Хроники мертвого города - Александр Север

ними не сталкиваться, объяснив тем, что это не безмозглые мертвяки, а вполне думающие машины для убийств, которых великое разнообразное множество и убить их весьма сложно.

Описывая некоторых, с кем он сталкивался или видел издали, я опознал здоровяка, уничтожившего наш фургон. Его мой новый компаньон назвал Танком. Сплошная мышца, локомотив, сносящий всё на своём пути, как кабан, беря разгон и останавливаясь, лишь достигая цели.

Рассказал он и про животных, которых постигла мутация. Видел стаю волков, собак-одиночек, а однажды видел мёртвого медведя, который за минуту уничтожил группу из хорошего вооружённых восьми человек.

Косолапый лишился головы, когда стал пожирать ещё тёплую добычу и случайно зацепил гранату одного из бойцов. А быть может этот результат прощальный подарка от человека, желающего продать свою жизнь подороже.

Издалека Миша не разглядел, но убедился в смерти твари, подойдя ближе. Там он и обзавёлся АКС-У, собрав у мертвецов пожитки.

— Им уже ни к чему, а живым может помочь прожить на минутку лишнюю подольше. Но тут уже как в поговорке: "В умелых руках и ум на пользу", — цинично пояснил он. Пришлось согласиться.

Он поведал мне о бандитах, нападающих на группы, шедшие в город за провизией. Сами, видимо, не рискуют соваться вглубь города, вот и шелушат отряды, собирая оружие и найденное добро.

Живыми от них почти не уходил никто, свидетели им ни к чему. По радио лагери выживших предлагают награду в виде оружия и домашней живности за место нахождения группировки. Где они скрываются, не знает и Миша, но по его голосу я понял, что бандитов он недолюбливает, рассказывая о них сквозь зубы.

После первой бутылки в ход пошла вторая. Мой организм уже отказывался чётко вы выполнять мои команды, дай и у Миши язык сильно заплетался.

За окном начинался рассвет, поднялся прохладный ветер, заставив зашторить окна и подкинуть досок в огонь, после чего мы расположились по обе стороны от костра и уснули, обняв свое оружие и положив под головы сумки с пожитками.

Мои глаза распахнулись, когда с улицы раздался рёв мертвяка. Резко сев и нащупав пистолет, огляделся.

Миша стоял и смотрел в окно, держал в руке столовые приборы и швыряя по одному наружу, куда-то вправо. Услышал шорох и оглянулся:

— Добрый вечер, — улыбнулся он

— Ты чего делаешь? — недоумевал я, потирая глаза.

— Отвлекаю внимание от выхода, — пояснила Бородач, — Скоро стемнеет, и я хочу немного расчистить дорогу.

— Умно, — потянувшись, хрустнули мои суставы и вырвался зевок.

— Тушёнка возле костра, поешь и двинемся.

— А ты есть не будешь?

— Я уже поел, — задумчиво ответил напарник, — Пока ты спал.

Покушав консервов и запив стаканом односолодового виски, моё настроение приподнялось и состояние было вполне себе боевое. А присутствие рядом живого человека дарило настроение и надежду на благополучный исход.

От зданий отходили длинные тени. Скоро стемнеет и настанет пора выдвигаться. Как только солнце спрячется в зените и на его месте станет непривычное поначалу любому глазу затмение.

В компании я чувствовал себя гораздо уверенней, в предвкушении вылазки ощущался азарт и нетерпение. Ещё на моём настроении и состоянии сказывался долгий и спокойный алкоголический сон, заменив усталость на тонус, негатив — на позитивные ноты возможной уже сегодняшней встрече с Анютой.

Казалось, только вчера от меня ничего бы не осталось, не встреться я с Мишей. Лёгкость его мышления оказалась заразительной и сильно мотивирующий. Слушая его рассказы, мне показалось, что дохляков он ест на завтрак и на обед, а закусывал на ужин танками, от чего я стал смотреть на мир чуть иначе, чуть проще и слегка по-свойски. Ведь этот кошмар, который пугает человечество многие годы, оказался не таким уж страшным, если ты с ними не воюешь, а учишься уживаться, вступаешь в симбиоз и учишься сосуществовать, постепенно и неотвратимо забывая, как и кем мы были раньше в прошлой жизни.

В общем, мне показалось, что любая трудность после общения с компаньоном по плечу. Стоит обменяться с ним номерами и нанять как личного психотерапевта. Ну или хотя бы звать по вечерам потрепаться ни о чём. Даже слегка взволновала мысль, как это только вчера появившийся в моей жизни человек так глубоко и плотно впился в мою нелегкую. А может, это просто страх перед одиночеством?

Сумерки мы встретили у двери подъезда. Держа в руках топоры, наша новоиспечённая группа перебежками двинулась вглубь дворов. Я старался копировать движения напарника, которые казались плавными и не суетливыми.

Пробегая по кустистой аллее, поросшей шиповником и малыми деревцами, дорогу нам преградила троица заблудших ходоков, бесцельно бродивших по бетонной дорожке. Обойти — означало потерять во времени, а лезть сквозь кусты — создавать лишний шум и привлечь внимание.

Присев на корточки метрах в 10-ти, мы затаились, выжидая удобного случая напасть. Стоило последнему, глядевшему пустыми глазами в нашу сторону, отвернуться, как мой напарник сорвался с места.

Тихими шагами он подлетел к ближнему, рубанул своим топориком по затылку словно ножом, и, не останавливаясь, побежал дальше. Занеся руку, одним взмахом снёс стоящему слева половинку черепа по горизонтали, и крутясь по инерции против часовой, воткнул повернувшемуся в его сторону мертвецу лезвие прямо в открытый рот, от уха до уха, разрезав две гнилые щеки.

Вырывая топор, он углубил рану, от чего голова ходячего разошлась в разные стороны, словно переспевший арбуз.

Заворожённый этим танцем, я не заметил, как непроизвольно открыл в изумлении рот. Напарник заметил это и усмехнулся. На всё ушло секунды три, а произошло почти в полной тишине, нарушаемой гулким падением тел и один раз лязгом лезвия о зубы.

Методы напарника мне нравились всё больше. Человека на опыте видно сразу, а Миша был явно в этом деле мастер. Он рассказал немного о своих стычках в нашу первую встречу уже за вторым стаканом односолодового, но я не думал, что это так зрелищно. Напарник положил очередной плюс в свою копилочку.

Я подумал о том, как полезен может оказаться такой человек в Норде. Очень жаль, что он социофоб, тем не менее расскажу Антону, что этот человек должен быть щедро одарён за помощью мне и переданный опыт, которым я, естественно, планирую поделиться. Верный делу и начальнику лагеря Марк Дроздов просто обязан заинтересоваться.

Может всё-таки мне удастся уговорить его остаться с нами? Я лично готов построить ему домик на отшибе, вдали от людей, если он пожелает, хоть пулемётный дот на крыше Фолькса снаружи, лишь бы ходил рядом.

Аллея закончилась выходом в новый двор. Напарник покачал головой, прижавшись спиной к