Магистр Тайной Печати - Кристиана Берестова

— Почему ее до сих пор не объявили в беспредел? — спросил я у Марлы.

Она недовольно посмотрела на меня.

— Ты очень мощная сила, Кристиан. Ты хорошо постарался создавая себе имидж противника, с которым приходится считаться. Но твои враги знают, как Айрин любит дочь, а значит Донна — один из путей ведущих к твоей жене, которая в свою очередь, самый короткий путь к тебе.

— Благодарю, — дрогнувшим голосом сказала Марле Рини, поднимаясь из кресла и направляясь к развешенной у огня одежде.

Мгновение и слезы на щеках моей жены обернулись льдинками, со звоном осыпаясь на каменный пол.

— Что ты собралась делать? — осторожно спросил я.

— Уничтожу чудовище, которое создала собственными руками.

Марла понимающе улыбнулась и эта улыбка показала мне, как она рада за Рини, отделившую наконец память о дочери от того, что стало с ее телом теперь.

— Где ты собралась ее искать? Если ты помнишь, вампира невозможно найти, если он того не желает.

В глазах Айрин сверкнули молнии.

— А вот это мне скажет Марла.

На лице Креатора отразилась зловещая усмешка.

— "Тому не нужно далеко ходить, у кого черт за плечами", — процитировала Марла персонажа Николая Васильевича Гоголя. —

Не нужно искать того, кто сам очень скоро к вам явится.

— Явится куда? — на всякий случай уточнил я.

Марла улыбнулась многообещающей улыбкой, по которой без труда можно было понять, что скучно не будет.

— О-о, о женитьбе принца оборотней на королеве апокалипсиса уже знают все бессмертные. Многие явятся по приглашениям, но некоторые из тех, кого пригласить не потрудились, все равно прибудут заинтересованные подобным, столь редким событием.

— Ты хочешь сказать, тварь тоже заинтригованна? — Я сказал это удивляясь самому себе, я сказал "тварь", а не Донна и не дочка. Тварь не была Донной никогда. Тварь, вот точное слово. Кусок ада, сотворенный руками, мой любимой когда-то женщиной.

Марла утвердительно качнула головой и многозначительно улыбнулась.

— А теперь убирайтесь, у меня появились срочные дела, я и так сказала вам лишнее.

Нам не нужно было повторять дважды, мы были одеты и уже получили от Креатора все, за чем пришли. Марла проводила нас до черного камня и наскоро попрощавшись с нами, растворилась в воздухе.

Мы снова оказались на скалистой дорожке, где нас встретил ураганный ветер. Крупные капли дождя с силой хлестали по лицу, но мы уже привычно опускали головы, словно склоняясь перед силой стихии.

— Что дальше?!!! — прокричала Рини, силясь переорать бурю.

— Поговорим по возвращению! — проорал я в ответ.

Жена отрицательно помотала головой.

— Там повсюду прослушка! Я чувствую! Поговорим здесь! Сейчас!

Я вжал жену в трещину в скале, чтобы защитить ее от мощных порывов ветра, норовящих сдуть нас в кипящую бездну. А она плотнее прижалась ко мне, пытаясь втащить и меня в это маленькое убежище. Теснота мешала ей поднять руки к лицу и она безуспешно пыталась сдуть с глаз мокрые пряди. Стоя спиной к обрыву я обладал большей свободой действий и я аккуратно откинул ее волосы назад. Рини вздрогнула и дико посмотрела на меня.

— Я подумал, тебе мешают волосы, — ответил я на этот дикий, испуганный взгляд.

— Спасибо, Крис, — смущенно пробормотала она.

— Знаешь, я сегодня наговорила тебе столько разных признаний, — она отвела глаза, устремляя взгляд за мою спину туда, где бесновалось море, обрушивая тонны воды на черные скалы.

— Ты, пожалуйста, пойми меня. С прошлым всегда трудно прощаться, особенно бессмертным. Я очень благодарна Марле, она открыла мне правду и я собственными глазами увидела смерть своей доченьки. Нашей с тобой доченьки.

Она обессилено уронила голову мне на грудь и я услышал отчаяние в ее охрипшем голосе.

— Какая ужасная смерть, бог мой, так жутко!

Я взял в ладони ее лицо и поцеловал в лобик.

— Значит Ему так было угодно. Ты же знаешь, душа ее попала прямиком к Преверу.

— Нет, это значит совсем другое, — убитым голосом возразила Рини. — Мы никогда больше с ней не увидимся.

— Увидимся, — я крепко обнял ее, чувствуя как она дрожит под ставшей вновь мокрой одеждой.

— Ты встречалась с богом и знаешь правду: никто не исчезает бесследно.

Она снова заплакала, уткнувшись в мою грудь.

— Я наверно предала Курта, когда вешалась тебе на шею, но в этом мире у меня больше никого нет. Только ты, Жофрей и Мотье, вот и все, что осталось от моей семьи и если мне не вернуть уже мою дочь, я могу хотя бы попытаться удержать вас троих с собой рядом!

Рини подняла на меня темные, цвета индиго глаза. Я больше никогда ни у кого, не видел таких глаз. Этими глазами она смотрела не на меня, а как будто в меня, в самую душу. Мое сердце дрогнуло, я обнял ее еще крепче.

— Рини, детка, зачем что-то возвращать? Зачем жить прошлым? Я никуда от тебя не денусь и никогда тебя не брошу так же как Жофрей и Мотье, мы все всегда будем рядом. Кроме нас троих у тебя есть еще кое-кто, кому ты важна не меньше чем нам: Курт, Самаэль, Вайолет, Алиса, Лиада.

— Точно, — с сомнением усмехнулась Рини. — Вся твоя бравая компания.

— Теперь это и твоя компания тоже. Это они помогли мне спасти тебя от смерти, они рисковали своими жизнями помогая мне. А Курт, — я задумался подбирая слова, — Он очень любит тебя. Так сильно, что готов умереть за твою жизнь.

Айрин отвела глаза, заглядывая в лицо бушевавшему над нами мрачному, черному небу. Так мы и стояли: я, отгораживающий жену от бури широкой бессмертной спиной, она, не стесняясь рыдающая в лицо черному безжалостному небу. Сумасшедший ветер швырял в нас холодные капли дождя, море окатывало феерией ледяных, соленых брызг. Грозовое черное небо недовольно куксилось над нами.

Трудно сказать как долго это продолжалось, пока наконец Рини не подняла голову и не сказала срывающимся, простывшим голосом: "Достаточно, мне уже легче. Пойдем".

Прогулка по королевству Луны.

Я проводил заплаканную жену до ее апартаментов и вернулся к себе. На столике возле входной двери обнаружился запечатанный конверт с гербовой королевской печатью. Бегло осмотревшись, я убедился в том, что в мое отсутствие в моих апартаментах навели порядок.

Скинув с себя мокрую одежду, я засунул свое тело под горячий душ. С того самого момента как это важнейшее изобретение человечества вошло в эксплуатацию, я отметил как хорошо думается в душе. Горячие струйки приятно обжигая кожу, прогревали продрогшие мышцы. Кровь жизнерадостно приливала к голове и мысли плавно текли в нужное русло. Прошлая трагедия так глубоко потрясшая нас с Рини, плавно отступила в самый дальний уголок сердца, освобождая мой мозг для необходимых решений.