Князь Штормовых Земель - Екатерина Соловьёва

Миисса бросила взгляд на часы. Айтар посмотрел тоже. Без трех минут полночь.

– Я заключила сделку, – сказала она, упорно отводя глаза от Айтара.

Эта фраза не предвещала ничего хорошего, но со всем на свете можно справиться – Айтар не сомневался. Миисса должна все рассказать, и вместе они точно смогут найти выход. Только вот сейчас Айтар испытывал боль и злость и не был готов выдавать такие правильные речи.

– О чем ты говоришь, Миисса? – вкрадчивым голосом спросил он.

– У меня не было выбора, – прошептала она.

– Почему ты не сказала мне раньше? – Айтар с трудом сдерживал раздражение.

– Сначала ушел Тэй, потом ты потерял Илая, – со слезами на глазах Миисса приблизилась. Она замерла в шаге от него. – Я много раз пыталась начать этот разговор, но не смогла. Я не хотела, чтобы ты нес еще и эту ношу. Эту сделку не отменить, ничего уже не исправить. Прости меня, прошу.

По ее щекам не прекращали бежать слезы, а пальцы сжимали тонкую цепочку на шее. Миисса смотрела на него, ожидая ответа, но Айтар никак не мог решить, что чувствует от ее признания.

Она посмотрела на часы. Когда стрелка остановилась на без одной минуты, Миисса повернулась, а ее губы тронула нежная печальная улыбка. Она прощалась. Это было очевидно. Айтару эта улыбка доставляла боли не меньше, чем ее слова.

– Какую сделку ты заключила? – нетерпеливо потребовал он.

– Это не важно, – быстро покачала головой Миисса, сильнее сжимая цепочку на шее. Казалось, она ей мешала и лишала воздуха.

Айтар не мог простить, что Миисса решила уйти из-за какой-то дурацкой сделки. Что она хотела получить? Он мог дать все, что бы она ни попросила!

– Для меня важно! – твердо ответил Айтар. Он едва сдерживался, чтобы не закричать. – Что за сделка?

Миисса посмотрела ему в глаза, а голос перестал дрожать.

– Моя жизнь в обмен на твою любовь.

Не успел он сказать и слова, как Миисса резко схватилась за горло и упала на колени. Айтар оказался рядом через мгновение, хватая ее за плечи и не позволяя упасть. Он не понимал, что происходит, и по-настоящему испугался, когда Миисса начала кашлять, выплевывая на пол сгустки крови. Кровь заливала ее подбородок и белое платье.

– Миисса!

Айтар похолодел от страха, потеряв способность здраво мыслить. Нужно позвать на помощь, но Миисса с силой вцепилась пальцами в рукава его рубашки. Она больше не могла стоять даже на коленях, теряя остатки сил. Айтар удержал ее и прижал к себе.

Захлебываясь собственной кровью, Миисса умирала на его руках, а он не мог ничего сделать. Ощущал, насколько сильно пропитывалась кровью одежда, видел, как слабело ее тело. Айтар испытывал настоящий ужас, терзаясь безысходностью.

Миисса затихла в его объятиях, голова безвольно упала ему на колени.

– Миисса! – с нескрываемым страхом позвал Айтар, сжимая ее холодные тонкие плечи.

Ей хватило сил с трудом открыть глаза и в последний раз посмотреть на Айтара. Их взгляды встретились на несколько коротких мгновений, а потом Миисса замерла. Ледяные пальцы ослабили хватку. И стало так тихо, словно кто-то резко оборвал все звуки.

– Не уходи! – не стыдясь мольбы в голосе, шепотом просил Айтар.

Миисса не отвечала.

Айтар был к этому не готов, его сознание отказывалось принимать происходящее. Он все еще крепко держал Мииссу в своих объятиях. Слышал одинокое биение собственного сердца, которое по всем законам тоже должно было остановиться, ведь человек просто не способен выносить столько боли. Не отрываясь, смотрел на ее лицо, запоминая каждую черту и каждую родинку. Но больше ничего не чувствовал. У него, словно у купаса, порвалась последняя струна.

Глава 11

Личная Бездна

Я не слышу тебя, но чувствую,

Я не вижу тебя, но помню —

На кровати, просто уснувшую.

И глаза твои бездонные…

Слова старой песни звучали в голове каждый день. Айтар не мог от нее избавиться, как ни пытался, а потом устал и прекратил попытки. Он просыпался, встречался с советником, потому что так нужно, засыпал, потому что уже был не в состоянии стоять на ногах. Все случилось так быстро и неожиданно, что Айтар просто не мог это принять и поверить. Каменная стена, которой он оградил свое сердце, позволяла ничего не чувствовать, и лишь поэтому он все еще поднимался по утрам.

Сойти с ума легко, а вот держать себя в руках неимоверно тяжело. После всех ударов, которые обрушились на него, Айтар ощущал, как постепенно теряет над собой власть. Именно поэтому он запретил себе испытывать любые чувства, даже вспоминать о них. Но как бы ни старался, ночами, когда его измученное сознание было наиболее уязвимо, они приходили в его сны. Илай. Миисса. Тэй. Поэтому Айтар почти не спал.

Словно в насмешку, сражение все не начиналось, будто Сапат хотел извести его неопределенностью. Он не напал ни в первый день зимы, ни в четыре последующих. Но битвы было не избежать, и ничего не могло этого изменить.

Они собрались в шатре рано утром, по какой-то негласной традиции делая это каждый день. Все сходились во мнении, что основной удар будет нанесен именно сегодня. Отсрочку, которую давал Сапат, многие сочли возможностью избежать боя, спастись бегством. Но таких мыслей Айтар даже не допускал.

– По новым донесениям, войско Сапата увеличилось на несколько сотен наемников. Они уже выступили из Нарспии.

– Ходят слухи, что Осы набирают еще ведьм, которых будут использовать в сражении.

– С того берега приносят вести о десятках демонов, скрывающихся в лесах.

Айтар равнодушно слушал все это, не испытывая ни удивления, ни отчаяния. Это лишь сухие сведения, говорившие далеко не в его пользу. Все делали выводы, понимая безвыходность их положения в сражении, но боялись вслух сказать об этом.

Сай стоял рядом, сложив руки на груди, и хмурился. Он следил за тем, как хисэ Рэин стучал ладонью по столу и доказывал свою точку зрения. Илем, наклонившись, рассматривал полученные утром донесения, не участвуя в разговоре. Иногда звучал громкий голос советника, который давал повод для обсуждения.

До Айтара словно издалека доносились жаркие споры. Кто-то кричал, что нужно напасть первыми, воспользовавшись неожиданностью. В ответ звучали слова о том, что следует скрыться и выждать, накопить силы и ударить, когда они будут готовы. Сейчас вероятность победить была ничтожна мала. Айтар не боялся смерти, глубоко в душе даже