает к нему особого интереса.

Это тоже меня несказанно удивило; в конце концов, она моя самая старая и лучшая подруга. Я очень близко ее знала, так же хорошо, как себя самое. Я была совершенно уверена, что он плохо понял ее.

Но он был прав.

Когда я спросила Сэру о Ричарде, она подтвердила, что он не в ее вкусе.

— Славный мужчина, слишком славный, Мэл, — так она сказала. — У меня ужасное подозрение, что я всегда влюбляюсь в таких подонков, как Тони Престон.

Придя в себя от удивления, я обнаружила, что согласна продолжать с ним видеться. Но я действовала очень осторожно. Я понимала, что еще нескоро смогу впустить его в свою жизнь. Вот уже четыре года я была одна и не видела причин что-нибудь менять.

Но, как сказала Сэра, Ричард был славным мужчиной, добрым, пылким и внимательным, и он меня веселил. Его характерный суховатый юмор постоянно вызывал у меня улыбку, и я обнаружила, что живу в ожидании его визитов в пятницу, субботу, а иногда и в воскресенье, когда он приезжал на уик-энд. И тем не менее, мне приходилось себя сдерживать.

Конечно, я знала, что он понимает это. Он был слишком проницательным, чтобы не понять, что я боюсь завязывать более близкие отношения, и по многим причинам.

Он знал обо мне все — и то, что случилось с моей семьей. Он никогда не говорил об этом прямо, только исподволь. Но он был газетчик, и очень хороший, и в декабре 1988 года жил в Лондоне. Известие об убийстве моего мужа и детей было и там напечатано во всех газетах, так же как и здесь.