Сердце старого Города (СИ) - Вель Софья

Девушка смастерила лук из ветки, сложность возникла с тетивой. Помог случай.

Её маленькая подружка, цыганка, всегда была предметом насмешек. Охранники считали Волчонку отродьем ведьмы, согрешившей с болотным чертом. Чтобы доказать свою правоту, лихие работники сестры Бригитты то кидались в цыганку камнями, соревнуясь в большей меткости, то привязывали жестяные банки к изодранному подолу, потешаясь над страхом ребенка. В последний раз лиходеи поймали цыганку и с радостным улюлюканьем бросили в реку, уверяя, что ведьмы, как и их выводок, в воде не тонут, в огне не горят.

То ли Волчонка не была отродьем ведьмы, то ли на маленьких девочек это не распространялось, но она в самую взаправду начала тонуть под громкий хохот мучителей. Солео кинулась спасать.

Волчонка со страху едва не угробила спасительницу, крепко вцепившись ей в плечи. Солео никак не удавалось высвободиться из смертельных «объятий», тянувших на дно. От этого наблюдающим за ними охранникам стало особенно весело. Они одобрительно улюлюкали и сыпали бранными шутками. На счастье, речка летом обмелела, и Солео все-таки нащупала ногами дно, оттолкнулась и вынырнула, жадно хватая воздух ртом. Девушка с трудом выбралась на берег, вытягивая на песок несчастного ребенка. Цыганка успела наглотаться воды, ее рвало.

Изнеможённая спасительница легла прямо на траву, мокрое платье облепило холодной тряпкой. Все это время наблюдавшие за ней охранники смерили девушку

настолько «липким» взглядом, что ощущение от платья показалось ерундой. Солео съежилась, а ухмыляющиеся негодяи направились в ее сторону. Девушка подскочила, готовая бежать, сделала шаг, мокрый подол юбки спутал ноги. Она упала.

Пытаясь помочь, Волчонка накинулась на одного из охранников, кусая в кровь. Второй не поспешил на помощь товарищу, минуя цыганку, он бросился к упавшей Солео, быстро зажимая ей рот рукой. Солео окатило душным запахом пота и чеснока. Она что было силы рванула в сторону. Мокрое платье не помогло и насильнику, подол путался, девушка выскальзывала. Охранник резко дернул, ткань разорвалась, обнажая шею и ключицы. На секунду рука насильника остановилась — взгляд упал на странное украшение.

— Глядь, Квиро! — расхохотался насильник другу. — Какая-никакая, а цацки любит! Где ты взяла эту дрянь?

Еще по приюту Солео знала, ее «память из детства», амулет — не более, чем мусор, даже не дешевая побрякушка. Путаная, не пойми как плетенная цепочка была сработана из дешевой проволоки. Одно из скрученных звеньев — «гнезд» украшал кусок фиолетового стекла размером чуть крупнее перепелиного яйца. Осколок был неровный по форме, но в «гнезде» сидел очень плотно. Любой ребенок старше трех лет мог сотворить подобное. Наследство Солео вызывало насмешки у приютских детей — такого богатства было вдоволь даже у сирот.

В этот момент Волчонка вырвалась и завизжала. Истошный вопль сильно развеселил насильников. Все еще крепко схваченная Солео попыталась выкрутиться. Но отсмеявшиеся насильники и не думали отступать. Один отшвырнул Волчонку, буркнув, что ею займутся позже, и направился к пойманной Солео. Второй, гнусно ухмыльнувшись наполовину беззубым ртом, снова начал тянуть обессилевшую девушку, сминая ее оборону.

— Что здесь происходит? — грозный окрик заставил обоих остановиться. Брезгливый испуг стер улыбки с лиц насильников. Охранник, державший Солео, чертыхнулся и сплюнул. По склону к ним спускалась сестра-надзирательница. Охранники переглянулись и отступили, видимо, решив, что заплатят им только в монастыре, и только, если сестра-надзирательница подтвердит, что работа выполнена добротно. Сомнительное удовольствие с брыкливой сироткой не стоило обещанных монет.

— Мы ж, ето, помогали девчонке вытащить из воды цыганскую приблуду.

Солео стояла с трясущимися руками и ногами, она опешила от вранья, но по взгляду одного из мучителей догадалась, скажи она что-то другое — ей несдобровать.

— Ты что удумала? Развратница богомерзкая! А ну живо оденься! Блудница Вавилонская!

Солео подхватила Волчонку и убежала. Вечером Бригитта дала девушке клубок ниток, чтобы зашить ворот платья.

Нитки стали тетивой, а веточки, заостренные камнем из речки — стрелами. Солео заполняла детская радость, когда она мастерила нехитрую снасть. Лук быстро себя оправдал — на следующий день девочка поймала толстую перепелку. И мысли о голодной смерти, охранниках и прочих бедах, отступили.

Охота дарила надежду, каждый день уводя Солео все дальше от лагеря. Так на сей раз юная охотница кралась по лесу, забредая все глубже. Лес начал светлеть. Увлеченная охотой на ящерок Солео не сразу заметила перемену. Но вскоре начала спотыкаться о разбросанные камни. Камней становилось все больше, а подлесок все моложе и реже.

Вдруг Солео остановилась, лес полностью отступил, обнажая каменные останки города.

«Это руины, — оглядевшись по сторонам, догадалась охотница, — а там, где руины…». Солео суеверно трижды сплюнула через плечо, холодок внутри разрастался страхом. Пот заструился по спине, а крупные мурашки высыпали даже на лице. «Гиблые…». Кто жил здесь до кочевников? Кочевники не строили городов, а перед ней лежал город. Лежали его кости, сухой скелет, едва поросший молодым лесом.

Рука невольно потянулась к груди, нащупывая под платьем, наглухо застегнутом по самый подбородок, кулон. Ей показалось, что камень стал теплее.

Неожиданно в глазах поплыло, и Солео почудились зычные голоса, крики и треск огня. Она шарахнулась в сторону от горящей лошади, скачущей прямо на нее, оступилась и упала, сильно ударившись головой.

Глава Вторая. Поднебесье. Спор с братом.

Сигнорин с раздражением смотрел на младшего брата, злясь все больше, то ли на Эля, причину неурядиц, то ли на себя за безотказность. Отец попросил Сига проследить за неугомонным Эль’Касмиэлем. Отказать Владыке принц не смел. Но потерянного времени было очень жаль. Сигнорину нечасто удавалось увидеться с дочерью, и теперь вместо обещанного чудесного дня с ласковой Сили, он должен следить за дерзким и неуправляемым подростком-разгильдяем, затеявшим побег из Поднебесья.

Именно на безумной попытке открытия межпространственных врат прямо из Чертогов и был пойман Эль`Касмиэль несколько минут назад. А по отговоркам брата, Сиг понял, что попытка была не первой, и предыдущие оборачивались успехом…

— Эль, ты спятил?

— Что б это? — раскинувшийся на софе Эль довольно жевал тянучку, ничуть не смущаясь гневу старшего брата.

— Ты хоть представляешь, как это опасно?

— Сиг, ты зануда!

— Эль, убогий ты на голову, может, мне отцу рассказать, где тебя носит?

— Валяй, — безразлично пожал плечами Эль, откидывая патлатую голову назад и надувая при этом пузырь из тянучки. — А заодно, что не можешь догнать…

Сиг почувствовал острое желание залепить брату в ухо, может, помогло бы?

— Что ты там потерял? — сдержавшись, продолжил Сиг.

— Сердце… Наше волшебное Сердце. Хочу вернуть.

Сиг расхохотался зло и колко.

— Смейся-смейся, — презрительно хмыкнул Эль.

— Эль, забудь.

— Что б это? Готов побиться об заклад, братец Драго спрятал мамин подарок в Старом Городе.

— Это бред. Драго так бы не сделал! — Сиг злился все больше. — Нет его больше! Эльдары отца, тиволийцы императора, малиэнцы Владыки Кастиэля, да сами демоны ада обыскали там каждый камень. Там Сердца нет!

Эль приподнялся на локтях.

— Сиг, это вы не можете найти, а я найду. Сердце должно быть там, не та это вещь, чтоб вот так взять и пропасть!

— Эль, любой степняк мог унести Сердце с собой, ищи свищи!

— Сиг, — Эль посмотрел на Сига с показным сочувствием, — у тебя дефицит когнитивной функции? Кто сможет удержать сердце?

— О-о-о, кто-то хоть раз за семестр, да посетил занятия?! Как экзамены сдавать будешь, зазнайка?

— Для того и нужно Сердце, — выпустив еще один пузырь из тянучки, заметил Эль.

— Немыслимо…! — Сигнорин оторопел. — Ты хочешь найти Сердце, только чтоб поправить дела учебные? Прогулы свои закамуфлировать!