Сердце старого Города (СИ) - Вель Софья

К жуткой досаде Алеона, Сильвия и не подумала дальше уговаривать названного брата, как и возвращаться с ним в Излаим. Она направилась в самую чащу. Алеон, чертыхаясь, устремился за ней, но бесовка просто пропала. Что за свойство у девчонки?! Когда хочет спрятаться, прячется так, что нужна целая уйма заклинаний, чтобы найти. Алеон уже начал выводить одно, как неподалеку хрустнула ветка. Он бросился на звук и едва успел схватить девушку за запястье. Еще секунда — и она попала бы в капкан тинтинет.

— Сил, быстро! — Сильвия хотела поупираться, но что-то в выражении лица Алеона заставило послушаться.

Алеон за миг до щелкнувшего болта успел загородить Сильвию. Девушка с перепугу трогательно прижалась к спасителю, заставив вздрогнуть. Взлетевшая тонкая сеть, сплетенная чьими-то маленькими нечеловеческими пальчиками, убедила ее в правоте догадки. Сеть же есть?! Значит, и мистические тинтинеты — вовсе не сказки!

Сильвия бросилась в сторону, Алеон едва поспевал за девушкой, перепрыгивая кусты, он на ходу плел заклинание-путы, но кинуть не успел. Девчушка резко остановилась, полукровка едва не врезался ей в спину.

— Смотри! — одними губами произнесла она.

На поляне прямо перед молодыми людьми разворачивалось действо. Небольшие, размером с ладонь, крылатые человечки выстроились цепочкой в воздухе, их крылья трепетали, создавая жужжание, откуда-то лилась удивительная песня. Впереди маленьких человечков порхал, обильно осыпая всех золотой пыльцой, пузатый предводитель лесного народца.

— Слава Великому и Могучему Тин-Тину Великолепному! — забавный писк должен был походить на грозный рык. Но Сильвия едва не подавилась смехом, отчего поскользнулась и потянула Алеона за собой. Оба кубарем вылетели на поляну, чуть не перед самым носом Тин-Тина Великолепного. Через миг в незваных гостей полетели огненные горошины, выпускаемые волшебными тинтинетами из тоненьких ручек. Болезненные удары посыпались со всех сторон. Алеон сгреб в охапку Сильвию и заставил пространство выкинуть их с поляны.

— Бежим! — Он схватил девушку за руку и насильно потащил за собой.

Через двадцать минут бега Сильвия остановилась и с хохотом упала в траву. Алеон наскоро расставлял ловушки и возводил оградительный барьер.

Девушка раскинулась в траве и посмотрела в темнеющее небо.

— А ты говорил: «бабкины сказки»!

— Сильвия, там, между прочим, еще и урлы были, ты не заметила?

— Да… Ну и что с того? Они поют, как… — Сильвия не нашла нужного слова и просто покрутила рукой. Алеон страшно злился на отчаянное сумасбродство девицы, чуть не стоившее им жизни. Сильвия ловко перекатилась со спины на живот и, подперев подбородок ладонями, хитро посмотрела на Алеона. — Хотела бы я, чтоб магия была такая. Свободная, чистая. Как у тинтинет… Думаешь, они строят в голове формулы или делают глупые пассы руками?

Алеон хмыкнул:

— Ты просто не умеешь плести заклинания, и только.

Сильвия скорчила рожицу, ей даже шло. Алеон невольно залюбовался каскадом льняных чуть вьющихся волос. В сумраке вечера они казались белыми. А ореховые глаза девушки, так правильно украшенные темными бровями, сейчас виделись чернильно-черными.

Алеон невольно сглотнул и тряхнул коротко стриженной головой, отгоняя странные мысли.

— Сильвия, ты чокнутая, — он решил подытожить спор. — От безделья городишь чушь.

Девушка раздраженно посмотрела на полукровку.

— Какой же ты… каменнолобый и косный. Все, пошли домой, — она быстро встала и решительно направилась к виднеющимся башням университета. Алеон почувствовал острую досаду на самого себя…».

Солео очнулась.

Что это? Сон? Явь? Она уснула? Безумно колотящееся сердце заставило тяжело дышать.

Почему ей снятся такие странные сны? Словно она живет в чужом теле, одновременно видя и слыша все со стороны.

Она много раз спрашивала ксендза о причине сновидений, священник поначалу отмалчивался, потом говорил о греховных и тайных желаниях, в конечном счете принялся высмеивать девочку за слишком богатую фантазию.

Может, ксендз прав? Стоило Солео увидеть руины, как ее безумный, расстроенный мозг придумал и героев. А теперь вот лес…

Девушка тяжело вздохнула. Люди не любят безумцев, бояться их.

Солео шла, поглощенная мыслями. Солнце клонилось к закату, раскрашивая лес ярко-оранжевыми пятнами света. Девушка вслушивалась в перешептывание листьев, перекличку птиц, стрекот цикад, и чувствовала себя счастливой. Она щурилась солнечным бликам и теплу, по-детски лопая подушечками пальцев растущие в лесу цветы-огурцы, коробочки с едва ощутимым пружинистым хлопком фыркали семенами.

«Опять ты! Да что ж за напасть-то?! Прям, баг какой-то!», — очень отчетливо раздалось в голове. Солео замерла, боясь дышать. Напротив неё стоял темноволосый нелюдь. Солео почувствовала горьковатый привкус во рту: «Дааа…, не помог Волчонкин подорожник…».

«Вовсе я не галлюцинация! — возмутился гость больного разума. Солео попятилась назад. — А ты ужасно забавная! Неужели никогда не видела магию?!», — искренне удивился плод воображения.

Солео пыталась вспомнить, откуда она знает слово «магия»? Колдовство было, а магия… В памяти возник образ домика в самой чащобе леса…

«Миленько…, только уж больно заброшено, — прокомментировал юноша, потом скривился, — ба! Да ты увешана братовыми маячками! Весь каст мне сбивает, хейтер несчастный! Ему что, жалко?!». Солео по-детски осмотрела себя: увешана маячками, хейтер, каст — это как? О чем он? Но ничего примечательного не обнаружила, да и слов таких она точно никогда не слышала. Юноша хмыкнул, явно сочтя собеседницу такой же дремучей, как и лес.

«Ладно, свидимся! А то меня братец ищет, пусть побегает теперь! Ишь, че удумал, обманки-ловушки ставить, да маяки развешивать! Не на того напал, лошара. Ну… в общем… ты меня не видела, я тебя не видел. Бывай!», — с этим и растворился, оставив огорошенную Солео одну посреди уже темнеющего леса.

«Может, он нечисть, леший местный?», — Солео три раза сплюнула и покрутилась вокруг оси.

«И как, помогает?», — на сей раз говорила галлюцинация старшего из нелюдей. Он стоял, опершись о дерево и сложив руки на груди.

Солео попятилась назад, готовая бежать.

«Ладно, не важно. Называй, как хочешь. Спасибо, что помогла! Прощай». И пропал.

Солео разозлилась. Нечисть, ни нечисть, а совесть иметь надо! Оба нелюдя перепугали ее до полусмерти. Может, разуму забавно отвлекать ее от мыслей о неудачной охоте красочными снами да голодными галлюцинациями?

Вечером Солео крутила цепочку с кулоном, вспоминая сон. История походила на запрещенные в монастыре романы. Солео подумалось, что девушка из сна похожа на нее саму, только куда отважней. Вот бы узнать, что было дальше?! Виделись веселые приключения и легкая сытая жизнь. В мечтах, навеянных сном, Сильвия Гаспаро побеждала злую волшебницу, находила клад дракона, отважно расправлялась с пиратами…

В полудреме Солео отчетливо слышала, как трубят рога, созывая участников и зрителей на Турнир.

«Сильвия спряталась за трибунами, где предавалась сладостному самобичеванию. «Растрепа» — часто дразнили ее в детстве. И сегодня ее непослушные волосы растрепались от слишком быстрого бега. «Вот так и есть, растрепа! А еще жуткий бездарь и неудачница!», — если с отсутствием талантов девчушка успела свыкнуться за неполные пятнадцать лет, то вот к потере удачи относилась очень болезненно.

День не задался с самого утра. Отец проснулся в крайне ворчливом настроении, о чем не преминул попенять — и комнату она свою не убирает, и обед нормальный, а главное, своевременный, приготовить не может! Что уж говорить об учебе? Опять, опять выгнали! И откуда?! С практической магии! А, главное, кто?! Он, Гаспаро, все силы приложил, чтобы Магистра Алеона приставили к ее классу, а она? Она палец о палец не способна ударить на благо семьи…

Да ударяла она! Да что там, палец?! Она все руки разбила, пытаясь высечь простенькую искорку! Но проще было дождаться самовоспламенения камня… Да и вообще, зачем высекать огонь магией, если есть огниво? Ну, глупо же! Сильвия закусила губу. Все это глупо. Не способна она! Не может! Даже медикусы сказали, что не может. Все дети магов Излаима могут, а она — нет. Такая вот дефективная дочь родилась у чужеземки с белыми косами и архимага древнего города.