Серебряная леди - Патриция Поттер

— Винчестер! — позвала Каталина, опасаясь как бы не пристрелили собаку. — Винчестер!

Пес не разжимал челюстей. Он почти висел, вцепившись в руку непрошенного гостя. Рядом стояли два официанта, не зная, что делать с собакой. Каталина снова позвала пса. Он оглянулся на нее в некотором раздумье, потом отпустил незнакомца и медленно подошел к ней.

— Все хорошо, — похвалила она Вина, — ты молодец.

Винчестер повилял хвостом, однако глаз с налетчика не спускал.

Того уже держали два официанта, третий забрал у Бэйли винтовку и вынул из чехла вторую.

Кэт заторопилась к бару. Своей раны она не чувствовала. Марш лежал, вытянувшись на полу. Из раны на груди текла кровь. Вторая пуля задела череп, и рана на голове тоже кровоточила.

— Позовите доктора! — закричала Каталина. — Доктора Мак Лорена!

Она опустилась на колени возле Марша и осторожно приподняла ему голову. Он был без сознания. Голова и грудь — в крови.

— Марш, — шептала женщина, — не покидай меня.

К ней подошел один из официантов.

— А что делать с?..

— Позовите полицию. Но сначала пошлите за доктором.

Каталина схватила со стойки салфетку и, расстегнув Маршу рубашку, приложила ее к ране. Серьезнее ранения быть не могло.

— Ты не имеешь права умереть, — приказала она ему. — Я тебе этого не позволю.

Каталина погладила его по щеке. Марш тяжело дышал. Каталина наклонилась и поцеловала его так нежно и сладострастно, что если бы Марш уже начал покидать земную юдоль, то поцелуй бы вернул его обратно. Кэт не могла говорить: спазм сжал горло. Ей оставалось только гладить его — по голове, по рукам, чтобы он знал, что она здесь и всегда будет с ним. Второй рукой Каталина крепко прижимала салфетку к ране. Женщина заметила, что лицо у Кантона все мокрое, и только потом поняла, что это ее слезы.

— Я никогда не плакала до встречи с тобой, — прошептала она с болью. — И даже не думала, что могу.

Рядом заскулил Винчестер. Оказывается, он прошмыгнул за ней и сейчас лежал, положив морду на ноги Марша.

— Он тоже хочет, чтобы ты вернулся, — умоляла она Марша, с трудом выговаривая слова и глотая слезы.

Если бы она могла остановить кровотечение! Если бы она появилась на несколько секунд раньше! Если бы она могла подарить возлюбленному свою жизнь! Почему она не взяла с собой пистолет? Официант, прибежавший за ней в «Серебряную леди», сказал, что незнакомец бросил Маршу вызов, но Марш отказался драться. Почему?

— О Марш, — шептала Каталина, — почему именно сейчас?

Казалось, что истекли долгие часы, прежде чем рядом с ней оказался доктор Мак Лорен. Каталине пришлось уступить место рядом с Маршем врачу. Ей казалось, что у нее вырвали сердце.

Осмотрев раны, доктор спросил:

— Куда мы можем перенести его?

— Вдоль по коридору налево. Там его комната, — ответила Каталина.

Врач кивнул, поднялся на ноги. Мужчины сгрудились вокруг Кантона, толпа оттесняла Кэт все дальше и дальше от любимого. Вин предупреждающе зарычал, оскалив зубы.

— Пусть подойдут, Вин, — уговаривала она собаку.

Винчестер немного успокоился, но продолжал внимательно следить, как несколько мужчин подняли безжизненное тело хозяина и понесли я комнату. Кэт отправилась за ними. Доктор внимательно посмотрел на нее.

— Вы вдвоем вполне обеспечиваете меня работой. Почему бы вам не подождать за дверью?

— Нет, — резко отказалась Кэт.

— Я не могу тратить время на пререкания с вами, но, если вы хотите остаться, вам придется в точности выполнять мои указания.

Кэт согласно кивнула.

— Горячей воды, полотенца, салфетки.

За закрытой дверью сгрудились подчиненные Марша. Лица у всех были озабоченными, и Кэт поняла, что они искренне волнуются, несмотря на то, что проработали в салуне очень недолго. Женщина передала одному из официантов указания доктора, и тот мгновенно бросился исполнять его.

— Полиция забрала этого парня, — шепнул ей второй.

— Спасибо, — ответила Каталина, и слезы потоком хлынули у нее из глаз.

Вин, который до этого терпеливо молчал, заскулил, прося впустить его к хозяину. Каталина смилостивилась и открыла ему дверь.

— В угол, — приказала она и с изумлением увидела, что пес поплелся в угол, тихонько улегся там, положив голову на лапы, и уставился на Марша.

Доктор осматривал рану на груди.

— Рана головы — не из серьезных. С ней можно повременить, — объяснил он Каталине и попросил:

— Помогите мне перевернуть его и снять эту проклятую рубашку. Надеюсь, пуля прошла навылет. Сейчас трудно сказать. Он весь в крови.

Кэт покорно выполняла указания доктора.

— Уф, — облегченно вздохнул Мак Лорен, когда ему удалось детально изучить рану. — Он ранен навылет. Пуля не задела ни сердца, ни легких. Если нам удастся остановить кровотечение и если рана не инфицирована…

Замолчав, он прижал тампон к ране. Затем, вернув Кэт окровавленную салфетку, протянул руку за новой. Кэт казалось, что Марш утопает в крови. Раздался стук в дверь, и вошел официант с двумя кувшинами горячей воды. Второй принес стопку чистых полотенец и салфеток. Кэт поблагодарила их.

— Пойдите расскажите обо всем Хью, — попросила она мужчин. — Закройте салун и можете идти по домам, — распорядилась она.

— Если вы не возражаете, — раздался голос одной из девушек-крупье, — мы лучше подождем здесь.

К глазам опять подступили слезы. Знает ли Марш, как преданы ему люди, думала Каталина. Судя по тому, что он говорил раньше, нет.

— Конечно, — кивнула она и вновь склонилась над Маршем.

— Кажется, кровотечение уменьшается. Я зашью рану и… и нам останется только ждать, — раздался голос доктора.

Кэт передернуло. Как это несчастное тело, испещренное шрамами, может вынести еще и эту боль?

— Мисс Хилльярд, — окликнул ее Мак Лорен.

— Со мной все в порядке, — ответила Кэт, собравшись с силами.

— Я буду накладывать швы, а вы следите, чтобы не было крови, — распорядился он.

Даже будучи без сознания, Марш вздрогнул, когда к уже полученной боли добавились мучения, причиняемые иглой врача. Сжимая в руках салфетку, Кэт отирала выступающую кровь. Впервые в жизни она возносила молитвы Господу. Закончив, доктор издал победный клич.

— Наисчастливейший из людей. Пуля не задела ни одного жизненно важного органа, хотя прошла близко к сердцу.

— Значит, он выживет?

— Ну, знаете, он потерял очень много крови, и при таких тяжелых ранениях ничего нельзя утверждать наверняка, но в настоящую минуту я думаю, что все обойдется. Я оставлю болеутоляющее. Надеюсь, вы помните, как его давать? Да, кстати, как ваше плечо?

Кэт улыбнулась.

— Я почти не чувствую боли.