Путь тени - Брент Уикс

— Серьезно? Вот так незадача! Один мокрушник убивает жертву другого. Гм. Или ты называешься мокрушницей?

— Какая разница?

Виридиана плотнее обхватила Кайлара бедрами. Он покраснел.

Она ущипнула его за щеку.

— А ты весьма недурен собой. Даже немного жаль убивать тебя.

— И мне жаль, что такая девица…

— Успокойся, — перебила его Виридиана. — Роскошная наружность — часть моего таланта. Даже странно, что ты не очень-то пустил слюнки.

— Что ты имеешь в виду? Это что… сплошная иллюзия?

— Ты бы лучше попрощался с жизнью, — сказала она. — А формы у меня настоящие, спасибо за комплимент.

— Я выразил бы восторг многословнее, но его несколько притупляет нож возле шеи.

— Если надеешься избежать своей участи заигрываниями, можешь не стараться — тебе не хватает опыта. На кого ты работаешь?

— А ты на кого? На короля, — сказал Кайлар. — Угадал?

— Ты, вижу, не из слабонервных, — заметила Виридиана. — Мне это даже нравится.

— Если бы я надул в штаны, нам обоим это не пришлось бы по вкусу, — сказал Кайлар. Мокрушница усмехнулась. Он улыбнулся, возможно, более милой улыбкой. — Ну как? Выходит у меня заигрывать?

— Не особенно, но даю тебе одно очко — за старание. Этот заказ я получила от короля, правильно. То, что принца зарезал ты, его немного рассердило. Если точнее: платит мне король, а распоряжения отдает Рот. Теперь отвечай ты.

Виридиана чуть сильнее вдавила нож в его кожу. Кайлару пришлось как можно дальше повернуть голову в сторону.

— Поставь себя на мое место, — сказал он, напрягая шею. — У меня два пути: если я не отвечу, ты убьешь меня медленно, и мне придется помучиться. Если отвечу, сделаешь то же самое, но быстро.

— Ты надеешься, что у тебя есть и третий путь. Ты протянешь время и каким-нибудь чудесным образом спасешься. Умен. Впрочем, иначе и не могло быть. Все удивляются, почему Блинт взял себе ученика без таланта. Видимо, его отсутствие компенсируется мозгами.

— Говоришь, все удивляются? Может, вы по этому поводу еще и заключаете пари? Постой-ка, а кто сказал, что у меня нет таланта!

— Не знаю. По большому счету это дело не мое, а Са'каге, — произнесла Ви. — Так ты ответишь, на кого работаешь, или нет? Наверняка тоже на Рота. Если уж ему нужно, чтобы работу непременно сделали, он сто раз подстрахуется. Болтают, будто и леди Джадвин была с ним в сговоре, но я в это не верю. Принца убрал профессионал, я сразу определила.

— А ты любительница поболтать, — заметил Кайлар.

Будь у него свободны руки, он наказал бы себя за глупую оплошность хорошей оплеухой. Желаешь выиграть время, ни в коем случае не насмехайся над болтливостью захватчика, а воспользуйся ею.

Прекрасное лицо Виридианы на мгновение сделалось отвратительным. Кайлар вдруг увидел в ней Хью Висельника. Она улыбнулась, но выражение Хью из глаз не исчезло.

— Встретимся в следующей жизни. Советую поупражняться в заигрываниях.

Кайлар, ожидая, что в его шею войдет сталь и по всему телу разольется тепло, в отчаянии весь напрягся. Раздался стук в дверь.

— Кайлар? — позвал граф Дрейк.

Ви вздрогнула и повернула голову.

Кайлар дернулся, пытаясь сбросить ее с себя. Разум подсказывал ему поступить именно так, но он и не подозревал, что вдруг почувствует в себе небывалую мощь. Казалось, он всю свою жизнь хворал, а теперь вдруг внезапно выздоровел. В нем говорил талант, о котором все время твердил Дарзо и которым теперь Кайлар мог пользоваться.

Мокрушница взлетела в воздух, хотя одна ее нога не расцепилась с ногой Кайлара, а рукой она до сих пор держала его за волосы. Поэтому, вместо того чтобы рухнуть на пол, она упала назад на Кайлара, и попыталась зарезать его, но теперь его руки высвободились, он вцепился в ее запястья и сделал перекат.

Они вдвоем свалились с кровати — Виридиана приземлилась на спину, а Кайлар на нее. Она выругалась и двинула коленом ему в пах. Кайлару показалось, будто у него в штанах взорвалось солнце. Он застонал, но не выпустил ее рук, однако позволил перевернуться и вновь оказался внизу.

— Кайлар? — закричал из-за двери граф. — У тебя там что, дама?

Назвать ее дамой язык не повернется, мелькнуло в голове Кайлара. Его ослепляла боль. Он не мог не то что драться, но даже просто двигаться.

— На помощь!

— Как ты жалок, — проговорила Ви.

Кайлар лишь снова застонал в ответ. Мокрушница спрыгнула с него. Он не без труда поднялся на ноги. Дверь с шумом распахнулась, но Кайлар не успел ничего предпринять. Виридиана уже бросала нож в графа Дрейка.

Тот сумел увернуться. Нож пролетел по воздуху, не причинив вреда. Мгновение, и оружие уже было в руке графа, однако тот не решался метнуть его в девушку. Ви, едва заметив, что граф поднимает руку, рванула к окну.

Кайлар выхватил нож у графа и метнул его в мокрушницу за мгновение до того, как она исчезла из вида. Ему показалось, что клинок вонзился ей в плечо. Достав из-под кровати меч, он подлетел к окну, но Виридианы уже и след простыл.

Ошеломленный граф по-прежнему стоял на пороге. В его руке краснела стрела.

— Я не осмелился, — произнес он. Из уст кого угодно другого эти слова прозвучали бы как признание в поражении. Граф же произнес их торжествующим голосом. — Мне было даже интересно, в самом ли деле я изменился. Ведь прошло столько лет… Видимо, это действительно так. Спасибо тебе, Господи.

Кайлар смотрел на него в растерянности.

— О чем это вы?

— Нам надо серьезно поговорить, Кайлар.

45

— Я через день-другой умру, Джарл, так что, пожалуйста, послушай меня внимательно, — попросила Мамочка К.

Джарл изумленно посмотрел на нее и отхлебнул оотая.

«Мальчишка умеет держать себя в руках, — подумалось ей. — Впрочем, потому-то я и разговариваю с ним, а не с кем-нибудь другим».

— Завтра или чуть погодя сюда явится Дарзо или Кайлар и убьет меня, — сказала она. — Потому что я послала Кайлара убрать человека, которого он принял за Хью Висельника. На самом же деле это был Дарзо Блинт, замаскированный под Хью. Кто из них уцелел — не знаю, но теперь правда наверняка открылась. Я предала их обоих… Когда-то вы с Кайларом были друзьями, Джарл…

— Мы и сейчас друзья.

— Замечательно. Не подумай, будто я пытаюсь спастись. Пусть восторжествует справедливость. Жизнь все равно — сплошное разочарование.

Мамочка К. заметила в глазах Джарла нечто вроде сострадания. Впрочем, теперь ничто не имело значения. Он ее поймет, если доживет до ее лет.