Мастер третьего ранга (СИ) - Коробкин Дмитрий

— Готовятся к штурму, — предупредил Юра и, оборвав контакт с аспидом, открыл глаза.

— Так, девчонки, — сохраняя спокойствие, обратился Иван к курсанткам. — Как станет жарко, скоренько уматывайте в Криничный.

— Мы с тобой, — заявила Настя.

— Это не просьба, — строго посмотрел он ей в глаза. — Это приказ. И касается он всех.

— Юра…

— Нет Вань, — перебил он наставника. — Я с тобой до конца.

— Это профессиональные наемники, — напомнил Иван. — Это тебе не бешенных поджаривать. Тем более ты все силы растратил, и теперь не сильней обычного человека.

— Грозный — грозный, — иронизировал Юра, качая головой. — Только не страшно. Я остаюсь. Все.

— Так, вы все поняли? — обратился Иван к колдуньям, понимая, что с учеником спорить бесполезно.

— Да, — нестройным хором ответили хмурые девушки.

— Иван Безродный, мать твой третий ранг, — послышалось с улицы. — Выходи бродяга!

Иван молчал, но с тем, его лицо приняло растерянный вид.

— Выходи — выходи, — не дожидаясь ответа, позвал главарь. — Я знаю, что ты там.

— Паша? — выкрикнул мастер.

— Он самый, — подтвердил догадку мастера главарь. — Я ж тебя сто лет уже не видел. Выходи, здороваться будем.

— Я бы тебя еще сто лет не видел, Стерх! — зло выкрикнул Иван. — Ты же вроде как помер? Я тебя и помянул уже.

— Стерх? — удивился подмастерье, вспомнив мастера, которого якобы убил кукловод. — Но как?

Иван на это лишь нервно пожал плечами.

— Рано Ванька, — весело крикнул Стерх. — Я еще всех вас переживу. Ну, выходи, давай, что мы как собаки, через стенку перегавкиваемся?

— Уж лучше вы к нам!

— Ага, знаю я тебя. Сперва стреляешь, а потом спрашиваешь кто там? Хорош, у меня уже горло болит орать. Или ты сдаешься, или мои ребята забросают дом зажигалками!

— Это как-то не по-братски, — крикнул Иван, и сразу же тихо обратился к девушкам: — Готовьтесь уходить.

«Не брат ты мне, заноза в заднице», — зло подумал Стерх, а сам стал кричать совсем другое: — Мы не будем тебя убивать. Обещаю. Ванька, чес слово, не доводи до греха!

— Слово дашь? — выкрикнул мастер.

— Неа. Я тебе слово, а ты выйдешь, и фокус какой — нибудь отколешь. Давай по-хорошему, сложи оружие и выходи. Хотел бы убить, ты б уже давно там жарился.

— Он прав, — обратился Иван к подмастерью. — Этот бессовестный ублюдок и глазом не моргнув убил бы меня. Значит ему от меня что-то нужно. Я выхожу.

— Иван, — дернул наставника за рукав куртки Юра.

— Другого выхода нет, — вздохнул мастер. — Ты будь пока с курсантками.

— Считаю до пяти! — крикнул Стерх.

— Вера, — обратился мастер к вспотевшей от напряжения колдунье. — Чего вы телитесь? Уматывайте скорей.

— Раз!

— Еще немножко времени, — взмолилась та. — Я не могу настроиться. Духи сбивают.

— Два!

— Хорошо, я постараюсь отвлечь внимание и выиграть время, а вы постарайтесь поскорей убраться отсюда.

— Три!

— Хорошо, я выхожу, — передавая оружие Юре, кричал Иван. — Не психуй!

— Я совершенно спокоен. Че — е — еты — ы — ыре! — издевательски тянул Стерх. — Четыре с хвостиком!

Иван вышел с поднятыми руками. Хотя день был пасмурным, свет ударил, по привыкшим к полумраку глазам, и мастер не сразу смог рассмотреть, сколько в него целится стволов.

— Давненько меня парадом не встречали, — хмыкнул он, наконец, рассмотрев десяток направленных в него черных жерл винтовок. — А салюты будут?

— Будут — будут, — ощерился сквозь бинты Стерх. — В глаз ща заряжу и будут. Давай, топай на средину улицы, подальше от мотовоза. — Мастер выполнил приказание и воззрился на забинтованное лицо Стерха. — Юра! — крикнул тот. — Выходи, хватит в прятки играть.

— Вот сука, — прошептал Иван.

Юра бросил автомат, вытащил из кобуры пистолет и, бросив его к автомату, собрался идти на улицу.

— Юра, не надо, — схватив его за руку, шепотом попросила Полынь. — Идем с нами.

— Нет, — покачал он, головой грубо высвободив руку.

— Юра, — растерянно шептала лесавка, глядя в спину уходящему парню.

— Полынь, дай руку, — прошептала Вера. — Я настроилась. Уходим.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Юра, — вздохнула она, закрыла глаза, и они разом исчезли.

Подмастерье, щурясь, встал рядом с Иваном. Мастер бросил на него мимолетный взгляд, и заметил довольную ухмылку. Это означало, что девушки успели переместиться, и теперь, хотя бы за них, бояться не стоит.

К Стерху подошел, еще бледный, но уже достаточно пришедший в себя Сергей. Он тут же приказал обыскать мастеров, и дом где они скрывались. После на руках мужчин захлестнулись ремни, их усадили у стены среди россыпи костей, а бойцы Стерха влезли на борт мотовоза и стали осматривать ящики с добром.

— Хреново выглядишь, братишка, — издевательски произнес Стерх, рассматривая цветные пятна от кровоподтеков на лице Ивана. — Где так угораздило?

— С русалкой загулял, — косо ухмыльнулся мастер. — Теперь вот чешется все.

— А, ну это бывает. Встретились бы мы при иных обстоятельствах, я бы тебе такой трактир показал. Там такие девчонки, — мечтательно протянул Стерх. — Но не судьба.

— А у тебя, что с мурлом?

— Да прикурил неудачно.

— Как ты выжил? Как в эту херню ввязался? И накой мы тебе Паш, а?

Стерх молчал, смотря на Ивана. Он решал, говорить, что — либо этому выскочке, или же забить ему пасть кляпом, чтобы не доставал. Но у него у самого, был вопрос, который его интересовал.

— Вот где наши патрончики, — ликовал один из бойцов.

— Мужики, жратва! — воскликнул другой.

— Это что за хрень? — спросил третий воздев над головой козлиные черепа.

— Дай сюда, — махнул рукой Сергей. — Моя ж ты хорошая, короночка. — Обнял он корону кукловода. — Паш, я пошел духов глушить.

— Дуй, — отмахнулся Стерх, сверля внимательным взглядом Ивана. — Знаешь, Вань, на первые два вопроса тебе ответов знать ненужно. А вот третий. Тебя тут один человечек… Или не человечек, — задумался он. — Ай, без разницы. Короче, ждут тебя с распростертыми объятьями, ну а я по доброте душевной решил тебя подвести.

— Кто?

— А тебе ли не все равно? Ты к нему сам направлялся. Вот я тебя и доставлю в лучшем виде. И защищу, и прикрою. И заметь, даже денег не возьму. Кем бы я был, если не помог бы брату? Цени Ванька мою доброту.

— Ты развяжи меня, я те в пояс поклонюсь. Даже два раза. Особенно за хлеб да соль и теплый прием в Криничном.

— Как — нибудь потом, — ухмыльнулся Стерх. — Ты мне вот что расскажи: как вы толпу психов так положить умудрились?

— По — братски?

— Ага.

— Хрен тебе по всей морде, братишка, — недобро оскалился Иван, а Юра захохотал.

— Ну что ты за человек, — вздохнул Стерх, доставая револьвер и нацеливаясь в лоб подмастерья. — Я к тебе со всей душой, а ты хамишь. Вот всегда ты так, еще с самой учебы в Обители. Грубиян ты Ванька, грубиян.

— Ты обещал не убивать, — напомнил Иван.

— Так то ж тебя, — выжимая слабину спускового крючка, спокойно говорил он с ухмылкой. — Про пацана не было и речи.

— Это не мы. Я не знаю кто.

— А если честно?

— Похоже, что я могу в одну харю толпу бешенных порвать? — с серьезным видом спросил мастер. — Или вон Юрка?

— Угу, — смотря в ствол барабанного пистолета, подхватил ученик. — Я зубами их рвал. Мясо вон меж зубов застряло, все никак не выковыряю. Показать?

По улице разбежалась энергия, а после, будто морская волна, также стремительно откатилась. Стерх будто и не заметил. Он продолжал испытующе переводить взгляд с одного серьезного лица на другое.

— Хорошо, — убирая пистолет от головы Юры, после раздумий произнес главарь. — Верю. Сидите тихо и не рыпайтесь. Сиплый, — позвал он одного из вертевшихся у мотовоза бойцов, который тут же подбежал и раболепно воззрился на забинтованное лицо. — Присмотри за ними.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ой, как же хорошо, Паша, — блаженно говорил Сергей, подошедшему Стерху. — Как же хорошо, когда они все заткнулись. Отличная штука эта корона кукловода.