Очень Большой Лес. Том 1 - Василий Головачёв

секунд аппарат исчез, вызвав в толпе хор восклицаний. В воздухе осталась висеть бечева, связывающая его с лебёдкой на земле.

– Ч-чёрт! – сказал Плащинин, глянув на Сергея Макаровича как на волшебника. – Честно говоря, я сомневался.

– Я тоже, – простодушно признался Карапетян, вытирая струившийся по лицу пот.

– Не сомневаются в своих заявлениях только уфологи, – проговорил кто-то.

К счастью, Кондратюк это замечание не услышал.

– Пойду готовить «вертушку», – сказал Сергей Макарович Плащинину.

– Не торопитесь, – сказал Карапетян, кусая губы, – дождёмся возвращения дрона. Ещё неизвестно, куда он попадёт и попадёт ли вообще.

– Что ты имеешь в виду?

– Есть соображения… потом обсудим.

Возвращения аппарата ждали недолго. Он был запрограммирован вернуться через четверть часа после запуска, но выскочил из невидимости всего через четыре минуты, причём с работающими винтами. Впечатление было такое, будто его вытолкнула какая-то сила. Мало того, вместе с ним выпала из воздуха струйка чёрных точек, оказавшихся гигантскими четырёхкрылыми насекомыми, похожими на шмелей и трёхсекционных гусениц. Облачко этих странных созданий тут же распалось на отдельные экземпляры, которые понеслись к лесу и исчезли.

Беспилотник подтянули к земле и посадили.

Началась возня с осмотром аппарата и его камер. Кто-то обратил внимание на неприятный запах, исходящий от дрона.

Действительно, принюхавшись, Сергей Макарович уловил необычную горечь, несвойственную изделию из металла и пластика. Он потрогал корпус аппарата, понюхал руку, хмыкнул:

– Горчица не горчица, но что-то едкое.

Понесли диск с видеозаписями в кунг Карапетяна, где физик вывел их на экран компьютера. Его обступили со всех сторон, Плащинину даже пришлось кое-кого отодвинуть.

Сначала экран показал парящий бассейн, здания кругом и людей, провожавших беспилотник в полёт. Потом на несколько секунд стал тёмным, посветлел от начавшегося «снегопада» помех, и на нём проступило изображение пейзажа с неопределённой глубиной и плохой резкостью.

– Горы… – неуверенно проговорил Кондратюк.

– Море, – добавил кто-то. – Волны внизу…

Ему возразили сразу двое:

– Какое же это море? Волны не движутся.

– Лес! – выдохнул Спицын.

Это действительно был лес, видимый нижней камерой беспилотника с высоты примерно в двести метров. Только он совсем не походил на лес, какой видел Сергей Макарович во время своего визита на вертолёте в «потусторонний мир». В Баире, а точнее, на другом конце баирской иномерианы, соединившей африканский лес с каким-то гигантским лесом в другой реальности, всё было другое, и лес был другим, чистым и светлым, несмотря на наличие огромных секвойявидных деревьев. Лес в глубине экрана представлял собой хаос диких зарослей тёмных тонов, от фиолетового до багрового, и казался сплошной косматой колючей шкурой какого-то апокалиптического зверя.

– Что молчишь, Макарович? – посмотрел на Савельева с прищуром Плащинин. Лицо у него стало озабоченным.

Сергей Макарович помедлил.

– Это не тот лес.

– В смысле.

– Наши парни остались в другом лесу. Этот какой-то совершенно дикий, слов не могу подобрать, наподобие джунглей.

– Может, мы увидели другой участок «потустороннего» леса? Иномериана-то не баирская, до неё десять тысяч километров.

Сергей Макарович молча покачал головой.

– Егор Левонович?

Карапетян очнулся.

– Мне надо подумать… я рассчитывал, что это одна и та же иномериана, пробившая Землю от Баира до Тюмени. Вполне возможно, что я ошибся.

– Ладно, посмотрим. – Плащинин стал выбираться из кунга. – Запускаем дрон ещё раз. Всем заняться своими делами.

Кунг опустел, остались только Карапетян и Сергей Макарович. Физик помял лицо ладонями, расслабился, не спуская взгляда с экрана, с которого на него угрюмо смотрел чёрный лес.

– Что ты хотел мне сказать?

– Сейчас это не имеет значения, – сказал Савельев, тоже не спуская глаз с экрана компьютера.

– И всё же. – Егор Левонович налил себе в кружку остывшего кофе из заварного чайника, сделал глоток.

– Я подумал, что, если канал иномерианы пробил Землю насквозь, он должен был на всём протяжении захватить горные породы и перебросить в другую брану. Нет?

У Карапетяна проснулся интерес к собеседнику.

– Полковник, тебе следовало бы идти в науку, а не в разведку. Мысль хорошая, хотя доказать её будет сложно. Межбранный пробой проявляется в основном в других измерениях, наши три он затрагивает частично.

– Ничего себе частично. Сгинула наша группа, африканский катер, банда СОА, американский вертолёт…

– Взаимодействие бран было сложным, – согласился Карапетян. – Это мы видим канал, а на самом деле прореагировали целые галактики. Если там, конечно, есть галактики. Очевидно, туда переместились какие-то объёмы и массы нашего континуума и оттуда к нам.

– Шмели.

– В том числе, – кивнул Егор Левонович. – Надо бы отловить пару экземпляров и передать биологам.

– Это отдельная история. У нас другая задача. А ты что хотел сказать, когда мы запускали дрон?

– Да вот как раз о попадании в другую брану, – слабо улыбнулся Карапетян. – С одной стороны, вряд ли столкновения нашей вселенной с соседней происходят слишком часто: на отскок и новое сближение требуется время. С другой – статистика аномальных явлений по всей Земле очень велика. То есть могут быть и другие взаимодействия нашей браны с разными бранами, плавающими в общем инфлюирующем континууме Мультиверса.

– Чего?

– Большой вселенной. Наша брана является лишь одной из бесчисленного количества пузырей-бран метавселенных, населяющих Мультиверс. Я серьёзно над этой проблемой не работал, теперь позанимаюсь.

Зазвонил мобильный Сергея Макаровича. Он достал айфон.

– Мы готовы, – доложил Спицын.

– Идём, – позвал Сергей Макаровича Карапетяна, – дрон готов.

Вышли из тёплого кунга на холодный и сырой воздух снаружи. С неба снова посыпались редкие пока снежинки.

Однако ухудшение погоды не помешало запустить беспилотник внутрь призрачного конуса иномерианы. Операторы уже приноровились к сюрпризам тюменского климата, и запуск прошёл успешно. Через несколько минут тетракоптер нырнул в белёсую туманную муть над бассейном и пропал из виду.

Снова собрались возле бассейна, накинув капюшоны.

Сергей Макарович подумал, что пилоты вертолёта могут не справиться с задачей входа в канал иномерианы с первого раза и посочувствовал им, себе и Плащинину. В любом случае задачу надо было выполнять, и никакое ухудшение погоды не должно было стать причиной неудачи.

На этот раз возвращения дрона-разведчика пришлось ждать дольше. Сам он спустя отпущенных ему пятнадцать минут после исчезновения не вернулся, и операторы запустили лебёдку, вытаскивая аппарат из невидимой ямы «потустороннего мира». Как оказалось, двигатель беспилотника отключился, и пропеллеры не вращались.

Снова группа собралась вокруг компьютера Егора Левоновича.

Экран сформировал изображение, записанное видеокамерами дрона, и собравшиеся увидели тот же чудовищный лес со всех ракурсов – нагромождение разнообразных колючих и лиановидных растений. Стали отчётливо видны кольцевые структуры растений вокруг отдельно стоящих деревьев в виде высоких колонн, покрытых щетиной шипов. Больше всего структуры напоминали воздушные корни земных тропических деревьев и лианы, образующие спутанные клубки и валы.

– Та же картина, – пробормотал кто-то.