Эти заманчивые сокровища дракона - Михаил Исхизов

 - Значит ногу в сапоге ты все-таки видел?

 - Да, я вспомнил. Правая нога в совершенно новом черном сапоге. Носок окован медью а на каблуке небольшая серебряная шпора... - без всякого сомнения заявил Буркст.

 - Вы все видели ногу святого? - спросил Калант.

 - Конечно видели. Святой драконоборец, дважды рожденный Фестоний, явил нам свою прекрасную и могучую ногу, - подтвердил монах.

 - Я видел, - не отстал от него эльф. - И черный сапог и медную пластину...

 - Какие вы счастливые, - позавидовал спутникам простодушный Калант. - А я все время глядел на этих варваров, которые хотели завладеть Фамогустом и самого главного не увидел...

 - Я обещал святому Фестонию, что половину монет, причитающихся мне после победы над драконом, отдам на строительство собора в честь святого, - вспомнил Мичигран.

 - Я сделаю то же самое, - поддержал мага рыцарь. - Я тоже отдам половину причитающихся мне монет на строительство храма.

 После этого Буркст окончательно уверовал, что нога святого драконоборца, дважды рожденного Фестония явился Мичиграну. И ему, Бурксту, конечно тоже. Даже эльф и то видел чудесное явление ноги.

 Рыцарь решил, что эльф, в битве с варварами, доказал свою преданность, заслужил полное доверие и ему можно поручить охрану лагеря отряда ночью. Если бы маг и монах не были так измотаны дракой, они, вероятней всего, возразили бы. Но, на этот раз им было не до споров. Буркст, будто и не слышал указания Каланта а Мичигран, стоило ему прикрыть глаза, уснул - как будто провалился в бездну.

 Альдарион легонько дотронулся до плеча Мичиграна, но тот сразу проснулся.

 - Что!? - ухватился он за посох. - Кто!?

 - Никого нет, - успокоил его эльф. - Мое время кончилось. Тебе пора вставать.

 - Так быстро? - маг смотрел на эльфа с подозрением. - Я только глаза закрыл, а ты уже будишь.

 - Посмотри на небо, - предложил Альдарион.

 Мичигран взглянул на звезды. Судя по ним, время уже перевалило за полночь.

 - Не может быть, - не поверил маг, и сладко зевнул. - Там со звездами что-то напутали.

 - Со звездами все правильно, - заверил его эльф. - Просто ты, как все люди, любишь много спать.

 - Ты не прав, - не согласился маг. - Я вообще-то сплю мало. Но после хорошей драки мне всегда надо поспать как следует, - Мичигран опять зевнул и потянулся. - Могу спать целые сутки.

 Зевал Мичигран с удовольствием: запрокинув голову, широко разевая рот и прищуривая глаза. Лицо у него в эти мгновения становилось умиротворенным и даже добрым. Глядя на мага, Альдариону тоже захотелось зевнуть. Он глубоко вдохнул, предчувствуя наступающую истому, но спохватился и сжал губы: эльф не должен подражать человеческим слабостям. А чем же, если не слабостью, может быть зевота?

 - Много спать нельзя. Сходи к лекарям, - посоветовал он. - Дадут тебе какое-нибудь снадобье.

 - Я ходил. Они говорят, что сон на меня действует лучше всякого снадобья и после каждой драки мне следует хорошо отоспаться. А варвары сегодня дрались отчаянно. У меня все кости болят. И мне надо спать всю ночь. А ты меня разбудил, - он с укоризной посмотрел на Альдариона. - Может быть подежуришь еще пару часиков за меня, потом Буркста поднимешь?

 - Не стану я за тебя дежурить, - отказался эльф.

 - Нет у тебя, Альдарион, никакого уважения ко мне, Великому Магу и твоему защитнику.

 - Ты мой защитник?! - возмутился эльф. - Ты мой защитник!? - с негодованием повторил он. - Ты хотел отдать меня в рабы грязному и невежественному варвару.

 - Я пошутил, - Мичигран опять широко зевнул. - Ты что, шуток не понимаешь?

 - Хорошие шутки! У меня от твоих шуточек волосы дыбом встают.

 Мичигран с сочувствием посмотрел на Альдариона.

 - Это потому, что у эльфов нет чувства юмора.

 - На твои дурацкие шутки никакого юмора не хватит, - огрызнулся Альдарион.

 - Но я же потом сказал, что тебя нельзя отдавать в рабы. Чтобы защитить тебя я даже соврал Каланту, что ты хороший маг. А ты ведь маг - так себе... С тыквами, конечно, управляешься и с травкой тоже. Но, чтобы быть настоящим магом, этого мало.

 - Я не просто управляюсь, я тыквами Буркста спас и Каланту помог! - гордо заявил эльф. - Варвары от моих тыкв в лес убегали.

 - Пользу ты кое-какую своими тыквами принес, спорить не стану. Но сбежали они в лес не от твоих тыкв, а от моих рыцарей. Хороший маг должен уметь напугать врагов, Устрашить их. Воевать тыквами нет никакого смысла.

 - Это почему же?

 - А как ты думаешь, зачем сражаются с врагами и совершают подвиги? - вопросом на вопрос ответил Мичигран.

 - Вообще?

 - Вообще.

 - Чтобы захватить добычу, - не задумываясь ответил эльф.

 - Ты не прав, Альдарион. Спроси Каланта, он тебе скажет: "Сражаются и совершают подвиги для того, чтобы покрыть себя славой и попасть в легенду". А ты со своими тыквами, даже если один целую орду варваров разгонишь, славой себя не покроешь и ни в одну самую захудалую легенду не попадешь.

 - Конечно, - заметно обиделся Альдарион. - Как сутками над бумагами корпеть, законы составлять, так эльфы нужны. Когда Буркста надо спасать, тоже эльф нужен. А в легенды только рыцари да маги могут попасть.

 - Ты не обижайся, сам виноват, - Мичигран даже вздохнул, пытаясь подчеркнуть свое сочувствие. - Легенды, Альдарион, народ складывает, а народ любит, чтобы все было красиво: огненные стрелы, сверкающие молнии, блестящие мечи, тяжелые топоры и бесстрашные герои... А теперь послушай как звучало бы вот такое: "Он нанес противнику сокрушительный удар тыквой!"

 Мичигран сделал паузу, чтобы дать эльфу почувствовать, как неестественно это звучит. Но Альдарион только дернул плечом, отказываясь признавать доказательства мага.

 - Народ "сокрушительный удар тыквой" не примет.

 - А если удар тыквой привел к победе?!

 - Не примет, даже в этом случае. Народ из тыквы варит кашу. И тыква никогда не станет символом победы.

 - Они не понимают, - осудил эльф народ. - они не правы.

 - Заблуждаешься, Альдарион, народ всегда прав. Запомни, народ прав даже тогда, когда он не прав. А вы эльфы упрямы, как бараны. Не можете понять, что в легендах все должно быть возвышено. Если ты убьешь тыквой свирепого тролля, никто не станет восхищаться и называть это подвигом. Все будут смеяться над глупым троллем который погиб от тыквы, а о тебе никто даже не вспомнит.

 - Не хочу с тобой спорить, - Альдарион привычно задрал подбородок. - Мы эльфы, понимаем в возвышенном больше чем вы, люди. - Мы дети величественной природы и знаем все ее секреты.

 - То-то вы от своей величественной природы в город рванули... Слушай, Альдарион, есть хорошая идея. Иди ко мне в ученики.