Танец с драконами - Джордж Мартин

Парень в замешательстве отступил на шаг.

— Твой…

— Отец, да. Тайвин из дома Ланнистеров. Возможно, ты слышал о нем.

Юный Гриф помедлил.

— Ланнистер? Твой отец…

— …мертв. От моей руки. Если Вашему Высочеству угодно называть меня Йолло или Хугор, так тому и быть, но я был рожден Тирионом из дома Ланнистеров. Я законный сын Тайвина и Джоанны, которых сам и убил. Тебе расскажут, что я убийца королей, родных, да еще и лжец, и все это правда… но ведь мы все тут сборище лжецов, не так ли? Возьмем твоего мнимого отца. Гриф, да? — карлик усмехнулся. — Ты должен быть благодарен богам за то, что Варис Паук с вами заодно в этом заговоре. Гриф не одурачил бы нашего кастрированного кудесника ни на секунду, так же как у него не вышло и со мной. Не лорд, говорит его светлость, не рыцарь. А я не карлик. Слова не становятся правдой только потому, что их произнесли. Кто бы мог воспитать малолетнего сына принца Рейегара лучше, чем его близкий друг, Джон Коннингтон, бывший лорд Грифоньего Насеста и Десница Короля?

— Тихо! — в голосе Грифа слышалась тревога.

По левому борту под водой показалась огромная каменная рука. Два пальца виднелись над поверхностью реки. Сколько их здесь таких? удивился Тирион. Струйка пота стекла по позвоночнику, заставив его содрогнуться. Печали проплывали мимо них. Вглядевшись в туман, он увидел сломанный шпиль, безголовую статую, древнее дерево, вырванное из земли и перевернутое, огромные скрученные корни выглядывали сквозь крышу обвалившегося купола. Почему это все кажется таким знакомым?

Прямо впереди накренилась лестница из бледного мрамора, выраставшая из темной воды изящной спиралью и резко обрывавшаяся в десяти футах над их головами.

Нет, подумал Тирион, это невозможно.

— Впереди, — голос Леморы дрожал. — Свет.

Все обернулись. И все увидели его.

— "Зимородок", — сказал Гриф. — Или кто-то вроде него, — но снова обнажил меч.

Никто не произнес ни слова. "Робкая Дева" плыла по течению: они не поднимали парус с тех пор, как заплыли в Печали. Лодка не могла двигаться по-другому — только вместе с рекой. Утка стоял, прищурившись и сжимая шест обеими руками. Через некоторое время даже Яндри прекратил отталкиваться. Взгляды всех были устремлены на далекий огонек. Когда они приблизились, огоньков стало два. Потом три.

— Мост Грез, — произнес Тирион.

— Невозможно, — сказал Халдон Полумейстер. — Мы оставили мост позади, реки текут только в одну сторону.

— Мать Ройна течет, как ей захочется, — пробормотал Яндри.

— Семеро, храните нас, — произнесла септа Лемора.

На пролете над ними завыли каменные люди. Некоторые из них указывали на лодку.

— Халдон, отведи принца вниз, — скомандовал Гриф.

Но было слишком поздно — течение вцепилось в них и неотвратимо несло к мосту. Яндри оттолкнулся шестом, чтобы уберечь "Робкую Деву" от столкновения с опорой. Толчок швырнул их в сторону, сквозь завесу бледно-серого мха. Тирион почувствовал, как лица касаются усики растений, нежные, словно пальцы шлюхи. А потом за его спиной раздался грохот, и палуба накренилась так резко, что он еле удержался на ногах и чуть не оказался за бортом.

Каменный человек рухнул на лодку.

Он приземлился на крышу каюты так тяжело, что, казалось, "Робкая Дева" налетела на скалу, и проревел им что-то на языке, которого Тирион не знал. За ним последовал второй, спрыгнувший у румпеля. Старые доски треснули под обрушившейся мощью, и Исилла пронзительно завизжала.

Утка находился к ней ближе всех. Здоровяк не стал терять времени, вытаскивая меч. Вместо этого он замахнулся шестом и ударил человека в грудь с такой силой, что тот рухнул за борт и исчез под водой, не издав ни звука.

Гриф оказался около второго человека, как только тот сполз с крыши каюты. C мечом в правой руке и факелом в левой, он заставил существо попятиться. Их движущиеся тени танцевали на мшистых стенах, когда поток проносил "Робкую Деву" под мостом. Каменный человек двинулся на корму, но Утка с шестом в руке загородил ему дорогу. Тот шагнул вперед, и Халдон Полумейстер взмахнул факелом и вынудил его отступить. У него не осталось выбора, кроме как пойти прямо на Грифа. Капитан скользнул в сторону, его клинок сверкнул. Там, где сталь рубанула отвердевшую серую плоть, брызнули искры, но, тем не менее, рука упала на палубу. Гриф отпихнул ее в сторону. Рядом возникли Яндри и Утка с шестами. Вместе они выпихнули существо за борт, в темные воды Ройны.

К тому времени "Робкая Дева" выплыла из-под разрушенного моста.

— От всех избавились? — спросил Утка. — Сколько спрыгнуло?

— Двое, — ответил Тирион дрожащим голосом.

— Трое, — сказал Халдон. — Позади тебя.

Карлик обернулся — он стоял там.

От прыжка одна из его ног раскололась, неровный кусок бледной кости разорвал истлевшую ткань штанов и серое мясо под ней. На сломанной кости виднелись капли коричневой крови, но каменный человек все равно брел вперед, протягивая руки к Юному Грифу. Они были серыми и жесткими, но между костяшками сочилась кровь, когда он пытался сжать пальцы, готовясь схватить мальчика. А тот уставился на него, стоя так неподвижно, словно и сам был сделан из камня. Его рука лежала на рукояти меча, но казалось, он забыл от этом.

Тирион сбил парня с ног, прыгнул через него, когда тот упал, и пихнул факел в лицо каменного человека. Создание отшатнулось, спотыкаясь из-за сломанной ноги, и принялось отмахиваться от огня неуклюжими серыми руками. Карлик ковылял за ним, рубя факелом и тыча им в глаза каменного человека. Еще немного, назад, еще шаг, и еще. Они были уже на краю палубы, когда тот рванулся к нему, схватил факел и вырвал его из рук карлика.

Твою мать, подумал Тирион.

Каменный человек отшвырнул факел. Раздалось тихое шипение и черные воды потушили пламя. Каменный человек завыл. Прежде он был с Летних Островов: челюсть и половина щеки превратилась в камень, но лицо было черным как ночь там, где еще не стало серым. Когда он схватил факел, кожа на его пальцах треснула и расслоилась, а по костяшкам потекла кровь, но, казалось, он не чувствовал этого. Слабое утешение, подумал Тирион. Хоть и смертельная, серая хворь, кажется, не была болезненной.

— Отходи! — крикнул кто-то издалека, а следом другой голос:

— Принц! Защитите мальчика!

Каменный человек, пошатываясь, двинулся вперед с вытянутыми цепкими руками. Тирион врезался в него плечом.

Он будто столкнулся с замковой стеной, только этот замок стоял на расшатанных ногах. Каменный человек перевалился за борт, цепляясь в падении за Тириона. Они упали в реку с чудовищным всплеском, и мать Ройна поглотила обоих.