Цена любви - Шейла Ранн

Солнце, отразившись от воды, светило так ярко, что комната превратилась в множество пляшущих точек. Спустя некоторое время я разглядела стоявшего передо мной Карлоса. Его обнаженное тело как бы состояло из окружавших нас точек. Именно такое мускулистое, атлетическое тело я представила себе, когда он выходил из кафе. Покатые плечи, выпуклые грудные мышцы обтянуты той гладкой золотистой кожей, которая восхищала Бетти при взгляде на своего партнера Луиса. Ко мне протянулись те самые руки, которые когда-то подхватили Бетти и опустили на кровать. Я увидела те самые молодые бедра, которые всевозможными способами сплетались с бедрами Бетти. Знакомые крепкие, выпуклые ягодицы молодого танцора. Руки Карлоса приблизились ко мне, маня в первые ночи волшебной страсти; голубые, коричневые и золотистые краски другого времени затмили окружавшее меня буйство ярких точек…

… Первый вечер после спектакля, Луис пригласил Бетти к себе. Держась за руки, будущие любовники идут темными переулками через Старый квартал Барселоны. Останавливаются перед домом, где он живет, ласкают друг друга. На лицах тени. Луис прикасается к щеке Бетти, тихонько проводит пальцем, ласкает губы, проникает в ее влажный рот. Потом обследует те же самые тайники языком. Она поднимается за ним по лестнице, слышит, как поворачивается ключ в замке…

Цыган зажигает красную свечу, свет которой падает на фарфоровое блюдо на пустом столе; в комнате почти нет мебели. Мужчина начинает раздевать Бетти, словно разворачивая драгоценный подарок, частично состоящий из ее тонких туалетов. Их тени движутся по стене. Он осторожно снимает ее жакет, целует хрупкие руки от локтя до запястья, затем стягивает юбку, почтительно целуя обнажающуюся нежную кожу. Опускается на колени, вынимает из юбки сначала одну ее ногу, потом вторую, руки его скользят вверх, лаская ее икры и бедра… Он прижимает пальцы к ее ягодицам, и из горла вырывается стон страсти, сливаясь с ее счастливым вздохом… Он раздевается, демонстрируя загорелые мускулистые бедра, которые она месяцами разглядывала на сцене, когда они в прыжках покоряли пространство, — она мечтала о них лишь по ночам. Гладкое гибкое тело танцора сохранило мальчишескую легкость: не будет этой удушающей тяжести зрелого мужчины. Вот перед ней выпуклые, крепкие, округлые ягодицы танцора с глубокими ямочками, за которые она ухватится, чтобы погрузить Луиса в себя. Стоя перед ним, она ликует, ибо бесподобный Луис, звезда балета, снова опускается на колени и с благоговением обнимает ее ноги. Поток поцелуев омывает Бетти…

Он приподнимает ее, крепко прижимает к себе, потом бережно укладывает на темную постель, прикасается к ее соскам языком и зубами. Сосет грудь Бетти, и время для нее останавливается; наконец она крепко обнимает Луиса, чтобы слиться с ним навсегда. Тела любовников соединяются среди ночных теней; Бетти впервые исполняет безумный танец, который будет вечно танцевать с Луисом и любовью.

… В течение многих недель любовники поглощены друг другом. Вечерами большой оркестр «Театро дел Лисео» играет только для них; глаза Луиса и Бетти ищут друг друга в водовороте танцоров. А после выступления и на следующий день они лежат в постели Луиса, купаясь в волнах нежности и безумия…

… Затем все внезапно меняется. Прошлой ночью он проигнорировал ее, и сейчас, проснувшись, она замечает незнакомое напряжение в его теле. Кладет голову ему на грудь, добиваясь тепла, но холодные руки тянут Бетти вниз по лестнице. Он отпирает ключом дверь маленькой каморки, где на покрытых паутиной полках лежат эффектные балетные костюмы, парики со спутанными волосами, баночки с гримом разных тонов и консистенций. Солнечные лучи проникают сюда сквозь разбитые окна, выхватывая из полумрака столбы пляшущих пылинок…

Она всматривается в темные цыганские глаза с красными прожилками. Луис тоже глядит на нее, крепко сжимает запястья, причиняя ей боль, заставляя опуститься на пол… Ладони его холодны как лед. Охваченная паникой, она пытается встать, но руки сковывают ее, точно наручники. Он пригибает Бетти к полу, ее роскошные волосы подметают пол. Взгляд мужчины давит, проникает в ее сознание… Нет! Невозможно… Это, должно быть, кошмар… сон… это он, ее возлюбленный, ее нежный Луис… да, ужасное мгновение скоро закончится… Цыган уже ласково гладит ей щеку, светлые волосы, покрытые пылью; она знает, что не ошиблась… «Любимая», — как дыхание звучит его голос, он позволяет ей подняться на колени и взглядом вонзается еще сильнее, Бетти подчиняется его воле, поддается гипнозу, испытывает желание принять все, что ее ждет… Он не отводит глаз, и она неожиданно чувствует, что окончательно сломлена… Он разрешает ей встать, она покорно следует за темными цыганскими глазами…

… Луис берет с заваленной вещами полки желтый шелковый плащ матадора и набрасывает его на Бетти. Она снимает под плащом всю свою одежду. Он надевает на себя алый плащ и молча указывает на высокий резной стол.

Дрожа, девушка быстро забирается на стол, неотрывно глядя на возвышающегося перед ней цыгана в алом плаще…

… Он склоняется над Бетти с туго натянутым кожаным ремнем в руках. Она чувствует, как в горле ее рождается вопль, но годы самодисциплины не прошли бесследно — крик застревает где-то внутри… любовник нежно целует ее, ласкает грудь… его руки движутся к шее балерины… скоро все кончится… Ремень опускается на ее бедра, оставляя красные следы… Луис срывает с девушки желтый плащ и затягивает ремень под ее бюстом. Она видит, как он беспокойными пальцами сжимает ее груди, слышит, как сосет сначала одну, потом другую, но чувствует только жжение в бедрах и возбуждается еще сильнее… по команде Луиса забирается к нему под плащ, овладевает им, его телом и душой, но глаза мужчины безжалостно насмехаются, отталкивают ее. Ремень обжигает Бетти. Она знает, что попала в плен к своему возлюбленному, но способна лишь подчиняться…

Луис сжимает ее ляжки и широко раздвигает ноги; она в восхищении наслаждается. Улегшись на плащ, девушка зачарованно следит за тем, как он водит заостренным кончиком белой кисти у нее между бедер. Грань между болью и наслаждением стирается, еще чуть-чуть — и она закричит, но Бетти пригибает голову возлюбленного, и тот мед-ленно целует ее раны до тех пор, пока ягодицы балерины не начинают вздрагивать в причудливом танце. Мужчина увлажняет кисть ее соками и выводит круги на ее бедрах, замирая в ранах. Кисть бередит каждую; наконец Бетти переходит границу безумия, откидывает голову назад, смотрит сквозь разбитые стекла, не смея взглянуть вперед; заостренный конец волшебной палочки проникает в ее тело; горячая кровь заливает внутренности. В предвкушении новых ощущений Бетти смотрит вниз, желая увидеть красную кровь, но видит лишь белое тело возлюбленного…