История российского блокбастера. Кино, память и любовь к Родине - Стивен Норрис

новой России. Ираклий работает в компании «Билайн», и ее product placement то и дело появляется на экране вместе с рекламой телефонов Nokia, а также компаний Nestle, «Аэрофлот», пива «Золотая бочка» и водки «Русский стандарт». По словам Ямпольской, первая половина фильма представляет собой рекламу компании сотовой связи, а остальная часть брендирует «нашу жизнь», которую заполняют «машины, самолеты, майонез, конфеты, звон кремлевских колоколов и новый российский национальный гимн»726. Другими словами, фильм визуально брендирует нулевые годы как время процветания и счастья. Автор рецензии предполагает, что Эрнст и Бекмамбетов возьмутся за ремейки и другой классики (таких фильмов, как «Москва слезам не верит» и «Мимино»), чтобы апгрейдить их в духе новой путинской респектабельности.

Во многом разделил мнение и озабоченность Ямпольской Юрий Богомолов. По его словам, «Ирония судьбы. Продолжение» репрезентирует двоякую стратегию продюсера и режиссера. Во-первых, они хотели вернуть зрителей в кинотеатры, а во-вторых, через фильм, который всем понравится, объединить разные поколения россиян727. Во-вторых, пишет Богомолов, «оказывается особенно пафосным и патриотичным и более всего служит попыткой использовать телерекламу и посещение кинотеатров для объединения россиян». Богомолов называет план Эрнста – Бекмамбетова «стахановским» в смысле достижения с каждой новой постановкой очередного кассового рекорда и использования на телеэкранах «пропаганды» своей продукции. В заключение он пишет, что кинобизнес сродни политике: у Первого канала нет соперников, так же как у политической партии «Единая Россия».

Касаясь рецепции фильма, Ямпольская с удивлением отмечает, что он встретил позитивную реакцию как у молодого, так и у старшего поколения. Обозревая отзывы в своей френдленте и в интернет-чатах, она приходит к выводу, что большинство зрителей не столь высоко оценили художественные достоинства «Иронии судьбы. Продолжения», в этом плане фильм уступает предшественнику, но он вполне удовлетворителен как образец новогоднего жанра. Саму Ямпольскую ремейк не впечатлил (она сразу заявила, что даже сравнения с фильмом Рязанова неуместны), но она не отрицает, что новый фильм отражает настроения XXI века. Нельзя не признать, что в ходе просмотра невольно думаешь, что эпоха добрых старых фильмов прошла. Оригинал Рязанова, увиденный в оптике Эрнста, показывает «другое время, другие чувства»728.

Между тем многие зрители выразили крайнее неприятие фильма и то, что Эрнст и Бекмамбетов предприняли бесстыдную попытку выдоить киноклассику ради бокс-офиса. А поскольку кассовые сборы – и ничто иное – являются первоочередной задачей создателей фильма, в «Иронии судьбы. Продолжении» отсутствует «душа». Стоит процитировать целиком один отзыв с форума «Кинопоиска». Он называется «Открытое письмо Тимуру Бекмамбетову (вместо рецензии)».

Ты не знаешь меня, Тимур. Я знаю тебя гораздо лучше, чем хотелось бы. Знаю, потому что в творчестве ты раскрываешь перед зрителями свою душу. И мы, зрители, получаем возможность в нее заглянуть, посмотреть, что там накопилось, что копошится.

Кстати, о душе. Сегодня ведь Рождество, Тимур. А у православных людей принято на большие праздники оказывать милость падшим и заниматься самобичеванием. У тебя до себя руки не дойдут, это совершенно ясно. Поэтому, в виде особенной милости к тебе, плетку в руки возьму я. Давай повыбьем грешки, а? Когда покаешься, душа будет к Богу поближе. Впрочем, ты, кажется, не православной веры…

Я посмотрел твой фильм, Тимур. Тимур, ты знаешь, что делали на Руси с людьми, которые оскверняли святыни? Ты понимаешь, что губить красоту – это гнусно и омерзительно? Пойми меня правильно, я не люблю ни Советский Союз, ни совкино. Но есть вещи, которые принадлежат русской культуре. Кем ты себя возомнил, чтобы покушаться на русскую культуру?

Мне грустно: я увидел в эпизодах твоего фильма Мягкова и Ширвиндта. Там мелькнул даже сам Рязанов. Если и такие люди не могут отказаться от пляски на костях шедевра, то чего требовать от остальных? Старичкам, впрочем, можно сделать скидку – им семьи кормить надо, новогодние подарки внукам делать, а зарплаты у пожилых актеров мизерные.

Но вот миллионер Безруков, полюбившийся всем в роли участкового-метросексуала в известной телесказке. Про таких говорят: в каждой бочке затычка. В самом деле, что он здесь забыл? Не он ли недавно обещал завязать с теле- и киноролями? Говорил: сыграю Иисуса в «Мастере и Маргарите», и ни за что, и никогда, ни за какие коврижки… Обещал уйти в театр. Навечно. Соврал. Испугался, верно, что на улицах узнавать перестанут. Или посчитал театральную зарплату и прослезился. (Ты знаешь, Тимур, сколько сейчас получает театральный актер? Семь тысяч в месяц. Рублей, конечно.)

Так вот, про Безрукова. Мне хочется верить, что у него были глубоко личные причины сниматься в этом фильме. Допустим, он тебя втайне ненавидит, Тимур, и хотел своей посредственной игрой испортить премьеру. И деньжат вдобавок откусить. Иначе я не могу объяснить, почему он в твоем фильме такой деревянный и бездушный.

Вообще, Тимур, ты заметил? – чем больше блесток и красок, тем меньше души. В оригинальной «Иронии» никаких красок не было. Все держалось на актерской игре, и зритель верил – на экране живые люди. А вчера я смотрел на Хабенского, на Боярскую, на Безрукова, на Ефремова и поражался. Все эти люди учились в ГИТИСах и ВГИКах у великих учителей. Почему же они сами столь безлики и ничтожны? А потом я подумал – может, это не актеры измельчали? Может, таковы люди, которых они играют? Может, у нас теперь общество такое безликенькое, подленькое и лицемерненькое? А?

А кто виноват, Тимур? Кто виноват, что мы перестали уважать родителей? Ты не знаешь, Тимур, почему Михаил Ефремов оболгал в последнем интервью русскому Newsweek своего гениального отца? Дескать, отец тоже относился к кино как к «халтурке», потому и он в кино не выкладывается. Дескать, главное для актера – театр. Так пусть пойдет и сравнит игру отца в кино со своей игрой! Пусть еще подумает – стал бы отец так держать себя на публике, стал бы козырять своим алкоголизмом, стал бы участвовать в пошлейших шоу, стал бы продавать свое лицо за копейки всяким негодяям?

Хабенский тоже театром бредит. Приходите, мол, в театр. Мол, там я развернусь. Ну, так разворачивайся на большом экране! Кто тебе не дает? Где оно прячется, это великое актерское дарование, в каких закоулках? Да и кто на тебя в театр пойдет смотреть, если ты в кино