Пепелище славы - Ярослав Денисенко

И не важно, что сейчас за плечами Орога лишь горстка урук-хаев, опьяненных собственной наглостью, и Белому Вождю приходиться решать их проблемы. Пытаться свернуть с пути фигуру его величины - все равно что просить подвинуться гору.

Ривендор не понимал, что ему больше хочется: бежать без огляду, или внимать зачарованно каждому жесту орочьего лидера. Говорят, Шенгару порой удается переубедить брата в том или ином решении. А он… Зря вообще затеял этот разговор.

ГЛАВА 10.

Во время ночной вылазки они потеряли четверых. Двоих раненых удалось утащить обратно к пещере. Но лишь потому, что враг не препятствовал. Выстрелы со скал встречали каждую из трех безрезультатных попыток прорваться. Тщетно Элгиласт сгонял над их головами самые плотные тучи. На меткость вражеских стрел они никак не влияли.

После третьего поспешного отступления маг пришел к гениальному выводу:

- Они, наверное, видят в темноте!

Тандегрэн удержал мучительный позыв врезать ему по зубам. Похоже, в своей симпатии к людям он действительно нахватался вульгарных черт от младшей расы… Но эльфийский командир твердо решил, что если доморощенный мудрец отвесит очередное ценное замечание, одним пострадавшим эльфом этой ночью станет больше.

Урук-хаи. Живые и здравствующие. Может быть, они все-таки соизволят к утру развеяться, как и положено дурацкому сну?

О восходе солнца оповестило замогильное завывание хриплого рога. Орки ненавязчиво напоминали о своем существовании. Сон улетучиваться не желал.

Превосходно. Им не прорваться ночью и тем более не ускользнуть днем.

- Воды… - прошептал один из раненых. Его голос резанул по сердцу Тандегрэна, словно тупым зазубренным ножом. Вот он, наглядный результат твоих ошибок, командир.

Воды не было. Как не было еды, стрел и всего остального.

Тандегрэн резко придавил набирающий силу голосок совести. Большой недостаток всей эльфийской расы - в неподобающее время погружаться с головой в сентиментальные философствования мазохистского толка. Искоренить эту черту до конца было невозможно, лишь научиться с ней бороться. Обычно это у него хорошо получалось.

На третий день осады Элгиласт затеял получение воды при помощи ливня. Эльфы укрылись в пещере, а вот оркам пришлось хорошенько помокнуть. В разгар стихии Тандегрэн послал троих добровольцев проверить осаждающих на прочность. Лучникам разгулявшееся ненастье мешало, но тяжелый арбалетный болт, принесшийся с вершины скалы, прошил грудь одного из эльфийских храбрецов чуть выше сердца. Воин истек кровью за считанные минуты. Три других стрелка оказались менее удачливыми, но один факт их наличия ставил под сомнение разумность дальнейших попыток.

Мага хватило на полчаса поддержания ливня. Стоило ему отвлечься, как собранные облака сразу норовили разбежаться. Так и пришлось Элгиласту торчать под вызванным им же дождем, пока оглушительный чих не возвестил о том, что эльфийским магам не чужды проблемы простуды.

Водой они, правда, заполнили все имеющиеся в наличии фляги.

Ответная пакость со стороны орков последовала ночью. На дрова урук-хаи не скупились. Задорные жаркие искры возносились к самому небу. А на вертелах крутились целые туши коз и молодых кабанчиков.

Орки плясали вокруг костров и распевали свои отвратительные песни под звуки варварских инструментов - в основном, ударных и шумовых.

В своем показательном веселье они, однако, не забыли выставить на стражу лучников. Тандегрэн проверил лично и схлопотал в плечо стрелу.

Эльфы, давно сжегшие последнюю травинку и разделившие три лепешки на семнадцать ртов, жадно глотали слюнки. Бурча животом и громко чихая, Элгиласт изменил направление ветра, но дразнящие запахи уже успели разбудоражить голодные фантазии, и эльфам хватало одного вида приготовляемой пищи… Одной мысли о том, что она где-то готовится.

Пока товарищи занимались раной (по счастью, легкой), Тандегрэн поймал себя на том, что оценивает сочного мага с откровенно гастрономических позиций.

Утром эльфы в тихой ярости наблюдали, как орки разбивают у брода палатки, притащенные из их оставленного лагеря. Когда процесс был окончен, особо отчаянный урук-хай демонстративно вылил на землю ковшик воды, ткнув пальцем сначала на небо, затем на палатки.

Трое эльфов схватились за луки, но наглец уже успел улизнуть, а повыскакивавшие из укрытий вражеские стрелки мгновенно наградили лучников тучей ответных стрел. Еще двое раненых и один убитый.

- Они стреляют лишь по тем, кто предпринимает действия, - заметил один из эльфов. К счастью Элгиласта, опередив его с этим заявлением на доли секунды. Иначе недосчитаться бы магу парочки-другой зубов.

- Они вынуждают нас сдаться, - мрачно пояснил Тандегрэн.

- Я знаю, что делать, - отрезал маг. - Мне нужно время и силы на подготовку. И эти твари отправятся прямиком к своему Темному Покойнику.

С этими словами он схватил последнюю лепешку из общих запасов и в три жадных укуса сожрал ее до крошки, даже не прожевав.

Все надежды Орога удержать брата на отдыхе хоть на некоторое время пошли прахом. Стоило тому окончательно получшать, как неугомонный охотник немедленно примчался к центру событий.

Последняя размолвка проложила хорошую трещину в многолетней бескорыстной дружбе. Оба брата это понимали - и избегали бесед на тяжкую тему. Но разговоры на другие не клеились тем более. Когда молчание стало совсем уж невыносимым, Орог осторожно начал:

- По поводу Черного Солнца…

- Мы уже договорились, - бросил в ответ Шенгар. - Это будет мой клан, мои старейшины и мое место в Совете. И мое мнение на происходящее. Все. А теперь, брат… Давай-ка думать, что ничего не было.

- Давай, - согласился Орог.

Шенгар обратил взгляд к пещере.

- Выдохлись, похоже, ушастые? - предположил он. - Пора бы тебе разворачивать тряпочку.

Под "тряпочкой" имелось в виду очередное сокровище из запасов Ришнара. Не много, не мало, личный стяг Талемайра, нашедшего смерть под сводами гномьих пещер. Вместо того, чтобы отправиться за черным рыцарем, ближайшим подручным Владыки, в могилу, каким-то неведомым чудом стяг перекочевал в один из многочисленных тайников предусмотрительного сотника. Шенгар бы не слишком удивился, если в скором времени в придачу к стягу обнаружились меч, вороненый панцирь, перстень с личной печатью и парочка темномагических страшилок до кучи.

"На славе великих предков можно многого добиться, если правильно подойти к вопросу, - наставлял старый орк. - Кого волнует какой-то там лохматый урук-хай с северных пустошей? Наследник великих деяний, на которого снизошел дух отважного воина - вот с кем надо считаться!"