Пешки Сдвига - Вадим Громов

- Больше у меня нет. - Лихо пожала плечами. - Или берите, или я двинула. Ну?

- Ладно. Я закрываю дверь, ты кладёшь всё около порога, и выходишь на улицу. Возвращаешься через две минуты, и забираешь свою хрень. Без вариантов.

- Закрывай. - Дверь захлопнулась и, блондинка стала выкладывать всё из карманов, пристраивая у порога. - Ухожу!

Она спустилась вниз, вышла из подъезда. Было слышно, как хлопнула дверь. Первая фаза обмена состоялась. Шатун с Книжником вопросительно уставились на Лихо.

- Ждём. Возможно, устраивать погром, и никого мордовать не придётся. Хотя, сдаётся мне, что это заблуждение... Через две минуты будет ясно.

Через пару минут, дверь снова хлопнула. Блондинка заскочила в подъезд, и вскоре вернулась, держа в руке, опорожнённую, и сплющенную консервную банку, никаким боком не походящую на деактиватор.

- Сука... - Лихо с нарастающей злостью постучала кулаком по дверному косяку. - Мудила. Безупречный кандидат на кастрацию. Пошли, мальчики. Только осторожно.

Они поднялись вдоль стены, и замерли. Лихо вытянула руку, и требовательно постучала.

- Чё надо? - За дверью откликнулись сразу, как будто ждали, когда она постучится. Только голос был не балаболкинский, а незнакомый. Густой, немного гнусавящий бас.

- Кажется, Коля кое-что забыл отдать. - Громко и бесстрастно, сказала Лихо.

- А что, разве это не то, что требовалось? - Издевательски вопросили изнутри квартиры. - Кругляш, плоский, серый. Всё сходится.

- Слышьте, шутники... А вы дверку отоприте, я вместе с вами похихикаю. А то мне не смешно, перед закрытой стоять. Так как?

Блондинка уже примерно догадывалась, какой ответ он услышит. И грустно хмыкнула, когда из-за двери донеслось, со смаком выговоренное "Пошла на хер!". И, раздался продолжительный гогот в два голоса. Балаболкин был человеком с потрясающим чувством юмора.

- Сейчас произойдёт смена юмористов, и качества юмора. - Лихо повернулась к Шатуну и, скорчила насмешливо-злую рожицу. - Большого можешь тискать, как душе угодно. Того, что поменьше - оставить в полном сознании. Дискуссию предлагаю считать открытой. Громи.

Дверь в квартиру слетела с петель, и плашмя грохнулась в прихожей. Шатун ворвался в чужую жилплощадь, незамедлительно распечатав баул с трендюдями, имеющий все необходимые сертификаты. Здоровенный лось, габаритами едва ли не превосходящий Шатуна, с неимоверно глупым выражением на толстомясой "витрине", кубарем покатился по прихожей, поймав коронный прямой в челюсть. И остановился лишь с помощью стены в дальней комнате, звучно влепившись в неё макушкой. Голова выдержала только потому, что Шатун бил щадящее, можно даже сказать, не бил - а потрогал. За посылание на известный ориентир, по его мнению - этого было достаточно. Но вот с пережёвыванием пищи, у балаболкинского телохранителя - теперь точно будут проблемы.

Второй попытался было дёрнуться в сторону кухни, но оказался надёжно схвачен за шею и, принуждён к повиновению. Больше в квартире никого не оказалось.

- Давай его в комнату. - Лихо с садистским наслаждением похлопала Балаболкина по пухлой, лоснящейся ряшке. - Ишь, защеканец... Филиал испанской инквизиции на выезде, извольте терпеть, и не жаловаться. Знаю, что не ждали. Но у нас сегодня благотворительная акция, не отменять же? Сейчас я тебе устрою наматывание прямой кишки на всё, что на глаза попадётся. И ещё кое-какие плотские развлечения. Вот только то, что они будут связаны с удовольствием - обещать не буду, уж извини... Конвоируй, Шатун.

Громила втащил вяло трепыхающегося, словно частично ожившая водоросль - Николашу, в большую комнату.

- А побледнел-то как, а задёргался... - Фыркнула Лихо, заходя следом. - А жить сразу стало непередаваемо грустно, да, Колюнь? Вот видишь, я тоже шутить умею. Правда, юмор у меня насквозь чёрный, но вот такая я уродилась, ничего не попишешь... Пискни что-нибудь, я то я тут перед тобой разоряюсь, словечка вставить не даю. А ты ведь что-то хочешь сказать. Вижу - хочешь... Ну, цигель-цигель, юноша.

- Вы кто? - Полузадушено хрипнул Балаболкин. - Что вам надо?

- Началось! - Блондинка вложила в это слово как минимум тонну сарказма. - Тебе всё генеалогическое древо представить, или как? А второй вопрос вообще неуместен. Но для особо юморных - повторяю на пальцах. Кругляш. Плоский. Серого цвета. Где он?

- Не знаю...

- Так... - С лёгкой задумчивостью сказала Лихо. - Попробуем зайти с другой стороны, если спереди, и через мозг - не получается. Вот и диванчик кстати придётся. Нагибай его, Шатун. Книжник, подсоби, надо мужчине тыл заголить. Будем общаться по-плохому.

Через пять секунд, Балаболкин лежал пузом на разложенном диване, надёжно удерживаемым громилой, а очкарик, вооружённый "Потрошителем", вдохновенно трудился, разрезая штаны скупщика краденого.

- Кромсай, не жалей! - С кровожадной физиономией покрикивала Лихо, присев на корточки возле побагровевшей рожи Бухарина: так, чтобы он видел её решительный настрой. - Да не возись ты - руби с размаху: подумаешь, на одно полужопие меньше станет. Нам ведь не его волосатые булки нужны, а то, что между ними, согласно природе - располагается. То бишь - шоколадный глазик. Девственный такой, непроторенная дорожка. А, Колюня? Не шалишь в "гудок" инородными предметами? Ничего, иногда что-то приходится испытывать впервые...

Книжник справился со штанами, с треском разорвав плотную материю.

- Вот он, вот он, сладкий миг свидания с неизведанным... - Блондинка зашла сзади, и звучно приложила Бухарина ладонью по голому заду. - Готов, хитрозадый? Ишь, кого обмануть хотел, дурашка челябинская...

Балаболкин дёргался, безуспешно пытаясь освободиться от мёртвой хватки Шатуна. Лихо сделала громила знак, и он чуть-чуть ослабил зажим.

- Ещё один шанс. - Скучным тоном сказала блондинка. - Говори, но по существу.

- Да вы знаете, на кого залупились?! - Взревел Николаша, немного приподняв голову. - Да от вас потом, говна не остав...

Шатун снова приплюснул его лицо ладонью, вдавливая в диван. Словесный поток прервался.

- Не получается у нас общения. - Грустно подытожила Лихо. - Угрозы, опять же... Книжник, иди пока, пошукай по закромам, может, найдёшь, что нам надо. А мы дальше потрендим, как получится.

Очкарик слинял в соседнюю комнату, которая, как мельком успела заметить Лихо при лихом заходе в квартиру, была превращена в некоторое подобие склада. Лихо наклонилась, почти вплотную касаясь своим носом, носа Бухарина. Тот попытался зажмуриться, но она оттянула ему веко, заставляя смотреть.

- Значитца, так! - Лицо блондинки исказила зверская гримаса, в голосе послышался звон примерно десятка "Потрошителей", сошедшихся в жёсткой рубке. - Слушай сюда, тёзка любимца партии. Я с тобой больше "сю-сю" разводить не буду. Насчёт испанской инквизиции - это я слегка пошутила. Но, я и без того - девушка талантливая: а уж в этом отношении - особенно. Слышал, что бабы гораздо превосходят мужиков в том, что касается жестокости? Тебе выпала замечательная возможность убедиться. Я бы сказал - уникальнейшая возможность.