Песня цветов аконита - Светлана Дильдина

— Я ведь не просто пришел. Если согласен, я эту гору сверну, но тебя заберу отсюда!

— Незачем. Здесь я не по своей воле, но эта воля добра ко мне.

— Пойми же — нет добра при дворе, когда умирает глава Золотого Дома! Каждый сам за себя.

— Да. И все же… я не хочу убегать.

— Ты же пленник здесь! Даже свою жизнь оборвать ты не сможешь!

— Мне тут хорошо.

— Хорошо?! Неужто тебе ничего не нужно, кроме угла, где можно свернуться в тепле?

Схватил его за руку, больно:

— Ну почему ты всегда плывешь по течению? Надеешься, оно всегда будет милосердно к тебе? Можешь не выплыть!

Йири отвел локоть в сторону, освободил руку. Покачал головой.

— Не по течению. Не забудь, выбираю я. Сейчас — я.

— Какой выбор! Я предлагаю тебе свободу!

— Мне часто предлагали ее те, кто не мог ее дать.

— И мой брат? — резко спросил, не по-доброму.

— И Ханари, — согласился тот.

— Понятно, — голос зазвучал глуше. — Теперь кому ты поверишь из нас?

— Тебе верю. Только ты не обо мне, о своей родне подумай.

— Думаю. Знаешь, чего Шену хочет?

— Моей смерти.

— Знаешь — и согласился остаться со мной наедине?

— Довольно, — Йири сказал это тихо, но Тами повиновался — замолчал, и лишь пару мгновений спустя осознал, чье повеленье исполнил.

— Вот так, — проплыло по комнате шелестом ветра.

Тами присел напротив, положил на колени руки.

— Да… он многому научил тебя. Представить не мог… Ну, так я понимаю Шену.

— Перестань, — попросил Йири. — Ты ведь не с тем пришел. У твоего старшего брата глаза хассы. А у тебя — прозрачные, будто вода чистого озера, когда каждую песчинку видно.

«Я помогу ему, — думал Тами, покидая Голубиную гору. Галопом несся, камешки с силой вылетали из-под копыт коня. — Братья не того хотят — пусть!»

Ворвался к себе, закрылся от всех. Девочка — Несущая тень — робко вошла к господину, так чуть за дверь не вышвырнул, хотя всегда относился весьма благосклонно.

Шену в доме не оказалось, зато приехал Ханари. И за всеми движениями брата следил внимательно, не приближаясь, — так бабочек ловят или птиц, осторожно, чтоб не спугнуть. И в Ханари текла «лисья» кровь… Со старшими ему было не тягаться по части интриг, а младшего пока еще мог обставить.

Особенно когда чувствовал — речь идет о том, что уже считал своим. Так просто не выпустит.

«Суэ так и не появилась. Может, погибла? Неудивительно — в Тхэннин проститься с жизнью недолго. Но про девчонку успела подать весть. Пожалуй, большего и не нужно. Ему будет довольно».

Угловатый стремительный почерк — сейчас Каэси нет нужды использовать вычурный стиль.

«Ты пытался найти родных. Я знаю, какой ответ тебе принесли посланцы повелителя. Но они не так хорошо ищут, как мои шин. Твоя сестра Аюрин жива. Если хочешь увидеть ее — я жду».

И приписка внизу:

«Тебе нечего опасаться. Не стану скрывать — возможно, ты принесешь мне пользу. Если же нет — уйдете живыми оба».

Письмо обнаружил на столике, под кувшинчиком с мятным напитком. Кто принес — неизвестно. Любой из слуг мог… и никто не мог. Слишком большая ловкость требовалась — так положить, чтобы Йири, постоянно бывший настороже, не заметил. Не с неба же свалилось?!

Прочел раз, другой. Глазам не поверил — и перечел в третий. Аюрин. Словно иголку в сердце вонзили. Разыскали-таки! Жива! Да не те разыскали, и не вовремя.

Йири заметался по комнате. Никакого спокойствия не осталось, не следил ни за жестами, ни за лицом. Заметил, что за ним наблюдают. Человечек неприметный, зашел букеты поправить, пробормотал, не глядя на Йири:

— Тами Лисенок еще навестит вас. Он предлагает побег — послушайтесь его. Мой господин заберет вас по дороге.

— Твой господин?! Ты положил письмо?!

— Я. Я служу Дому Мийа.

— Ты из сословия шин?

— Да, господин.

— Откуда ты знаешь про побег — что Тами предлагал мне его? — Йири шагнул к нему, невольно сжав руку. Ударить не смог бы, наверное, — даже ради спасения жизни.

— Я просто умею слушать и думать. Не бойтесь — знаю только я. А я хочу, чтобы вы быстрее покинули этот дом.

— Я не хочу навлечь беду на Тами! — воскликнул юноша. — Он хочет помочь мне от чистого сердца!

— Шшш… — человечек прижал палец к губам, укоризненно покачал головой. — Зачем так кричать, господин?

— Ты знаешь — это правда про мою сестру? — он напряженно ожидал ответа, не задумываясь, что для шин солгать — раз плюнуть.

— У всех свои задания, — уклончиво отозвался тот. — Я исполняю порученное, и меня не ставят в известность обо всем остальном.

— Твой господин… как я могу верить ему?

— Вы же доверились тому, кто распоряжается хэата, Отнимающими жизнь.

— У меня не было выбора.

— Ну, а сейчас он есть. Не ошибитесь только. — Он улыбнулся, и морщинки появились у глаз. — И не надо так беспокоиться, господин. Все мы в руке Творца. Все получим лишь то, что заслужили.

— Ты служишь двум господам?

Тот покачал головой:

— Одному. Только одно служение имеет цену. Остальное — мираж.

— Не боишься убийц?

— После вашего исчезновения исчезну и я. А там… хэата обучены убивать, но найти шин — все равно, что отыскать песчинку в море.

Этому человеку Йири поверил и ждал — Тами снова придет. А шин, затерявшиеся среди слуг Хисорэ, помогут бежать. Неловко было — бежать из дома человека, возможно, спасшего ему жизнь. Но стоило подумать о сестре, и все забывал. Два дня метался по комнате, словно пойманная хасса по клетке. А вечером человечек снова возник на пороге.

— Надумали? — и улыбнулся.

— Тами здесь? — ответил вопросом на вопрос. Тот без слов протянул письмо Лисенка — почти умоляющее, немыслимое для представителя Дома по отношению к такому, как Йири.

— Он будет ждать вас. Если согласны…

— И слуги твоего господина будут ждать по дороге, так?

Человечек развел руками:

— Ни за себя, ни за него опасаться не стоит.

— Что стоит слово шин! — раздраженно бросил, но затем сказал: — Я готов. Передай ему мое согласие…

Когда стемнело, человечек принес одежду всадника, подходящую для ночной поры. Переодеться было делом нескольких мгновений.

— Охрана…

— Они спят.

— Ты подписываешь себе приговор!

— Моя жизнь — это служение господину.

— Довольно, — шепнул Йири, ступая в темный коридор. Человечек взял его за руку — он видел в темноте, словно кошка. Хоть юноша и сам мог неплохо видеть в ночи, доверился проводнику.

— Скорее! — одними губами произнес человечек, помог Йири выбраться через окно. Над самым обрывом прошли по карнизу, спрыгнули наземь. Йири повернул голову, взглянул на путь, который только что одолели, — и глазам не поверил. Невозможно. Уж не заколдовал ли его этот странный человек? Тот улыбнулся скупой улыбкой и указал на тени впереди. Тами — почти слился со стволом древнего каштана.