Зеркало Правды. История первая - Рамира Шизода

Поняв, что Фрост снова ничего не помнит, Ника молча протянула маджикаю тетрадь.

— Что это?

Как только мужчина взял дневник в руки, он почувствовал, что между моментом, когда закрыл глаза и моментом когда открыл, прошла тяжесть долгих лет.

«Грегори Фрост немедленно прочти это» гласила надпись на тетради.

Маджикай открыл первую страницу и окунулся в жестокую реальность своего бытия.

Грегори бросил удивленный взгляд на Нику, и понятливо кивнув, та отошла обратно к троллю.

Чем дальше Фрост вчитывался в свое прошлое, тем туманнее выглядело его будущее. Он прочитал краткое описание того, что пробовал делать для возвращения памяти. Заклинания, чистка, стимуляторы, духовники — все эти слова не вызывали в нем никакого эмоционального отклика. И лишь когда было упомянуто Зеркало Правды, появилась цепочка ассоциаций.

Сейчас Фрост не помнил, но за последнее время он научился ценить каждое мгновение. Время неслось бурным потоком и маджикай, почти физически ощущал, как прожитые минуты становятся прошлым, как вовремя неоцененные мгновения исчезают еще до того, как он их осознает.

Каждое пробуждение было подобно маленькой жизни. Фрост надеялся, что после того, как зеркало восстановит его память, он больше не будет бояться заснуть.

Сейчас, Фрост был рад, что спокойствие: ощущаемое в легком перешептывание листвы, щебетание птиц и назойливо зависающие в воздухе в поисках добычи насекомые, встретили его пробуждение.

Взгляд маджикайя скользнул в тень, где находились молодой агент и синекожий монстр. Он не знал, имеет ли смысл что-либо сейчас говорить, но все же произнес:

— Простите, Верис. Вы очень похожи на свою мать. И… вы так выросли. Я обознался.

Ника была растеряна не меньше Фроста. Ей казалось, что она присутствует при чем-то личном — настолько, что не имеет право быть озвучено кем-то вслух. Слова так часто бывают губительны. Девушка видела, как в процессе чтения дневника, менялось лицо маджикайя, как прожитые события искажают его черты.

Когда ознакомление с прошлым было закончено, Ника начала говорить совсем не то, что считала правильным. Возмущение складывалось в дерзкие предложения и как предатели самовольно слетали с губ. Верис говорила, о том, что порядочные люди так не поступают, что нельзя было все это время водить ее за нос, потому как она приложила невероятные усилия, чтобы начать доверять человеку, которого ненавидит. Что Фрост действительно ублюдок и ничего не понимает в чувствах нормальных людей, и что правильно его наказали, лишив воспоминаний.

— Спасибо, Верис, тут написано, — маджикай постучал указательным пальцем по дневнику, — что вы крайне доброжелательны.

— Это один из лучших моих минусов! — тявкнула Ника.

— Я полагаю, пока я был без сознания, дневник Менадра оказался снова у вас?

— У меня, — пояснил тролль, вертя в лапах позолоченный фолиант.

Ника ответила маджикаю:

— Самое главное, что он не у вас.

— Вам не кажется, что столь ценной вещице не стоит находиться в этих синих лапах? — спросил Фрост, поднимаясь на ноги.

— Я ему доверяю больше чем вам, — ухмыльнулась Ника. — Если бы я не заснула тогда…

— Я бы нашел способ избавиться от вас, Верис, — перебил маджикай. — По крайне мере, в моем дневнике написано, что я хотел бы этого.

— Эй, убивец, как найдешь этот способ, сообщи мне, — прохрипел тролль, подмигнув маджикаю. — Ну, как бы услуга за услугу. Я тебе дорогу к зеркалу, ты мне дорогу к спасению…

Ника возмущенно зыркнула на Цератопа, а Фросту задала вопрос:

— Ну и что в этом дневнике зашифровано на самом деле?

Грегори вздохнул. Он еще не свыкся с прочитанными фактами своей биографии, поэтому даже не старался просчитать ход своих действий или новые пункты плана.

— В тексте были выделены не слова, — маджикай шлепнул по руке, прихлопнув успевшего испить крови комара, — а буквы. Из них составляется заклинание, которое активизирует зеркало. Именно для этого я и просил Вывера, достать мне фолиант…

Фрост замолчал. В его голове вспыхнуло воспоминание. Появился образ старшего замдиректора Вишнича.

— Вы что? — спросила Ника настороженно.

— Кажется, я… — промямлил маджикай, подходя к зеркалу.

Отражение колыхнулось, будто потревоженная веселой детворой водная гладь: огонь пожирал стены храма. Он со связанными руками стоял на коленях напротив замдиректора Вишнича.

— Когда вы будите меня казнить. Вывер, постарайся сделать так, чтобы я выжил.

— Я не смогу скрыть это от Масса мысленно, а Гевин почувствует, что смерти не было. Я не стану себя подставлять…

— Уничтожь прошлое. Направь их силы на мою память. Отдай дань Костлявой моими воспоминаниями… Когда настоящий появится, найди дневник Менандра… я все предусмотрел…

Воспоминание свернулось в клубок и настоящее шкодливым котенком унесло его прочь.

Ника спросила:

— Так вы вспомнили, что показало вам зеркало?

— Нет… не уверен, — сказал Фрост и протянул ладонь, заметив аккуратно обмотанные расписной лентой кандалы на руке. — Дайте мне фолиант, Верис.

— После того, как вы его украли? Зачем на этот раз?

Фрост почувствовал, как прежнее спокойствие рвется, словно промокший лист бумаги.

— Верис, дайте мне фолиант, вы ведь тоже хотите знать правду!

Ника посмотрела на тролля. Тот лишь пожал плечами и сказал:

— Не смотри на меня, фря. Я не знаю, зачем ты сюда шла. Но если это тот, кто убил твою мать…

— Я не убийца! — прокричал Фрост.

Завершение этой истории неумолимо клонилось к закату, как печальное солнце к горизонту.

Ника забрала из лап тролля дневник и, подойдя к Фросту, протянула фолиант.

— Спасибо, Ника, — искренне поблагодарил Грегори.

— Надеюсь, это будем моей последней ошибкой, — сказала девушка.

Маджикай пролистнул позолоченную тетрадь и вытащил листок-закладку с составленным из зашифрованных букв заклинанием.

Фрост какое-то время просто смотрел на слова, будто давно разучился читать. Он глубоко вздохнул и обернулся.

— Если то, в чем меня обвиняют, окажется правдой… — тихо сказал он, посмотрев на Нику. — Здесь и сейчас, хочу сказать… что мне жаль…

Мужчина не договорил, он посмотрел на свое отражение и до боли в порезанной ладони сжал руку в кулак. На землю закапала кровь. Маджикай потянулся к зеркалу.

— Грегори, — окликнула Ника.

Фрост взволнованно оглянулся.

Девчонка сказала:

— Мне тоже… если это окажется правдой.

Маджикай благодарно кивнул и снова посмотрел в зеркало. Окровавленной ладонью он нарисовал прямую линию на серебристой глади.