Путевой светлячок - Ольга Гусейнова

Я видела, что чем дальше говорил Рейн, тем более мрачным и пугающим становилось выражение лица Хемвааля-старшего. Мне показалось, что он с трудом сдерживается, чтобы кого-нибудь не прибить, и этим кем-то вполне могу оказаться и я. Сила Владеющего начала распространяться волнами, и ближние, сидящие на стульях демоны начали неосознанно втягивать голову в плечи и судорожно сглатывать.

Но Повелитель молчал, разглядывая меня и прижавшегося ко мне Хема, и словно загипнотизированный следил за моей ладошкой, которая скользила по черным вихрам мальчика. Потом моргнул пару раз, словно сбрасывая наваждение, перевел взгляд на Рейна и я ощутила, что мой муж тоже выпустил свою силу, словно предупреждая, опасаясь, готовясь к чему-то.

Краем глаза заметила, что наши спутники сделали шаг назад и морщатся. Рейн и Повелитель пару минут сверлили друг друга взглядами, а остальные присутствующие напряженно молчали. Я же, уже вовсю опасаясь за наши жизни, двигалась за спину мужу, попутно, еще и пряча Хема за свою. И это не укрылось от внимания Владеющего: он зловеще ухмыльнулся и неожиданно расслабился, снова взяв под контроль свою силу. Спина Рейна тоже перестала быть столь напряженной, а я в этот момент поняла, что мой муж сейчас был готов ради меня сразиться с собственным братом и вполне возможно — умереть. За меня!

Повелитель перевел взгляд на светляка, застывшего возле нас с Хемом, протянул руку и светляк стремительно скользнул к хозяину. Тревога кольнула сердце, и оно не ошиблось. Мужчина щелкнул пальцами и светляк начал медленно осыпаться голубенькими искорками, которые, истаивая, летели к полу.

— Нет! — закричала я и резко рванула к нашему погибшему другу, теряя на ходу плащ.

— Мама! — отчаянно выкрикнул Хем и побежал за мной следом.

Мы вместе упали на колени перед троном и, вытянув руки, пытались поймать летящие искорки.

— Вы убили его! — прорыдала, обвиняя Повелителя. — Это же светлячок Хема! Он все время был с нами, вел, светил и оберегал от всего, предупреждал об опасности, а вы…

Первая искорка почти достигла моей ладони, но в этот момент Рейнвааль щелкнул пальцами у меня над ухом, прошептал заклинание и все искорки, которые падали мне в руку, собрались вместе, и вскоре наш светлячок вновь замерцал ярким насыщенным голубым светом.

Мы с Хемом сидели на коленках и счастливо улыбались, причем я — сквозь слезы, любуясь нашим маленьким, вновь ожившим дружком. Рейн присел рядом со мной на корточки, осторожно касаясь ладонью моей щеки, вытер слезы и, глядя на меня теплыми фиолетовыми глазами, в которых сейчас светились нежность и любовь, тихо заверил:

— Теперь он только твой! И будет следовать за тобой. Если захотите с Хемом, мы ему второго сделаем, настроенного только на него.

Я благодарно поцеловала ладонь, которой Рейнвааль поглаживал мою щеку.

— Спасибо, любимый!

Вокруг стояла гулкая пугающая тишина, которую словно разрезал вопрос Повелителя:

— Мама? Брат, как это понимать? Насколько я помню, мать моего…

Рейн не дал ему продолжить: встал, помог подняться нам с Хемом, а потом с неожиданной для меня мрачной удовлетворенной усмешкой произнес:

— Как видишь, брат, в жизни бывают и такие сюрпризы. Если бы ты шел по их следам вместе с нами и видел все, что им пришлось пережить, то подобный вопрос тебе в голову даже не закрался. У твоего сына рано полезли рога, изначальная привязанность оказалась столь сильной, а любовь Хель — столь щедрой, что привязка состоялась. И ничего не изменить.

Повелитель яростно ощерился:

— Ты в этом уверен. Обобщающий?

Рейн пожал мощными плечами, все сильнее расслабляясь, хотя я не поняла почему и не видела тому причины. Мой избранный закончил пояснения:

— Твой наследник, брат, не менее силен, чем ты. Магия проснулась слишком рано, и Хельвине пришлось потрудиться, чтобы мальчик не «выгорел» — нам всем повезло, что успели вовремя. Самое удивительное, его привязка к новой матери столь сильна, что… когда мы немного с Дартваалем поспорили и… Хель испугалась… Короче, младший Хемвааль прошел полную боевую трансформацию и гонял нас по поляне добрых полчаса, пока моя избранная не уговорила его вернуть прежний облик.

Демоны вокруг громко изумленно выдохнули, а Повелитель заметно побледнел, хотя, может, мне и показалось. Но теперь он пристально смотрел на меня своими пугающими, изучающими, оценивающими глазами.

— Мама Хемвааля, значит?! Темная эльфийка?! Высшие — великие насмешники! — с мрачной непонятной насмешкой, словно смеялся над самим собой, произнес Повелитель, а потом громко захохотал.

Я ощутила, как рядом со мной напрягся Рейн, а остальные демоны, разинув рты, смотрят на Владеющего.

Хохот прекратился так же резко, как и начался, а черные жуткие глаза снова уставились на нас. Я успокаивающе гладила Хема по голове и неожиданно обратила внимание, что Повелитель вновь следит за моими движениями и будто тянется к чему-то. И снова он моргнул, убирая наваждение. Посмотрев на Рейна, произнес:

— Поздравляю тебя, брат, с обретением семьи! Твоя избранная невероятно красива, смела и сразу заметно, что любит тебя… а это така-а-ая редкость по нынешним временам. Если исходить из сюрприза, который мне так неожиданно свалился на голову, то я даже рад, что она — твоя избранная и приемная мать моего сына. А главное, любит и его, давая дополнительные гарантии, что моя увеличившаяся семья будет крепкой, сплоченной и… более защищенной. Ведь теперь и ты заинтересован в этом… Не так ли, аро Рейнвааль?

Последний вопрос был задан с нескрываемым сарказмом, давая понять, что Повелитель тоже догадывается о мыслях Рейна по поводу трона, мальчика и о возможном, даже чисто теоретическом, предательстве. И теперь в моем лице видит способ предотвратить опасность и защитить своего сына. То есть получается, что старший Хемвааль уверен в том, что Рейн не тронет Хема, пока я люблю ребенка и он мне дорог, а также будет защищать его, чтобы я нечаянно не расстроилась. И для них это естественно!

У меня внутри расправило крылья чувство острой нежности: выходит, Рейн любит меня настолько, что готов плюнуть на трон. Просто чтобы мне не было больно из-за потери приемного сына… Вспомнились гномы, говорившие о том, что демоны верны и преданны лишь избранным и матерям, остальное — по интересам и степени алчности. Я пыталась осознать, каково это — быть центром мироздания такого мужчины, как Рейнвааль. И чувствовала, что все тревоги и страхи уходят, а меня буквально затопило любовью к нему.

С небес на землю вернули слова Повелителя:

— С завтрашнего дня я начинаю сам тренировать и учить своего сына! Его встречи с приемной матерью мы согласуем отдельно!