Город Бессмертных. Трилогия - Даниэль Дессан

она, обращаясь к последним, а затем высказала все, что думает про них, про законы их племени и способы решения семейных конфликтов, – на Общем Слове, не брезгуя самыми грязными ругательствами и не отказываясь вставить таковые на других, известных ей, наречиях.

Кочевники определенно не были толмачами или знатоками чужих языков, но не уловить общий смысл этого монолога они не могли. Именно поэтому оплеуху, предназначавшуюся Арре, ее муж решил отвесить Лисси.

Девушка легко уклонилась от удара и мягко сопроводила руку кочевника, слегка распрямляя ее в локте по ходу движения. Легкий поворот корпуса – и нападавший отлетел на несколько шагов, совершенно не понимая, как это произошло. Лисси недобро усмехнулась.

Второй кочевник попытался достать ее коротким, без замаха, ударом в грудь, но вместо этого захрипел и осел на песок, получив резкий тычок пальцами в горло. Мельком убедившись, что противник потерял к бою дальнейший интерес, Лисси обернулась к первому врагу. Тот уже доставал из ножен длинный кинжал, злобно ухмыляясь. Лучи солнца весело заиграли на клинке, отражаясь на его гранях.

Лисси самую малость отошла с линии удара, метившего ей в живот. Не встретив сопротивления плоти, кочевник просунулся вперед и сразу пропустил удар ладонью в переносицу. Из носа тут же брызнула алая кровь, заливая светлую одежду и стекая на песок. На удивление быстро собравшись, он попытался атаковать снова, но девушка оказалась стремительнее. Проворно перехватив его руку, она резко повела ее вверх, одновременно сгибая в локте и кисти. Нападавший, поняв, чем закончится это движение, закричал на Общем Слове, почти без акцента:

– Не-ет! Не надо!..

Лисси, не изменившись в лице, довела выполнение техники, что на эльфийском называлась “Горный ручей ломает сухое дерево”, почти до конца, не сделав лишь заключительное движение, разрывающее сустав.

– Если вы посмеете ударить своих жен, – проговорила она, глядя прямо в глаза скулящему от боли в сломанной руке противнику, – я убью вас. Переведи! – бросила она Кайхему.

Внезапно откуда-то сзади раздался тревожный окрик, и все, как по команде, повернулись в ту сторону, враз забыв о расправе над двумя соплеменниками, учиненной чужестранкой.

Поднимая тучу песка, к лагерю стремительно приближался отряд вооруженных мечами людей. Порядка двух сотен, они бежали с клинками наголо, совершенно недвусмысленно выказывая намерения. Все, как один, были одеты в развевающиеся на ветру, просторные накидки светло-желтого цвета, что объясняло, почему их не заметили на дальних подступах.

Этому странному войску оставалось до лагеря кочевников каких-нибудь полторы-две лиги, когда те, наконец, подняли тревогу.

– Заннумы! – воскликнул Кайхем, бросаясь в свой шатер за оружием. – Заннумы наступают!

– Мой меч! – вторила Лисси, устремляясь вслед. – Отдай меч!

Из жилища предводителя кочевников они выскочили одновременно, чудом не запутавшись в пологе, прикрывающем вход. Вооруженные мужчины, а их было чуть меньше полусотни, ждали распоряжения Кайхема. Тот прокричал что-то на своем наречии, и обернулся к Лисси:

– Я хочу заманить их в лагерь! Здесь, меж шатров, можно навязать им свою битву.

– В лагере женщины и дети! – пытаясь перекричать шум толпы, возразила девушка. – Ты подвергаешь их опасности.

Ей подумалось про Зали и Арру. Что будет с ними, если враг ворвется в лагерь?

– В открытом бою нам не устоять, – мотнул головой Кайхем. – Заннумов вчетверо больше, и, если мы падем, то не спасем ни женщин, ни детей. А так, погибнет лишь какая-то часть.

– Может, ты уже и наметил, кого именно принести в жертву? – издевательски осведомилась Лисси, оглядевшись вокруг.

Многие внимательно прислушивались к их спору.

– У тебя есть другая идея?

– Да! Броситься в бой, – с жаром воскликнула девушка. – Этого они не ждут, и потому растеряются. Первым ударом мы сильно сократим их число. А потом уже, если потребуется, может отступить, заманив их в лагерь. Так, по крайней мере, будет меньше убитых среди женщин и детей твоего племени.

– Слишком рискованно, – нахмурился Кайхем. – Я не…

– Извини, но на разговоры времени не осталось, – бесцеремонно перебила его Лисси. – Я иду биться! – крикнула она в толпу мужчин, после чего бросилась бежать навстречу приближающемуся отряду заннумов.

Девушка не особо рассчитывала, что кочевники поняли, что она сказала, и уж тем более, что последуют за ней. Тем больше было ее удивление, когда она услышала топот бегущих ног и лязг оружия за спиной.

– Женщина не может начинать войну между племенами, – проговорил Кайхем, поравнявшись с ней. – Это – позор для всех мужчин! Таков закон…

– Шикарно! – на полном серьезе восхитилась Лисси. – Хоть какая-то польза от ваших дурацких законов.

До первых заннумов осталось не больше полусотни шагов. Девушка выхватила виир, яростно сверкнувший под южным солнцем. Кайхем, бежавший рядом, был вооружен двумя короткими обоюдоострыми мечами с зазубриной у самой рукояти. Наступающий враг, насколько она успела разглядеть, предпочитал слегка загнутые клинки, по длине сопоставимые с ее собственным оружием.

Она врубилась в толпу заннумов, нанося удары направо и налево, едва успевая отбивать встречные атаки. Песок под ногами окрасился алым. Довольно быстро в этой смертоносной сече она получила первую рану: до мастерства Эннареона, который мог остаться невредимым в тесной рубке меч-в-меч, ей было далеко. Клинок заннума скользнул по ее руке, оставив глубокий порез. Прорычав ругательство, Лисси сделала встречное движение мечом, и отличившийся меткой рукой враг упал на песок с проткнутым легким и рассеченной аортой.

Девушка оказалась права в своих предположениях: заннумы растерялись от неожиданной атаки малочисленного войска, и теперь несли ощутимые потери. Отряд кочевников, действуя довольно слаженно, остановил наступление врага до того, как они ворвались в лагерь, потеряв всего четырех бойцов. У заннумов же в убитых числилась уже добрая половина войска.

– Может, отступать и не придется, а? – прокричал сквозь шум боя Кайхем, сноровисто орудуя двумя мечами.

Горячий дух битвы захватил его целиком: он был уже дважды легко ранен, но в пылу драки этого даже не заметил.

– Посмотрим, – проворчала Лисси, рубя наискосок, сверху вниз, и используя движение, чтобы крутануться и сразу же нанести следующий удар. – Ох!..

Это была ее четвертая рана: лезвие одного из противников чиркнуло по бедру. Стиснув зубы, девушка, шагнув поврежденной ногой, сделала обманное движение и затем сразу поразила врага ударом в горло из-под руки.

– Вот так! – торжествующе заключила она, уворачиваясь от очередной атаки.

Нога отозвалась острой болью, но Лисси не могла позволить себе роскошь отвлекаться