Искатели потерянного ковчега. Индиана Джонс и последний крестовый поход - Кэмпбелл Блэк

— А я собираюсь жить-поживать и после того, как этот слабоумный отправится к праотцам.

Он вытащил пистолет, ткнул дуло Инди в лоб и, сделав шаг назад, произнес:

— Грааль будет моим, а вы, доктор Джонс, мне его добудете.

Инди усмехнулся, словно все это его не касалось.

— А как же доктор Шнайдер?

Донован скривил губы в улыбке.

— Должен вас огорчить, она пойдет в нагрузку к Граалю. взгляд Инди невольно обратился к Эльзе, которая стояла в двух шагах от Донована. Ее лицо — красивое и нежное — ничего не выражало.

Донован снова схватился за пистолет.

— А теперь, пошевеливайся!

— Застрелите меня — не получите чаши.

Донован и сам это понимал. С минуту он помолчал, потом перевел глаза на Генри, снова на Инди, и на его губах заиграла гаденькая усмешка.

— Вы совершенно правы, доктор Джонс. Полностью с вами согласен.

Он повернулся к Генри и наставил на него пистолет.

— Не надо! — одновременно вскрикнули Инди и Эльза, но Донован в упор выстрелил Генри в живот.

Генри, зажав рану руками, покачнулся и обернулся к Инди.

— Папа!

Эльза тоже бросилась к нему, но Донован схватил ее за руку и дернул к себе.

— Не лезь!

Генри рухнул на руки сыну, который осторожно положил его на пол. Подбежавший Салла опустился рядом на колени и придерживал голову раненого, пока Инди разрывал рубашку на груди отца. Броди сунул в руки Инди платок, который тог прижал к ране, чтобы остановить кровь. Он увидел в боку Генри еще одно кровоточащее отверстие — отец был ранен навылет. Инди нежно обратился к нему и сказал, что рана не опасна, стараясь, чтобы голос звучал достаточно убедительно.

— А ну поднимайся! — снова рявкнул Донован.

Инди метнул на него взгляд, полный ненависти и вскочил на ноги, готовый задушить Донована. Тот вновь наставил на него пистолет.

— Сейчас, если я застрелю вас, ваш отец тоже умрет. Его может спасти только целительная сила святого Грааля. Вы все еще собираетесь упорствовать, Джонс?

Генри застонал.

— Инди, — позвал его Салли. — Ему совсем худо.

Инди повернулся и вновь опустился на колени рядом с отцом, пока Броди шептал ему, что дела Генри совсем плохи. Инди кивнул, это было очевидно.

— Грааль его единственный шанс, — продолжал Донован, победно улыбаясь. Он был уверен, что Инди согласится, ведь выбора у него не было.

Инди взглянул на Броди.

— Он прав, Грааль его спасет, — сказал тот. — Я верю в это, и ты должен верить.

В любое другое время Инди просто посмеялся бы над этой нелепостью, но сейчас, рядом с умирающим отцом, он кивнул Броди и достал из кармана дневник. Он уже собирался подняться с колен, когда его остановила рука Генри.

— Помни… Дыхание Господа, — прошептал он.

— Я помню, папа. Грааль я достану. Для тебя.

Глава двадцать первая

ТРИ ИСПЫТАНИЯ

Крепко зажав в руке дневник отца, Инди вглядывался в темноту там, на самом верху лестницы. Он различал только арку, и ничего за ней. Глубоко вздохнув, он начал подниматься, стараясь не глядеть на обезглавленные тела.

На полдороге он остановился, но сзади тотчас послышалось щелканье затворов. Эхо разнеслось по всему храму. Донован приказал солдатам султана стрелять, если Инди испугается и бросится наутек. Теперь они готовы были выполнить приказ.

Инди открыл дневник. Света было мало, буквы расплывались, но выхода не было — прежде всего надо пройти через арку, которая была названа в дневнике «Дыхание Господа». Отец лежал внизу и истекал кровью. Он должен спасти его, а для этого необходимо достать чашу Грааля, и как можно скорее.

Умом Инди понимал, что никакая чаша, даже самая старинная, не способна вылечить пулевое ранение. Но в жизни он успел навидаться всякого и знал, что случается порой и невозможное.

Вряд ли лечебные свойства чаши удастся доказать или повторить в условиях строгого научного эксперимента, однако нужно попробовать. Все, чего он хотел, это, чтобы чаша помогла один раз, всего один.

Он сделал еще два шага и вдруг услышал, что отец зовет его. Инди повернулся и увидел, что отец смотрит на него стекленеющим взглядом и, прислушавшись, понял, что тот повторяет одну и ту же фразу:

— Пройдет только тот, кто раскаялся… Пройдет только тот, кто раскаялся…

Вслед за отцом он повторял эти слова снова и снова, одновременно преодолевая остальные ступени. Прямо перед ним лежали обезглавленные трупы, все вокруг было залито кровью.

Он сделал шаг в сторону арки, потом еще один. Инди всматривался в глубину прохода прямо за аркой и понимал, что от смерти его отделяют всего несколько футов.

— Раскаялся… только тот, кто раскаялся, — шептал он, как в трансе.

Он бормотал эти слова как заклинание, как молитву. И неожиданно происходящее по-новому раскрылось перед ним, он понял, где он и КАКУЮ вещь он ищет. Стремления и надежды отца стали теперь и его надеждами и устремлениями. Инди вспомнил, что тот говорил ему тогда, в каньоне: сэр Галахэд преуспел там, где Ланселоту ничего не удалось сделать.

С противоположной стороны арка была затянута паутиной. Почему же он прежде ее не заметил? Значит, раньше через арку никто не проходил. Теперь он знал, что «Дыхание Господа» находится между ним и паутиной.

— Только тот, кто раскаялся… Раскаялся… Тот, кто раскаялся…

Инди уже готов был сделать следующий шаг, но задержался и напоминал теперь большую птицу, стоящую на одной ноге. Тот, кто раскаялся, должен смирить себя перед Господом и упасть перед ним на колени. На колени.

Тогда Инди опустился на колени и тут же услышал свист. Не раздумывая, он нырнул вперед и замер, лежа на животе. Потом медленно перекатился дальше. Прямо над головой, всего в нескольких дюймах, он успел увидеть маятник в виде остро заточенного треугольника. Маятник был прикреплен к двум деревянным зубчатым колесам на внутренней стороне арки. Возможно, их приводила в движение даже легкая волна воздуха, возникающая в результате движения человека. Настигнув цель, маятник останавливался.

Несмотря на пролетевшие столетия, маятник работал как заколдованный. Правда, этому можно найти объяснение. В пустыне процесс разрушения идет очень медленно. Инди видел тела людей, пролежавших в песках не одну тысячу лет. Кости еще покрывала кожа, ткань была сравнительно целой, более того, нити сохранились так хорошо, как будто их соткали совсем недавно.

Тут Инди заметил веревку, свисавшую с одного колеса, и осторожно пополз в ту сторону. Схватив ее, он сделал петлю и накинул ее на зубец ближайшего колеса. Петля зацепилась, механизм остановился и маятник замер.