Московская магия. Первая волна - Артем Михалев

Армейцы выдержали. Крестились, молились, матерились во весь голос и стреляли, стреляли, стреляли. Перед несущимися к кольцу спрутами выросла стена серебра. Воздух гудел от количества сжигаемых боеприпасов. Около пятидесяти клубков из щупалец одновременно выбралось из-под упавшего здания. И серебро на них практически не действовало. До солдат добралось больше половины тварей, и люди начали умирать. Умирать быстро, но от этого не менее мучительно. Не снижая скорости, паразиты ворвались в шеренгу бойцов, выбрасывая увенчанные острыми жалами конечности. Их когти легко пробивали бронежилеты последней категории, проникая глубоко в тела солдат. Нескольких мгновений хватало осьминогу, чтобы «осушить» человека, превращая в мумию, и броситься к следующему. Пища усваивалась тут же, на глазах затягивались полученные раны, в то время как высушенная мумия человека падала на землю, гремя обмундированием.

Три создания рывком преодолели огромное расстояние и в несколько взмахов распотрошили бэтээр. Их клинки играючи взломали не рассчитанную на такой уровень магическую защиту. Выковыривая людей из металлического брюха, паразиты быстро пожирали их, стремясь подлечиться. Конец их трапезе положил один из членов экипажа. Дергающийся в лапах чудовища человек подорвал боекомплект выстрелом из огнемета. Опрокинутые на землю люди стремительно поднимались и, словно берсерки, бросались в бой. В этой бойне человеку не место, он трусливо отступил в глубины разума, уступив место зверю.

Даже маги оказались уязвимы перед напором тварей. Молодецки ухнув, один из сверхов ударил сведенными ладонями сверху вниз, рассекая врага пополам. Спустя секунду одна из половинок уже облепила его. В это же время вторая целеустремленно ползла к медленно отступающему солдату. Парень судорожно дергал затвор, не отводя глаз от полудохлого месива. Действие абсолютно бесполезное — последнюю обойму он только что высадил в упор, убив своего товарища вместе с налипшей на него дрянью.

Не вмешайся Коста, и через несколько минут тварей стало бы две. Кореец перемолол умирающего мага вместе с прилипшей к нему тварью, а следующим кинетическим ударом размазал по асфальту и меньшую часть. Поблагодарить мага армеец не успел. Отвлекшись, он не заметил опасности — и сразу десяток щупалец нанизали его, словно странного вида бабочку. Все, что смог сделать Коста, — издалека рвануть кольца с гранат. Взрыв разметал тело человека вместе с монстром. Бой продолжался.

Я несся по городу на сумасшедшей скорости. Ветер свистел в ушах, оставляя визг Женьки далеко позади. Девушка кричала как сумасшедшая. Вцепившись пальцами в мои заушные впадины, сейчас она меньше всего напоминала могущественного мага. Сразу после допроса Василек подняла на уши всех. В эту минуту к Графу стекалось подкрепление со всего города. Маги спешили, как могли, но движение сильно затрудняли кровососы. Закат выпустил нежить на волю, а две оставшиеся личинки превратили спальные районы в поля боевых действий. Нам повезло, что мы застали свою тварь в начале цикла. Судя по сводкам, они размножались с умопомрачительной скоростью. Жрали и делились, жрали и делились. Всего за три часа паразиты вырезали несколько домов, превратив их в филиалы морга с иссушенными телами жильцов.

Прямое столкновение явно показало, что оставлять заразу без присмотра нельзя ни при каких условиях. Вокруг районов образовалась карантинная зона, проскочить через которую не смогла бы и мышь. Церковники, маги, армейцы — на блокаду бросили отборные войска. Стоит нескольким глистам прорваться за оцепление — и остановить заразу будет гораздо сложнее.

План Эльвиры был предельно прост. Ей требовалось создать в Москве как можно больше хаоса, чтобы успеть закончить свои дела. И, как это ни прискорбно, у ведьмы все получилось. Войска не могли прорваться к месту ритуала. Поэтому мы решили действовать по моему плану и двинулись на помощь Графу. Не стоит сбрасывать со счетов возможности двух ключников. Женькин опыт и моя удача вполне могут пригодиться. Умудрившись выжить во всех передрягах, я могу с чистой совестью считать себя везунчиком.

В дуэлях магов армеец бесполезен, поэтому тезка вызвался транспортировать пленницу в штаб. Вампиршу я самолично оттащил к машине, осторожно подцепив зубами. Лена пыталась протестовать, но мне было не до нее. Все мольбы вызывали лишь глухое раздражение:

— Влезла — расхлебывай.

— Я ничего тебе не делала, — шептала она. — Я же нравлюсь тебе. Саша, помоги, меня убьют.

— Замолчи, не до тебя.

Замок багажника щелкнул, отсекая болтовню Ливиан. Не люблю, когда меня используют. И кто меня осудит?

Заклинания Василька спеленали девушку по рукам и ногам, обезопасив армейца. И все равно я за него переживал. Александр — настоящий мужик, с характером, и мы успели подружиться. Впрочем, у него даже больше шансов остаться в живых. Если рассказанное Ливиан — правда, то мы с Женей лезем в самое пекло. А за достоверность Василек ручалась головой, вампиршу она колола жестко. Одних живописаний не хватило. Но в результате Лена рассказала все. Если раньше я только догадывался, что мастер-лекарь прекрасно разбирается в боли и способна ее причинить, то теперь я это знаю.

Стоило погрузить вампиршу, как мы столкнулись с очередной проблемой. Сами, конечно, виноваты, что поехали на одной машине, но от принятого решения я просто впал в ступор. Почему я? Предлагая свою помощь, я никак не ожидал, что меня оседлают. И до последнего не верил, что Василек решится на такое.

— Ты сдурела? Тоже мне, нашла арабского жеребца! Мы же спецслужба! Давайте просто конфискуем колеса.

— Слышь, жеребец, глаза разуй! Город пустой, у кого ты конфискуешь? — огрызнулась Женя. — Стой смирно, дай вскарабкаться.

— Куда нам? — обреченно уточнил я.

— Северное Бутово. Парк. Возле Качаловского кладбища.

— И чего вас так тянет в парки да на кладбища? Ладно, держись крепче.

Пока девушка мостилась на спину, мне оставалось лишь раздраженно шипеть. Чувствовать себя ездовым академиком было неприятно, но рассчитаться удалось быстро. Взяв с места в карьер, я летел по городу, словно правительственный кортеж. С той лишь разницей, что вместо сирены была Женя. Ее вопли распугали всю нежить в радиусе нескольких кварталов. А мне было здорово: ветер свистел в ушах, а от скорости захватывало дух. Так быстро я еще не бегал.

Должен признать, что девушка быстро привыкла, и через некоторое время вопли ужаса сменились криками восторга. Затем смолкли и они. Мы молча наслаждались ночной гонкой. Василек оказалась прекрасной наездницей. Ее тело прилипло к моему, и даже самые головокружительные кульбиты вызывали у девушки лишь восхищенные ахи. Ближе к концу мы настолько свыклись друг с другом, что уничтожили небольшую группу вампиров прямо на ходу. Свернув за угол, я нос к носу столкнулся с потрепанной кучкой нежити и, не снижая темпа, буквально втоптал их в асфальт. Спустя мгновение вспыхнули остатки группы. Три живых факела с криками разбегались в разные стороны.