Невеста Короля Теней - Сильвия Мерседес

окружая меня. Сотни бледных, прекрасных лиц трольдов с интересом глядят вниз, на нас.

А прямо передо мной, на уровне самой платформы, расположен изогнутый аркой альков, вырезанный в стене пещеры. Он задрапирован блестящими шелковыми занавесями, которые открывают взгляду стоящий в центре большой каменный трон. Там сидит Фор. Мой муж. На нем корона из черного камня, его грудь и плечи обнажены.

Мое сердце при виде него подскакивает. На миг я ощущаю надежду. Но нет, это неправильно. В этом его суровом лице, отказывающемся смотреть прямо на меня, надежды нет. Такого выражения я у него еще не видела, даже в те ужасные мгновения в свадебных покоях, когда он обнаружил мое предательство. Тогда он все равно был похож на себя. Теперь же, пусть его черты по-прежнему те прекрасные, сильные черты, которые я узнала, это лицо принадлежит незнакомцу. Жесткое. Жестокое.

Я вновь пытаюсь произнести его имя, окликнуть его через это пустое расстояние между нами. В этот миг мой взгляд привлекает движение. На верху лестницы, расположенной напротив той, по которой я только что поднялась, появляются новые фигуры. Двое мужчин-трольдов в синих мантиях с натянутыми на голову капюшонами что-то несут вдвоем: тяжелый блок с изогнутым углублением с одной стороны. За ними выступает изящная женщина-трольд, также в синем и в капюшоне. Она несет в руках черный ящик. Откинутая крышка демонстрирует синюю шелковую подкладку внутри него.

За ними следует огромный, каменношкурый, гороподобный трольд. Он поднимается по лестнице медленно, тяжело. Каждый шаг заставляет всю платформу содрогаться, словно опорные балки могут не выдержать его веса. На плече он несет огромный серебристый вирмейровый топор.

Мой мозг отупел. Поглупел. Я не могу осознать то, что вижу. Мой дух словно покинул тело и отлетел подальше, наблюдая со стороны. Наблюдая, как этот блок с углублением ставят в центре платформы. Наблюдая, как огромный трольд с топором занимает свое место подле него.

Бах-бах-бум.

Бах-бах-бум.

Бах-бах-бум.

Барабаны бьют быстрее, быстрее, достигая ревущего крещендо. Затем резко умолкают. Барабанщики застыли, их руки вскинуты вверх, рукава мантий закатаны, обнажая руки. Лирия стискивает мой локоть так сильно, что ее пальцы грозят пронзить кость. Я чувствую это, чувствую боль, но не могу полностью осознать, что она принадлежит мне.

Одна из прячущихся под капюшоном фигур отделяется от остальных. Он подходит к передней части платформы, встает между плахой и ложей короля. Он снимает капюшон, открывая суровое лицо, исчерченное глубокими расщелинами жестокости. Его длинные белые волосы перемежаются черными прядями и зачесаны назад. От него расходится волна, она ползет по полу платформы, растекается, словно уродливое пятно. Когда она достигает меня, я мгновение не могу распознать, что это. Это чувство слишком странное, слишком неожиданное, слишком ужасное в такой момент, как этот: удовольствие.

По позвоночнику проходит дрожь. Лирия вновь вцепляется в меня и помогает мне встать на ноги. Я боюсь, что вот-вот упаду и утащу ее за собой. С усилием я напрягаю ноги.

– Тог Морар тор Граканак, – возвещает мужчина-трольд.

– Морар тор Граканак, – вторят ему громоподобным хором голоса с галереи. Это жутко похоже на свадебную церемонию, состоявшуюся лишь несколько часов назад.

Мужчина-трольд начинает говорить на грохочущем, раскатистом трольдском. Я не узнаю ни слова. Но это удовольствие, пульсацией расходящееся из его нутра, ничуть не ослабевает. Я осматриваюсь по сторонам, отыскивая взглядом две разные лестницы. Каковы шансы, что я смогу добраться до одной из них, если попробую сбежать? Шансов нет, думается мне.

– Мужайся, Фэри, – вдруг шипит Лирия мне в ухо.

Я морщусь и отстраняюсь от атаки ее ужаса, но она отпускает меня и выходит вперед. Звонким, сильным голосом она восклицает:

– Принцесса Ильсевель Сайхорн из Гаварии требует, чтобы все сказанное в ее присутствии произносилось на ее родном языке либо же ей предоставили перевод.

Мужчина-трольд резко обрывает свою речь на середине. Он поднимает глаза на галерею, где сидит его король. Фор на него не смотрит. Его лицо повернуто куда-то вбок, выражение лица до странности пустое. С этого угла я вижу лишь один его глаз. Он чуть прищуривается.

Из теней за троном выступает фигура, опускается перед ним на колени. Это Сул, его сводный брат. Он наклоняет голову, шепчет что-то королю на ухо. Губы Фора двигаются, отвечая. Сул вновь что-то говорит. Фор кивает, произносит несколько коротких слов и резко взмахивает рукой.

Сул поднимается, встает под открытой аркой. Он что-то рявкает по-трольдски. Мужчина в мантии ухмыляется, но сгибается в глубоком поклоне. Затем он оборачивается к Лирии, его глаза даже не двигаются в мою сторону.

– Принцесса Фэрейн Сайхорн обвиняется в заговоре против Мифанара, – говорит он на чистейшем гаварийском. – Она пошла на предательство против короля Мифанара как вероломными намерениями, так и вероломными деяниями. Она нарушила священный братский союз между Мифанаром и своей собственной нацией Гаварии, посеяв раздор между нашими мирами. За это она должна понести наказание.

Лирия запрокидывает голову и издает громкий смешок. Он странным эхом отражается от возвышающихся над нами каменных стен.

– Должно быть, произошла какая-то ошибка! Это не Фэрейн Сайхорн стоит пред вами. Волей Ларонгара, кровью короля Гаварии и королевы-консорта, она – Ильсевель Сайхорн. Предательства не было.

Мужчина-трольд ухмыляется Лирии.

– Лишь люди осмелились бы столь вопиюще искажать правду.

– Да кому какое дело, если это и есть правда? – Лирия делает шаг к мужчине. Два стражника, стоящие по сторонам от нас, угрожающе смещаются. Она останавливается, взглянув на них, затем расправляет плечи. – Вы видите перед собой принцессу Ильсевель. Это имя принадлежит ей точно так же, как если бы было дано ей в день крещения. Она была не властна над наречением, не больше, чем вы вольны выбирать те имена, что носите. Таким образом, никакого предательства нет. Ильсевель Сайхорн невиновна. Ее единственная надежда, единственное желание – выполнить волю ее венценосного отца и угодить мифанарскому Королю Теней.

– Она ведьма, – мужчина-трольд выплевывает это слово со злобной радостью. – Человеческая ведьма. Она весь Мифанар опутала своими чарами. Король должен защитить свой народ от ее коварства.

Лирия рычит, затем быстро отступает в сторону, глядя за спину мужчины на ложу короля.

– Фор из Мифанара, не может быть, чтобы ты всерьез намеревался это сделать! Ты же отлично знаешь, что твоя невеста невиновна. Оскорбил тебя Ларонгар, а не его дочь. Не наказывай ее за решения ее отца.

Фор склоняется в сторону, что-то шепча своему брату. Сул вытягивает шею, чтобы его расслышать, затем выпрямляется и произносит цепочку коротких, резких слов по-трольдски. Мужчина в длинной синей мантии склоняет голову, затем разворачивается к Лирии.