Тайна Овального кабинета - Николай Чергинец

— Мы шутили. Обсуждали текущие события. Я всегда говорила ему о своих глупых идеях по поводу управления страной. Он рассказал мне о своем детстве, я ему — о своем.

— Хорошо, мисс Моника. У меня, пожалуй, будет на сегодня последних два вопроса. Первый: вы подтверждаете, что имели с Джоном Макоули половую связь?

— Да, мистер Гордон, сейчас я уже знаю, что это было у него не только со мной.

— Второй вопрос: вы подтверждаете, что в ходе судебного разбирательства по иску миссис Люси Бриттон к мистеру Джону Макоули под присягой вы дали ложные показания, заявив, что никакой интимной связи у вас с Джоном Макоули не было?

— Да, подтверждаю и готова об этом честно и откровенно рассказать при условии гарантий с вашей стороны, что я не буду привлечена к уголовной ответственности за то, что врала под присягой.

— Хорошо, договорились. Вот вам бумага и ручка. Садитесь и опишите все, что у вас было с мистером Джоном Макоули, а я возьмусь за подготовку соответствующего протокола, где мы с вами оговорим ваши гарантии.

— Но я все не смогу описать. Могу что-то забыть, не вспомнить какую-то дату и прочее…

— Не страшно. Мы еще не раз встретимся с вами и все восстановим. Согласны?

— Да, мистер прокурор. Я уже так извелась, что делаю это с огромным чувством облегчения.

Глава 44

В Вашингтоне судебные слушания по иску Беллы Крипас к Джону Макоули прошли без его участия. Суд признал отсутствие ответчика убедительным и согласился, что достаточно присутствия адвокатов и представителей Президента.

А в это время Джон Макоули прибыл в Гану. Это был первый визит Президента США в Африку на целых двенадцать дней.

Макоули, по совету Евы Мискури и Христины Кейс, позвонил супруге и попросил ее прервать свое пребывание в Нью-Йорке и срочно прилететь в Гану. Визит в страны Африки было признано целесообразным Президенту проводить вместе с супругой. Это в какой-то мере скрашивало неприятную газетную шумиху об очередном любовном романе Макоули.

Встречать высокого гостя в столице Ганы Аккре пришли 250 тысяч граждан.

Речь Президента то и дело прерывалась бурными, продолжительными аплодисментами и восторженными криками.

Огромная площадь, битком забитая людьми, в очередной раз взревела, когда Макоули высказал свое восхищение успехами Ганы, где родился действующий генеральный секретарь Организации Объединенных Наций:

— Настало время обозначить на карте мира новую Африку, лицом которой являются такие страны, как Гана, — закончил Джон Макоули и под восторженный рев и аплодисменты стал рядом с Сарой.

Она, понимая момент, обняла его, что вызвало дополнительные эмоции у массы народа.

После митинга Президент Джон Макоули направился во дворец для переговоров с Президентом Ганы, а Сара вместе с дочерью Анджелой направилась в огромный зал для встречи с женщинами. Ее выступление вызвало у огромного количества собравшихся женщин невиданный успех. Стены дрожали от аплодисментов и радостных криков, когда Сара призвала власти стран региона покончить с древней языческой традицией — обрезанием женщин.

Чуть позже, когда Сара вместе с дочерью оказалась в автомобиле, Анджела непроизвольно содрогнулась:

— Мама, но ведь это обрезание — чудовищная пытка для женщины. Почему это они делают?

— Традиции, дикие традиции, которые надо немедленно ломать. Скажу тебе, девочка, сделать это очень и очень трудно…

В этот момент послышался зуммер аппарата радиотелефона. Сара взяла трубку и, к удивлению, услышала голос Хаммера.

— Уважаемая миссис Макоули, — официальным голосом произнес Майк Хаммер, — я хочу сообщить вам, что ваша карта бита! Мое условие теперь будет иным. Я требую от вас триста миллионов долларов, или мир содрогнется, услышав, чем занимаются супруга Президента Соединенных Штатов Америки и президент фонда «За права женщин» миссис Богарт. Думаю, что вы понимаете, о чем я говорю?

Сара побледнела, перед глазами у нее буквально все поплыло. Она поняла: Майкл Хаммер все знает, а тут еще дочь рядом. Анджела, правда, была увлечена созерцанием улиц Аккры и, к счастью, смотрела через стекло на непривычную картину, которую раскрывала перед ее взором Африка. Сара попыталась взять себя в руки и, как можно спокойнее, стараясь быть непринужденной, произнесла:

— О чем ты, Майкл? Мы же с тобой договорились, и я по приезде сразу же сдержу свое слово. Просто случилось так, что мне по требованию Джона, пришлось вылететь в Африку, обстановка потребовала, чтобы Президент был с супругой…

— Меня уже не интересуют эти центы, — грубо прервал ее Хаммер, — речь идет о судьбе четы Макоули и в первую очередь твоей, мошенница! Поэтому я не хочу терять время и спрашиваю: ты согласна выплатить мне триста миллионов долларов, или фонд и ты окажетесь в бездне, куда втянете всю Америку?

— Майкл, я сейчас еду в машине. Мы можем переговорить чуть позже? Скажи, по какому телефону тебе перезвонить, и в течение часа я позвоню тебе.

— Хорошо. Жду ровно час. Можешь позвонить мне на мобильный телефон. Запомни, я жду только один ответ «да!», если не перезвонишь в течение часа — это будет означать, что ты не согласна с моим ультиматумом. Поверь, что после этого тебе лучше сбежать к черным обезьянам и в Штаты не возвращаться!

В трубке послышались частые гудки, а Сара не могла оторвать ее от уха. До нее дошло, что Хаммер каким-то чудом узнал все. Если это так, то уже в ближайшие дни ее ждет катастрофа. Да что ее, этот сукин сын прав, катастрофа случится не только для нее и Джона, но и для всей Америки!

Сара положила трубку в зажим и, откинувшись на спинку, лихорадочно искала выход. Если Хаммер поднимет шум, тогда конец. Надо его успокоить. Но как?

Анджела оторвалась от своего занятия и повернулась к Саре.

— Все в порядке, мама? Кто это звонил?

— Все в порядке, звонил один из моих сотрудников…

Она хотела еще что-то сказать, но снова напомнил о себе радиотелефон. Сара буквально схватила трубку, но услышала голос не Хаммера, а Евы Мискури. Представившись, Ева произнесла:

— Мне приказал мистер Президент проинформировать вас, что завтра утром вылет в Уганду, где состоится встреча с главами государств, расположенных южнее Сахары. По пути в Уганду он намерен остановиться в столице Руанды, где состоится беседа с представителями беженцев, а также с африканцами, которые пострадали от геноцида 1994 года, унесшего свыше полумиллиона жизней. До конца недели мистер Президент планирует посетить Южно-Африканскую Республику, Ботсвану и Сенегал. Если у вас возникнут какие-либо желания или приказания, то в любое время можете вызвать меня. Я готова решить любой вопрос.

— Благодарю вас, миссис Мискури. Я буду иметь это в виду.

Сара взяла трубку переговорного устройства. Сидевший рядом с водителем и отгороженный от миссис Макоули толстым стеклом помощник сразу схватил трубку.

— Нам еще долго ехать?

— Десять−двенадцать минут.

— Благодарю.

Анджела придвинулась поближе к Саре:

— Мама, я чувствую, что у тебя возникла какая-то проблема.

— Небольшая. Как только приедем в резиденцию, я ее быстро решу.

— Мы будем в разных комнатах?

— Мы будем в одном доме, но, как положено, у каждого будут свои апартаменты.

— А можно, я приду к тебе перед сном поболтать?

— Конечно, дорогая, — ответила, как можно веселее, Сара и обняла дочь.

Постепенно Сара начала оправляться от удара и ее мозг уже просчитывал варианты возможных действий. Когда небольшой кортеж начал въезжать в массивные ворота резиденции, Сара уже пришла к выводу, что спасти ее может только Джо Сольдо. Только он, этот пылкий любовник, готовый ради нее на все, может решить проблему.

Сара решительно поднялась в свои апартаменты и, не тратя времени на их осмотр, сразу же бросилась к телефону и набрала номер телефона Джо. Сейчас она жаждала одного, чтобы Сольдо ответил. На сей раз судьба была благосклонна. Сара услышала его голос.

— Джо, привет, дорогой. У меня мало времени, и поэтому сразу к делу. Меня достал этот Майкл Хаммер. Помнишь, недавно я рассказывала тебе о его преследовании?

— Да, конечно помню, дорогая.

— Джо, я хочу, чтобы ты отложил все свои даже самые важные дела и завтра утром был в Вашингтоне.

— Дорогая, но ты забыла, что у нас еще ночь…

— Неважно, милый. Ответь мне четко: ты сделаешь, чтобы эта мразь больше не загрязняла мир?

— Не просто сделаю, а сделаю с большим удовольствием по первому же твоему приказу.

— Да, я тебя прошу, дорогой. Если завтра ты не решишь эту проблему, то послезавтра будет уже поздно. Считай, что ты спасешь не только меня, но и всю Америку.

— Понял. Как с ним поступить?

— Как с бешеной собакой.

— Ясно. Где мне его найти?