Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

чтобы незамедлительно снять с себя и с нашей фирмы ответственность за это дело.

Развернувшись, он направился к двери, всем своим видом показывая, что вопрос решен. Грэм встал.

— Послушайте, Дэн, я взялся за это дело — и я буду его вести; и меня совершенно не интересует, что говорит по этому поводу политика фирмы. Закройте за собой дверь.

Медленно обернувшись, Кирксен устремил на Джека взгляд своих проницательных карих глаз.

— Джек, поосторожнее! Я — управляющий партнер фирмы.

— Знаю, Дэн. Поэтому вы должны управиться с тем, чтобы закрыть за собой дверь.

Не сказав ни слова, Кирксен крутанулся на каблуках и захлопнул за собой дверь.

У Грэма наконец перестало стучать в висках. Он вернулся к работе. Почти все бумаги уже были готовы. Он хотел отправить их до того, как кто-либо попытается его остановить. Распечатав документы, Джек подписал их и лично вызвал курьера. Покончив с этим, он сел в кресло. Времени было уже около девяти утра. Пора трогаться, в десять он встречается с Лютером. В голове у Грэма роились вопросы, которые он должен задать своему клиенту. Тут Джек вспомнил ночь. Ту холодную ночь на Променаде. Выражение глаз Лютера. Грэм мог задавать любые вопросы; просто он надеялся, что сможет спокойно выслушать ответы.

Он надел пальто и через несколько минут уже сидел в своей машине, направляясь в окружной суд Миддлтона.

* * *

Согласно конституции Содружества Вирджинии и его уголовно-процессуальному кодексу, штат обязан ознакомить обвиняемого со всеми уликами, свидетельствующими в его пользу. Прокурор, не выполнивший это требование, может досрочно с позором завершить свою карьеру, не говоря о том, что обвинение будет выброшено на помойку, а обвиняемый сможет подать обжалование и выйти на свободу.

Этот закон был для Сета Фрэнка дополнительной головной болью.

Сидя у себя в кабинете, следователь думал о том, как, меньше чем в минуте пешком, заключенный сидит один в камере. Его спокойное и вроде бы безобидное поведение нисколько не смутило Фрэнка. Кое у кого из самых опасных преступников, которых ему приходилось задерживать, был такой вид, будто он только что пел в церковном хоре, в то время как на самом деле недавно раскроил кому-то череп за понюшку табака. Горелик составлял хорошее дело, методично собирая отдельные ниточки, из которых, сплетенных перед присяжными, получится хороший крепкий пеньковый галстук для Лютера Уитни. Это тоже не смущало Фрэнка.

Смущали следователя все те мелочи, которые никак не вставали на место. Две раны. Два пистолета. Пуля, выковырянная из стены. Комната, в которой навели стерильную чистоту, как в операционной. То обстоятельство, что этот тип улетел на Барбадос, а затем зачем-то вернулся. Лютер Артур Уитни был профессионалом. Фрэнк потратил четыре дня на то, чтобы как можно больше выяснить о нем. Этот человек провернул классное преступление, которое, если б не один-единственный крошечный сбой, скорее всего, осталось бы нераскрытым. Многомиллионная добыча, остывший след для полиции; сукин сын покидает страну и затем зачем-то возвращается… Профессионалы так просто не поступают. Фрэнк понял бы, если б Уитни вернулся ради дочери. Но он проверил в авиакомпаниях: Лютер, путешествуя под чужим именем, возвратился в Соединенные Штаты задолго до того, как Фрэнк задумал свой трюк с Кейт.

Ну и самый неудобный вопрос: скажите на милость, с какой стати Лютеру Уитни потребовалось осматривать влагалище Кристины Салливан? И, в довершение ко всему, кто-то пытался его убить… Впервые вопросов у Фрэнка после задержания подозреваемого стало больше, чем было до этого.

Следователь потянулся в карман за пачкой сигарет. Стадия жевательной резинки давно прошла. Надо будет попробовать снова в следующем году. Подняв взгляд, Фрэнк увидел стоящего перед ним Билла Бёртона.

* * *

— Пойми, Сет, никаких доказательств у меня нет, но я просто хочу объяснить тебе, как, на мой взгляд, все произошло.

— И ты уверен, что президент все рассказал Салливану?

Кивнув, Бёртон покрутил в руках пустую чашку.

— Я только что вернулся со встречи с ним. Наверное, мне следовало предупредить его помалкивать… Извини, Сет.

— Черт возьми, Билл, он же президент! Ты собираешься говорить ему, что делать?

Бёртон пожал плечами.

— Ладно, что ты думаешь?

— Похоже на правду. Я это так просто не оставлю, обещаю. Если за выстрелом стоит Салливан, он за это ответит. Меня не волнует, какие у него оправдания. Пуля могла попасть в случайного прохожего!

— Ну учитывая то, как, скорее всего, действовал Салливан, ты мало что найдешь. Стрелок, вероятно, уже на каком-нибудь далеком острове в Тихом океане, с новым лицом, и сотня человек клятвенно подтвердит, что он никогда не бывал в Штатах.

Фрэнк закончил писать в журнале.

— Вытянул что-нибудь из Уитни? — Бёртон всмотрелся ему в лицо.

— А то как же! Его адвокат приказал ему молчать.

Билл постарался сохранить непринужденный вид.

— Кто он?

— Джек Грэм. Работал в службе государственных защитников округа Колумбия. Теперь он крутой партнер в какой-то крупной юридической фирме. Как раз сейчас сидит у Уитни.

— Толковый тип?

Фрэнк согнул в треугольник палочку для коктейля.

— Дело свое он знает.

Бёртон встал.

— Когда официальное предъявление обвинений?

— Завтра в десять утра.

— Ты повезешь Уитни в суд?

— Да. Ты хочешь присутствовать?

Билл демонстративно зажал уши руками.

— Я не желаю ничего знать об этом.

— Ты что?..

— Я не хочу, чтобы информация просочилась к Салливану, вот что.

— Ты полагаешь, он предпримет еще одну попытку?

— Я знаю только то, что не знаю ответ на этот вопрос, и ты его тоже не знаешь. На твоем месте я предпринял бы дополнительные меры предосторожности.

Фрэнк вопросительно посмотрел на него.

— Береги нашего мальчика, Сет. У него свидание с камерой смертников в тюрьме Гринсвилла.

И Бёртон вышел.

Несколько минут Фрэнк сидел за столом. В словах Билла была своя правда. Возможно, убийца предпримет новую попытку… Взяв телефон, Сет набрал номер, сказал несколько фраз и положил трубку. Он предпринял все меры предосторожности для транспортировки Лютера Уитни в суд. На этот раз Фрэнк был уверен в том, что утечки не будет.

* * *

Оставив Лютера в комнате для допросов, Джек быстро направился по коридору к кофеварке. Впереди шел широкоплечий мужчина в ладно скроенном костюме. Когда Грэм проходил мимо него, мужчина обернулся. Они столкнулись.

— Простите.

Джек потер плечо, куда ударил пистолет в подплечной кобуре.

— Ничего страшного.

— Вы ведь Джек Грэм, не так ли?

— Все зависит от того, кто хочет это знать.

Джек окинул мужчину оценивающим взглядом; поскольку тот находился здесь с оружием, очевидно, он не был журналистом. Скорее это полицейский. Судя по тому, как он держит руки — пальцы в любой момент готовы прийти