Тьма - Леонида Подвойская

Получилось! Испытывая восторг от новых возможностей, юноша отдышался на каменной площадке, затем выглянул вниз. Скала, на которой он находился, круто обрывалась к низине. Да, предгорье. Район их высадки. И даже вот этот изгиб реки - запомнившийся по показанной ему полковником карте ориентир. Дымок от костра. Три больших палатки. Привязанный к дереву полковник. Живой, слышу. И ещё кто-то, привязанный рядом. Мёртвый. Кто? Где остальные? А вот и наши подопечные. Хозяйничают.

«Подопечные» сворачивали лагерь. К спецназавцу подошёл один из них. Было довольно далеко, но Макс был уверен - Шакал. Что-то показал. Жуткое. Отозвавшееся у пленного очередным всплеском боли и тоски. И ещё. И ещё. И ещё. А потом… Потом нукеры отвязали тело мёртвого и… Не выдержав, Максим закричал и большими прыжками кинулся со скалы. Реакция на такое появление нового действующего лица была мгновенная и ожидаемая - нежданного гостя начали поливать изо всех стволов. Секунд через десять начали попадать, по мере приближения - всё больше и больше. Затем перестали - начали сдавать нервы. Тем не менее - стреляли долго. И только когда страшный голый человек оказался на поляне, когда уже воочию стало ясно, что не берут пули шайтана, выстрелы прекратились. Хотя, наверное, даже не от этого. Все, кроме бородатого Шакала- каракурта и такого же заросшего, но коричневого бандюгана лежали, корчась от дикой боли.

- А-а-а, поп! - узнал Шакал Максима и приставил пистолет к виску всё ещё привязанного полковника. - Я всегда успею выстрелить! Может, лучше поговорим, русский шайтан?

- Поговорим! - одним всплеском ненависти он парализовал коричневого, ударившего его сзади ножом. - Вот, кроме заложников и не умеешь ничего.

- Ну, почему же? - обиделся Шакал. Вот, всех взяли - кивнул он в сторону. Максим взглянул туда и его замутило.

- Как говорят у вас - ничего личного. Головы - для отчёта. Показать вашим западным союзникам, как вы в чужие дела лезете. А вот майора вашего - живьём. Мы его только слегка поспрашивали. Но… не удалось. На всё воля аллаха. Как договариваться будем, Шайтан?

- Да никак, урод!

Пнув ногой упавшего главаря, Максим кинулся отвязывать полковника.

- А что с ним? - прохрипел спецназовец - Он мне живой нужен.

- Ничего. Парализовал пока руки- ноги. Пусть поваляется.

- Врал он тебе. Только меня и взяли. Остальные… У остальных - парашюты. Надо найти и выяснить. Вот майора нет.

- Я видел - один отворачивал в сторону. Как вы себя чувствуете? Сейчас помогу. А почему он вас майором назвал?

- Не знаю пока. Поспрашиваю. Ух, как я его, бля, поспрашиваю. А ты бы что одел, сынок, а? Уж очень как-то… непривычно.

- Потом-потом, - подхватил Максим падающего полковника. "Слегка поспрашивали" - это, конечно, было очень мягко сказано. Раны были очень болезненные. Особенно - смещённые переломы голеней обоих ног. А затем Максим увидел ещё разрывы кишечника.

- Приземление? - поинтересовался Максим, лишь бы что сказать.

- Какое там. Уже здесь. Скоты!

- Ничего-ничего. Выберемся.

- Сынок, ты что, всерьёз? Послушай меня. Давай, бери этого ублюдка и тащи… А, тоже ерунда. Один через эти горы. И потом - не все они здесь. Это - их "спецназ". Специально поджидали.

- Откуда они узнали?

- Вот ты этого Каракурта и поспрашивай. А потом кому надо доложишь. Брось со мной возиться!

- Юрий Владимирович, я вас не брошу. Где у нас в амуниции эти… медаптечки, что ли?

- Сам понимаешь - ерунду плетёшь.

- Если бы… если бы… Господи, ну какой же я козёл, а? Ну зачем, зачем передал Татьяне? Трус! Слабак!

- Перестань казниться. Времени нет. Займись Каракуртом.

У Максима от сочувствия и отчаяния занялось сердце, когда полковник, сдерживая стон, заскрипел зубами. Этот человек становился ему всё более и более симпатичен. И какая-то вина перед вот теми обезглавленными ребятами давала о себе знать. Воскресить он их уже не мог. Поздно. И теперь эти тренированные тела валялись на солнце, а головы - в том ужасном мешке, из которого доставал их и показывал пленному Шакал. Но они-то отрезали головы уже у мёртвых. Не раскрылись парашюты. Кто? Но что, что, что делать? Расплата за трусость? За минутную слабость? Но жестоко, жестоко же! Разве я знал, что вот так повернётся? А не знал, то шёл бы своей дорожкой, куда и собирался - за своей кожицей молодого вьюноши. И пусть бы гибли вот эти ребята. Но они и так… И вот Юрий Владимирович… А я буду сидеть над ним и плакать… Отмотать время, как тогда? Макс чувствовал - не удастся. Почему? Не знаю. Да что же делать-то, а? Просто из беспомощного сочувствия к умирающему, Максим легко коснулся его лица. Ахнув, отдёрнул руку, увидев знакомое поле. Приблизил руки опять. Присмотрелся. Да! Конечно же, да! А ещё… Ещё заструился изумрудный цвет с бус и голубой - с камня.

- Значит, живём! Живём! Слышите, командир, живём!!! - заорал Макс. Не теряя времени, он немедленно приступил к исцелению.

Конечно, здорово помогла загадочная триада. И солнце, к которому дважды обращался Макс за подзарядкой целитель.

- Ну всё, вставайте! - счастливый Максим шатаясь отошёл к уже нагретому солнцу камню и вновь уставился на дневное светило. Что же это такое, а? Вновь появилось? Или не пропадало никуда? Ну, конечно же! Ведь и Христос, наделив даром исцеления своих учеников, не потерял собственного? Или там… кто? Этот… Илия, да? Передав свои способности(нашёл словцо!) Елисею, не стал простым смертным? Правда, он это сделал перед вознесением на небеса. Так что, и мне скоро? Нет, не о том. А вдруг теперь всё пропало у Татьяны? Да нет же! Вероятнее всего эти способности… ну, копируются, что ли? Но там, на поляне? А на поляне… На поляне ты даже с такими возможностями… Мозг, да?

- Да-а, ну ты… - не мог найти слов полковник. Он уже не чувствовал никакой боли, а золотые лучи напоследок принесли ему поток бодрости и жизненной силы. На ноги он, правда, встал осторожно, опасливо. Сделал шаг, другой. Норма.

- Волшебник просто.

- Шайтан, - в очередной раз прохрипел Шакал.

- Ну, что ты заладил " Шайтан, шайтан", - обратился к нему спецназовец. А может - пророк? - ты не подумал? Это я тебе сейчас буду шайтаном. А он - пророк. Понял?

- Неверный…

- Да, конечно. Неверный не может быть пророком? А Иса? не подумал? А, борец за веру? Только Аллаха, Моххамеда и шайтана знаешь?

Полковник пошёл к захваченному боевиками рюкзаку с амуницией, выброшенному отдельно. Судя по всему, у него парашют раскрылся.

- Возьми, одень, - протянул он Максиму ворох экипировки. - А то неловко как-то.

Затем спецназовец начал осматривать лежащие здесь же парашюты.

- У всех одно и тоже - перекушен тросик замка, - констатировал он с потемневшим лицом. - Кто? Кто?? Кто?!!! - говори, сволочь! - он подскочил к Шакалу и со всего маху двинул ботинком в лицо.