Рыцарь из Дома Драконов - Анатолий Бочаров

— Я понял, к чему ты клонишь, — раздраженно сказал Артур. — Но учти. Мои наставники были не глупей тебя, и ознакомили меня с разными способами вести бой. Я прекрасно представляю, как вести себя в битве, меня учили всем необходимым приемам.

— Верю. Что вас всему учили. Да вот… Вы эти приемы хорошо запомнили? По вам так и не скажешь. Я конечно согласен — вы все, что надо, знаете. Но знаете… просто головой. Умом. А тело ваше совсем к иному приучено. Вы все больше хитрите, а к прямому бою не приноровились. И если даже пойдете в битву… вы первым делом станете сражаться по-обычному, просто по привычке. Ваши руки не привыкли к другому. Вы бы с топором поупражнялись, чем со шпагой плясать.

В словах Джайлса имелся определенный резон, причем немалый. Айтверна порядком разозлило, что Блейр смеет давать ему советы, но верхом глупости было бы считать эти советы лишенными смысла.

— Даже не пойму, кто тут учитель, а кто ученик, — усмехнулся Артур. — Ну-ка, признавайся. От кого набрался таких премудростей?

— От моего лорда, — ответил Блейр и тут же помрачнел и весь как-то замкнулся в себе.

— От твоего лорда, — эхом откликнулся Артур, чувствуя, как похолодало в воздухе. — Вот оно так…

Джайлс вскинул голову, его глаза были чуть сощурены:

— Да, именно так, — с вызовом сказал он. — Сэр, у меня еще много забот на сегодня, нужно доспехи почистить, оружие, за вашим конем опять же присмотреть… Да и вам самим найдется, чем заняться, что мне вас отвлекать. Доброго вечера, сэр. — Блейр не без ловкости вложил учебный меч в ножны и отвесил чопорный поклон, очень напомнив в этом миг Александра.

— Послушай, — начал было Айтверн, но понял, что не понятия не имеет, о чем говорить.

— Да я бы послушал, — с готовностью отозвался Джайлс, — вот разве что одна загвоздка — вы и сами не знаете, что сказать… Не знаете же, верно? — Появись на лице Блейра хоть тень иронии, Артур не раздумывая бы ударил его. Но оруженосец оставался совершенно серьезным, в его голосе даже сквозил намек на участие. — А жаль… Вы ведь хотели бы по правде узнать, что мне ответить… Вам это не для меня надо, для себя. Вы никогда не говорите для других, сэр, даже когда сами думаете, что убеждаете их, или спорите, или пытаетесь приказывать. Вы говорите только для себя… сами пытаетесь поверить в то, что произносите.

— Ты… — Голос Артура напомнил ему самому скрежет меча о точильный камень. — Ты… Да какое тебе дело до того, во что я верю или не верю? Ты присягнул мне, так вот и изволь выполнять приказы, и не забывай про субординацию!

Блейр сделал шаг ему навстречу и негромко спросил:

— А чем вы, сэр, станете дышать, когда все вокруг превратятся в ваших слуг? От одиночества не задохнетесь? — и, не дожидаясь ответа, развернулся и направился к крыльцу. Артур растерянно смотрел ему вслед. В какой-то момент он захотел окликнуть Джайлса, заставить остановиться, попросить прощения за свою грубость или может даже поблагодарить за сказанные слова, но он не стал этого делать. Герцог Запада не имеет права унижаться перед безродным крестьянином, раньше прислуживавшим врагу и подобранным тем едва ли не в канаве.

И поэтому Артур Айтверн так и не сказал ни слова, не издал ни звука, даже когда Блейр чуть задержался на пороге башни, придерживая дверь и слегка сутулясь… но Артур хранил молчание, и когда оруженосец наконец вступил под каменные своды, единственным звуком, что он услышал, была все та же дверь, захлопнувшаяся за его спиной.

Прошло еще три дня, прежде чем в Стеренхорд начали прибывать войска — знаменосцы Данкана собирались по приказу своего сеньора. Воинские отряды стекались в Железный замок со всех концов обширного домена Тарвелов. Графы, и таны, и простые сквайры приводили с собой солдат — закованных в латы рыцарей на великолепных скакунах, пехотинцев, привычных биться в общем строю и вооруженных алебардами и двуручными мечами, лучников и арбалетчиков. Отряды приходили каждый день, стремительно вырастая в огромную армию, и крепость Тарвелов, несмотря на свои внушительные размеры, никак уже не могла вместить эту армию в своих стенах. Рядом со Стеренхордом вырос огромный лагерь, многолюдный, шумный и наполненный суетой в равной степени днем и ночью. На плечи лорда Данкана легла нелегкая задача — снабдить оказавшихся под его началом бойцов всем необходимым, устроить так, чтобы они не испытывали никакой нужды и находились в полной готовности к бою. Обеспечить постоянные поставки провианта для людей и корма для лошадей, чередовать учения и отдых так, чтобы воины в равной степени не надорвались от нагрузок и не заплыли жиром от безделья, постоянно следить за поддержанием дисциплины, и разрешать еще целую прорву вопросов. Айтверн даже и предположить не смог бы, насколько эта задача сложна в действительности, пока не увидел, как успешно Тарвел с ней справляется — и как успешно скрывает, что тратит при этом немало сил. Лорд Данкан всегда оставался неизменно бодрым, выглядел уверенным в себе, ежечасно находился вместе со своими солдатами, с неослабевающим вниманием вникал в любую, даже самую ничтожную на взгляд Артура проблему — и не выказывал даже тени усталости, недовольства или желания отстраниться от дел, забросить их или переложить на чужие плечи. Айтверн, будучи маршалом Иберлена, повсюду старался сопровождать Железного герцога — и мало что не валился с ног, даром что сам почти ничего не делал и ничего не решал. Каждый день казался невыносимо длинным, и падая головой на подушку, Артур испытывал невыразимое облегчение — а Данкан похоже и вовсе не ложился, и не испытывал по этому поводу никаких неудобств. Будто и впрямь был сделан из железа.

А спустя еще несколько дней появились и первые из вассалов Айтверна. Запыхавшийся Блейр Джайлс ворвался прямиком в столовую, где слегка осоловевший от недосыпания Артур завтракал в компании Айны и Гайвена, одновременно стараясь поддерживать светскую беседу. Он рассуждал о том, сколь поэтичны первые лучи рассвета на прибрежной траве, временами широко зевая. Гайвен без особого энтузиазма соглашался, Айна отсутствующе глядела в окно. При виде всполошенного оруженосца, отдавшего торжественный, по всей форме, салют, Айтверн тихонько выругался и спросил:

— Чем обязан чести лицезреть вас, мастер Джайлс, в столь ранний час? — Час был не столь уж и ранний — восемь утра… если забыть, что лег Артур лишь в три.

Блейр, порой терявшийся, заслышав придворные речи, оторопело уставился на Айтверна:

— Там… это… Вам нужно спуститься. Приехал большой отряд.

Артур наполнил вином хрустальный бокал и меланхолически изрек: