Четвёртый Рим (СИ) - Клеймёнов Василий

Сергей специально одевался просто и неброско, со стороны выглядел немногим опрятнее бродяги. Такие жертвы не привлекали грабителей, но в случае столкновения, парень, будучи опытным ветераном, мог постоять за себя.

— Чёртовы собаки, вас сюда никто не звал! — услышал он крик.

— Это наша территория. — послышался спокойный, но твёрдый ответ — Когда-то нас изгнали, но мы вернулись. Уходите если жизнь дорога. Или можете вступить в наши ряды.

Речь второго заинтриговала Сергея и он, решил задержаться и понаблюдать. Прижавшись к стене, Сергей сосредоточил внимание на сходке.

Банда из пяти хулиганов, совсем юных, была зажата полукольцом группой людей, чья одежда остро выделялась на местном фоне. Сергей вспомнил тех богачей, ряженых под девятнадцатый век. Эти ребята были похожи на них, но, тем не менее, отличались. Их чёрные элегантные куртки с длинным подолом, являли собой нечто среднее между кафтанами, черкесками, шинелями и мундирами. Могли сойти, за каких-нибудь сектантов. Но их выдавали плазменные клинки, которые каждый одетый в чёрное держал в руке. Длинные и тонкие лезвия, которые узнает даже самый безграмотный отшельник Ирия. Только один класс людей в Ирие пользуется таким оружием: вольники. Сами себя, они называли «казаками» — честь древнего военизированного сословия, потомками которого являлись. Но в народе «вольник» прижилось больше. Сергей не знал почему, и что это прозвище означает. Вольник так вольник.

Переговоры меж тем окончили, когда один из парней попытался выхватить шоковый пистолет, но прежде, светящийся клинок пронзил его в сердце. Сабля вошла в плоть, как нож в масло, вольнику даже не пришлось прикладывать силу.

Началась драка, вернее истребление. Вольники за десять секунд нарубили банду подростков в фарш.

Сергея ужаснула не сама кровавая сцена расправы. Он десять лет превозмогал на Ближнем Востоке, видя и не такую жестокость. Страшнее было видеть лица вольников, которые выражали смесь хладнокровия и сектантского умиротворения.

— А мы не переборщили? — спросил один из вольников у командира.

— Сами виноваты. — ответил их лидер — мужчина с квадратными усиками и шапке-папахе.

— Так я не спорю, но мы тут так наследили, что даже спрятать тела не вариант. Уборщики всё равно заметят кровь, размазанную по стенам.

— И что они сделают? Пожалуются полиции? Мусорскую контору сейчас лихорадит так, что над ними смеётся даже рвань из трущоб. Им не до этого сброда. Мало мальски толковые сотрудники, разбегаются в частные охранные и детективные агенства. Через год-другой, Хозяин вообще распустит их. Так что не волнуйтесь. Но думаю, нам всё же лучше уйти и подождать, пока уборщик не зачистит этот район.

— Нам самим не помешало бы прибраться! — вставил ещё один вольник.

— Не переживай, — успокоил его командир — Всего лишь, одна маленькая крыса.

Поняв намёк, Сергей выскочил из укрытия, побежал в противоположную от дома сторону.

Незачем приводить этих психов к себе на порог.

Сергей петлял между улицами четверть часа. Устав и решив, что достаточно запутал следы, он уселся передохнуть на скамейку детской площадки.

Вольники. После суда над «безумным атаманом», казаков двадцать второго века загнали в их станицы и огородили колючей проволкой, превратив в резервации. Теперь же они снова вылезли из своих нор. Или кто-то их нарочно выпустил. Новость эта крайне дерьмовая.

После падения Красного Пророка, официальная ирийская пропаганда превратила лжеидола из простого террориста и лидера подполья в настоящего антихриста, страшнее даже библейского Диавола. Который под видом защиты простых людей развязал гражданскую войну. А обещая социальную справедливость, дал повод элите сильнее вкрутить гайки.

Но особое место в пантеоне страха людей, занимали вольники. Особое военизированное сословие, с самого основания Ирия, занимавшееся охраной порядка. Фанатичные поборники традиций, защищая устоявшийся уклад государства не брезговали ни пытками, ни карательными операциями, ни геноцидом. И свои методы они считали справедливыми.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Власти Ирия, в конце концов, поняли, что используя вольников для поддержания порядка, ещё больше дестабилизируют обстановку. Чем дольше Хозяин покрывал касту палачей и разбойников, тем сильнее толкал собственный народ в объятия революционеров. Со временем, это понял и сам Великий Благодетель, что вылилось в арест атамана Семёнова и облаву на вольников.

Правда, если к красным гражданам с пелёнок прививали ненависть, то про вольников, даже в школах было две строчки в учебниках. Связь с ними, подмачивало репутацию Хозяина, и он делал всё, чтобы подвергнуть секту поехавших консерваторов забвению.

А может вольников просто спрятали до поры до времени, чтобы вовремя выпустить. Оказавшись не в том месте и не в то время, Сергей после раздумий, склонялся к этому варианту.

— Я нашёл его!

Сергей встал со скамейки и быстро обернулся, чтобы увидеть вольника-подростка, который бежал в его сторону размахивая саблей. Светящийся плазменный клинок оставлял в воздухе яркие следы в форме полумесяца.

— Не двигайся! Не то, зарежу! — приказал он, указывая на Сергея саблей.

— Слушай пацан, — Сергей попытался убедить его — Я не хочу проблем. Я просто отошёл за угол поссать и случайно увидел ваши разборки с теми несчастными.

— Так говорят все лазутчики. — нервно ответил парень. Сергей по одному лишь взгляду, детально изучил противника. Мальчишка ему не ровня. И дело даже не в разнице в возрасте. Судя по хватке клинка, парень умел им пользоваться, но не имел опыта настоящего боя. В свою очередь, Сергей за десять лет прошёл огонь, воду и медные трубы. После того, как он завоевал свободу, убив надзирателя в арабском плену, школьник с длинной заточкой был ему на один зубок.

— Стой на месте. — говорил пацан. Его голос дрожал. Похоже, несмотря на оружие, он сам воспринимал свои шансы, как низкие — Остальные скоро подойдут. Вот тогда тебе язык и развяжут!

Сергей нырнул под клинок и, не переставая напирать, ухватился за ноги парня. Дальше сыграла банальная физика. Подросток перевернулся вокруг своей оси и упал на спину. Тем не менее, сабля случайно зацепила спину Сергея и тот почувствовал, как будто его между лопаток огрели раскалённой арматурой.

Развернувшись, Сергей приготовился продолжить бой, но этого не потребовалось. В глазах вольника застыло выражения удивления и боли. Плазмосабля, заточенной стороной погрузилась в шею мальчика. Клинок продолжал прожигать плоть и горло, погружаясь глубже и издавая шипящий звук.

Будь сабля, обычным заточенным стальным клинком, то пацан бы выжил. Тогда для смертельного ранения, потребовалось бы приложить силу, потому он, даже уронив саблю себе на шею, отделался бы порезанной кожей.

Сергей покинул двор, на этот раз сразу побежав домой. На его счастье, во время короткой схватки на площадке никого не было. Оно и понятно: в такое время все граждане класса «В» на работе, а их дети в школах или яслях.

Позже, вернувшись домой, Сергей час сидел на против выключенного телевизора, уставившись в пустой экран. Перед его глазами до сих пор висел образ случайно убитого им парня. Не сказать, чтобы он ему сочувствовал: страх и ненависть к вольникам он впитал с молоком матери, чья семья пострадала от них. Тут дело было в другом: при случайном убийстве, Сергей не почувствовал ничего. В Ираке он испытал весь спектр эмоций от убийств врагов. Облегчение от устранения преследователя, гордость от победы над противником превосходящим его по навыкам и, как следствие, уважение к последнему. А тут ничего. Ни жалости, ни радости. Наверное, он просто перегорел в пустыне, а вернувшись, начал заново жить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Решив отвлечься от мыслей, Сергей наконец-то, включил телевизор.

Широкая настенная панель загорелась выпуском новостей.

«В трущобах Ругорска вспыхнуло восстание жителей «Г» — ранга.» — заявила ведущая новостей — ухоженная блондинка средних лет — «Уже нанесён огромный ущерб частной собственности. К месту событий уже были отправлены несколько подразделений армии его превосходительства Юрия Орлова. На месте событий, прямой репортаж ведёт Никита Кириленко.»