Московская магия. Первая волна - Артем Михалев

Два сердца. Жар огня и холод камня. Этот тандем сражался из последних сил. Правое — яростное, будто пламя лесного пожара. И левое — холодное, как каменная глыба, словно ихор древнего ящера. Огненный молот и каменный щит. Сил не было даже на то, чтобы удивляться. И все же откуда у меня эти подарки? Уверен, обычным оборотнем тут и не пахнет. Тьма такого уровня раскатает любого мага в лепешку, а мое тело держится. Отступает, постепенно умирая, но держится. Жаль, что я раньше не узнал про второе сердце. Интересно, оно появилось после путешествия на каменное плато? Впитало силу моего предка? Судя по всему, мне этого уже не узнать. Слишком страшный противник повстречался. Слишком рано. Как вспышка озарения мелькнула мысль — будь я постарше, и смерч бы меня не остановил. Я просто не успел. Не успел…

Если бы на перепаханную поляну вышел посторонний человек, то впечатлений ему бы хватило на всю оставшуюся жизнь. Несомненно, короткую и болезненную. В огромной яме бился в припадке исполинский ящер. Трехметровый хвост, фактически оторванный от туловища, извивался, пытаясь добраться до врага. С каждой секундой рывки становились все судорожней и короче. Тело уменьшалось в размерах. Агония затянула обычно мгновенную трансформацию. Фигура менялась, извиваясь от боли, пока на земле не осталось человеческое тело. Парень.

Выгнутая под неестественным углом шея, переломанные конечности, вмятая внутрь грудная клетка — все говорило, что он мертв. И тем не менее его периодически вздымало волной судорог. Огромное облако тьмы рывками втягивалось внутрь этой изломанной куклы, и та дрожала в такт. Стоило последним щупальцам втянуться, как парень задергался. Будто под разрядами тока, его выгнуло дугой. Выжженные глазницы невидяще уставились в затянутое облаками небо.

— Не успел, — раздался надрывный шепот, и фигура рухнула на землю.

Глава 14

Саша еще только полз к поляне, а Василек уже принялась за дело. Отвлекаться было некогда. Пальцы девушки извивались, словно змеи, сплетая воедино жесты и вербальную магию. Тот случай, когда лишнего не бывает. Девушка выкладывалась по полной, а в голове медленно отсчитывались секунды. В запасе не больше двух минут. Дольше Ящер просто не продержится. Хотя не факт, что выдержит и столько.

— Должен, — успокаивала себя девушка. — Шустрый парнишка.

Успокаивала и не верила. Смерч потрясал воображение. В отличие от Александра, Женя прекрасно видела всю заложенную в него мощь. Как раз тот случай, когда опыт решает все. Потенциал заклинания огромен. В теории, напитавшись людскими жизнями, оно способно взломать даже Печати.

Именно для подобной мерзости и создали сеть над городами. Защита от локального апокалипсиса куда страшней ядерного взрыва. Потому что бомба просто выжигает все на своем пути, а эта мерзость — инструмент. Высасывает чужие жизни и накапливает в себе. Слишком много сходного оказалось между смерчем и сетью Печатей. Лекарство породило болезнь. Женя с ужасом отмечала схожие куски в обоих плетениях. Тот же принцип. Только смерч под завязку напитан кровавой магией вампиров, той самой, что сейчас вплетается в Печати. Сеть «чертей» не способна вытянуть из города все. Новая будет гораздо страшней. Она не оставит в столице ни единого живого организма. Пылесосом вытянет жизнь отовсюду. И отдаст единственной ключнице, породив мага совершенно нового уровня. Или уже Бога?

— Вот сучка! — восхищенно протянула Женя.

Чужая хитрость ее восхитила. Грязное, мерзкое переплетение безумного гения. Ежедневная тренировка позволила Васильку плести несколько заклинаний одновременно. Без участия сознания. Мысли проносились со скоростью спортивного болида:

— Чуть-чуть не успели. Еще пару щитов в клубок. Еще. Браслет туда же — вскрыть и добавить еще несколько плетений. Дармовая сила. Ну и кто так плетет? Дебилы-тестеры. И мы не лучше. Все слили этой стерве. Сами. Своими руками могилу вырыли. Вскрывать куколок надо одновременно. Как консервы. А церковники? Недоумки! Пригрели змею на груди. Неоинквизиция, твою мать.

Внутренний диалог только набирал обороты, когда от поляны донесся оглушительный рев. Мгновения хватило, чтобы оценить обстановку и вынести вердикт.

— Идиот! — припечатала Женя.

Картина и вправду впечатляла. Подавшись вперед всем телом, Ящер словно вызывал врага на бой. Удивительно, но физическое воздействие нашло свое отражение и на магическом плане. Волна силы ударила в вихрь тараном, срывая его с места. Парень лихо обращается с магией, вынужденно признала мастер-лекарь, — ничего общего с обычными оборотнями.

— Не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка, — не удержавшись, процитировала девушка. Исковерканная за год психика уже не могла без черного юмора. — Выживет — точно препарирую.

И, больше не отвлекаясь, с головой ушла в работу. Словно у опытной пряхи, ее пальцы мелькали, собирая воедино ткань заклинаний. Защитные, атакующие — Женя увязывала их в невероятную гирлянду. Ни один здравомыслящий маг не стал бы городить подобное. Слишком велики шансы подорвать себя. Слишком много факторов приходилось учитывать. Ключница рисковала. Пожалуй, лишь у нее и могло получиться. Даже Граф спасовал бы в такой ситуации. Мастер расчетов и вычислений, он не потянул бы такую импровизацию. Женя смогла. Тренированное тысячами операций сознание сумело увязать все в единую конструкцию. Девушка много раз оказывалась в ситуациях, когда от принятых на интуиции решений зависела чья-то жизнь. Сейчас ей пригодился весь опыт, все хладнокровие до последней капли. Одна минута и пятьдесят шесть секунд.

— Рекорд. — Девушка подняла голову, выдохнула и отпустила заклятие на свободу.

Дрожащие пальцы прошлись по лицу, вытирая струйки липкого пота. Взгляд не отрывался от куколок с магами. Все внимание было сосредоточено на них. Даже раздавшийся в отдалении полукрик-полустон сознание отметило лишь мельком — помочь Саше в одиночку девушка не могла.

— Ну же!

И как бы в ответ на беззвучные молитвы прах начал осыпаться с шаров. Никаких спецэффектов, никакого звукового сопровождения. Все искусство Жени было направлено на эффективность, в ущерб эффектности. Когда решают секунды, становится не до фаерболов и взрывов. Лекарь предпочитала точечные, микроскопически выверенные удары. Она будто бы работала скальпелем. Как в бытность студенткой медфака.

А картина на поляне изменялась стремительно. Магов выбрасывало из ячеек словно катапультой. Одного за другим. Сотканный из света щит защищал их от оставшихся в воздухе крупиц темного заклинания. Выигрывал несколько мгновений, давая прийти в себя. Шлейф праха отнюдь не был безвредным и все так же стремился убить непрошеных гостей. Если бы не вмешательство Евгении, то в живых остался бы только каждый второй. В лучшем случае. Слишком неожиданным оказалось освобождение. Но продуманное до мелочей заклинание сработало на «отлично».