О праве войны и мира - Гуго Гроций

III. Так – и право народа, если народ перестает существовать.

IV. Что имеет место с уничтожением необходимых составных частей.

V. С уничтожением народа в целом.

VI. С уничтожением формы организации народа.

VII. Но не с выселением.

VIII. Не со сменой правления; там же о месте, принадлежащем новому царю или освобожденному народу.

IX. Что произойдет, если народы объединятся?

X. Или если народ разделится?

XI. Кому принадлежат бывшие владения Римской империи, не подвергшиеся отчуждению?

XII. О праве преемства.

XIII. О праве победителя.

I. Собственность и власть прекращаются с исчезновением того, кому принадлежало право, при отсутствии преемника

Мы достаточно сказали о способах первоначального приобретения и о способах перехода как частной собственности, так и власти; теперь выясним, как они прекращаются. Что касается прекращения путем оставления, то попутно показано выше, как с исчезновением воли удерживать имущество собственность утрачивается. Есть и другой способ прекращения прав, а именно – вследствие исчезновения субъекта, которому принадлежит власть или собственность, без отчуждения их, как явного, так и молчаливого; это имеет место, например, при наследовании без завещания. Следовательно, если какое-нибудь лицо скончается, не выразив ничем своей воли и не оставив ни одного кровного родственника, то прекращаются все его права, а потому рабы его получают свободу (когда этому не препятствует человеческий закон), народы, находившиеся в подчинении у него, становятся самостоятельными, так как они по своей природе не подлежат захвату, коль скоро сами не откажутся совершенно от своей свободы, прочие же вещи принадлежат захватившему их.

II. Также и право семьи прекращается, если угасает семья

То же следует сказать, если угаснет семейство[551], владевшее каким-нибудь правом.

III. Так – и право народа, если народ перестает существовать

1. Сходные последствия наступают, если прекратит существование народ. По словам Исократа («О мире»), а вслед за ним – императора Юлиана, государства бессмертны, то есть они могут быть таковыми, потому что ведь народ являет собой такого рода целое, которое состоит из отдельных членов[552], объединяемых одним названием, поскольку они имеют «единое бытие», по словам Плутарха, или единый дух, по словам юриста Павла (L. Rerum. D. usuc.; Ахиллес Тацин, «К Арату»). Этот дух, или бытие, в народе[553] есть полное и совершенное общение гражданской жизни; первое произведение такого общения: есть верховная власть – узы, с помощью которых государство связано; жизненный дух, который поддерживают многие тысячи, как говорит Сенека («О милосердии», кн. I, гл. 4). Ясно, что народы образуют искусственные тела наподобие естественного тела. Естественное тело не перестает быть тем же, несмотря на постепенную замену частиц[554] при сохранении формы, как рассуждает вслед за философами Альфен (L. Proponeba’ur. de ludlclls).

2. И оттого можно без труда объяснить слова Сенеки о том, что никто из нас не остается тем же в старости, каким был в юности, поскольку речь идет только о материи («Письма», LVIII). Как говорит Гераклит[555], которого цитирует Платон в диалоге «Кратил», а также Сенека в указанном месте, мы не можем дважды погрузиться в одну и ту же реку. Это высказывание Сенека поправляет следующим образом: «Остается то же название реки, вода же сменилась». Подобно этому и Аристотель («Политика», кн. III, гл. 2), уподобляя реку народу, сказал, что реки сохраняют то же название, хотя постоянно прибывает новая вода, а прежняя уходит. Однако же остается не одно пустое имя, но и «бытие», определяемое Кононом, как «неотъемлемое телесное состояние». Филоном – «духовные узы», называемое латинянами духом.

В этом смысле народ, по словам Альфена, а также Плутарха в сочинении «Об отсрочке божественного возмездия», считается одним и тем же, что и был сто лет назад, хотя никого из прежних людей нет теперь в живых. Народ сохраняется, как говорит Плутарх, «пока общность, образующая народ и связующая его взаимными узами, сохраняет его единство». А отсюда пошел обычный способ выражаться о народе, которому, обращаясь к нему в настоящем, мы приписываем события, происшедшие несколько веков тому назад, что можно видеть как у историков, так и в Священных книгах[556], например, в Евангелиях от Марка (X, 3), от Иоанна (VI, 32; VII, 19, 22) и в Деяниях святых апостолов (VII, 38).

Так, у Тацита («История», кн. III) Антоний Прим, сражаясь за Веспасиана, напоминает солдатам третьего легиона о прежних войнах – «как при Марке Антонии отражали парфян, при Корбулоне – армян».

3. Из ненависти, стало быть, а не в согласии с истиной у того же Тацита Пизон уверяет, что афиняне его времени уже перестали быть афинянами[557] и что, будучи истреблены многими поражениями, они стали подонками других народов. Ибо прилив населения извне, вероятно, несколько убавил их достоинство, но не создал нового народа. Пизон сам не упускал этого из вида, когда тем же современным ему афинянам ставил в упрек их прежние неудачи в борьбе против македонян и насилия над своими согражданами. Но если смена отдельных частиц и не имеет следствием прекращения существования народа, даже в течение тысячелетия и более, то все же может случиться, что нельзя будет отрицать и исчезновения народа. Это бывает двояким образом: путем уничтожения телесного состава или же уничтожения формы, то есть духа, о котором я говорил.

IV. Что имеет место с уничтожением необходимых составных частей

Телесный состав исчезает или в силу единовременного уничтожения частиц, без которых тело не может существовать, или же вследствие уничтожения общей связи в теле[558]. К первому случаю относится гибель народов, поглощенных морем, как, например, гибель народов Атлантиды, о которых говорит Платон, и иных, о которых упоминает Тертуллиан[559] («О Паллии»), – также гибель тех народов, которых поглотило землетрясение или обвал, примеры чего имеются у Сенеки («Письма», ХСII), у Аммиана Марцеллина («История», кн. XVII) и у других; здесь же следует сказать о народах, которые добровольно предали друг друга взаимному уничтожению, как сидоняне и сагунтяне (Диодор Сицилийский, «Библиотека», кн. XVI). По словам Плиния, пятьдесят три народа древнего Лациума погибли бесследно.

Что произойдет, если от такого народа осталось столь немного, что оставшиеся не могут составить народ? У них могла сохраниться собственность, принадлежащая народу в качестве частных лиц, но не народу как таковому. Сказанное относится также к корпорациям [собраниям лиц] (L. Sicut. ult. D. quae culusque univers. L. In bello. Sl plurium. D. de capt).

V. С уничтожением народа в целом

Общая связь исчезает у тела, если граждане покидают общество добровольно по причине эпидемии или восстания или если они рассеиваются, подчиняясь насилию[560], не будучи уже в состоянии объединиться вновь,