Я вам не Сталин… Я хуже! Часть третья: Текущая реальность. - Сергей Николаевич Зеленин

Гаем, и внутри чекистской разведки у нас нашлась целая группа хозяев этого дела, работавшая на Германию, на Японию, на Польшу сколько угодно, только не для нас. Разведка — это та область, где мы впервые за 20 лет потерпели жесточайшее поражение. И вот задача состоит в том, чтобы разведку поставить на ноги. Это наши глаза, это наши уши».

Так что практически все «достижения» советских военных разведчиков - это из разряда «мыльной оперы» под названием «Семнадцать мгновений весны», или же анекдотов про Штирлица и радистку Кэт).

 

Однако вернёмся к нашему шпиону…

«Некий капитан Шпальке» сопровождал Ивана Филимоновича во всех его поездках по Веймарской Республике, по заводам, полигонам и воинским частям Рейхсвера и за два месяца, они крепко – чисто по-мужски сдружились.

Как это чаще всего бывает, их крепкая мужская дружба базировалась на трёх китах: бухло, кабаки и деФки. Так как пролетарская власть за все годы своего существования была крайне скупа на командировочные (в том числе и своим шпионам), все расходы взяла на себя «принимающая» - то бишь германская сторона.

Германский друг не только водил Сакриера по салонам и кабакам и, знакомил с светскими, полусветскими «львицами» и просто случайными шлюхами, но и буквально завалил его подарками от чистого сердца - модное мужское пальто, костюм, шляпа ботинки, золотые часы и, кроме того - отправленная в Ленинград посылка с женскими и детскими вещами для семьи…

Как не взять – вдруг обидится?

Ведь от чистого сердца же.

 

Однако всё хорошее, имеет обыкновение очень скоро кончаться…

Уж так наша с вами говённо-земная жизнь устроена!

Закончилась и командировка в Веймарскую Республику и, пришла пора прощаться-расставаться с такой гостеприимной страной и с таким щедрым от чистосердечности другом…

Во время трогательных проводах на берлинском вокзале, после того как по русскому обычаю посидели «на дорожку» и выпили «на посошок», загруженному не только приятными воспоминаниями - но и подарками «от чистого сердца» начинающему советскому разведчику, его друг в звании капитана германского Рейхсвера, приязненно улыбаясь предъявил несколько компрометирующих фотографий и список разболтанных тем по пьяни секретов.

Ну и недвусмысленно заявил, что отныне у того всего два пути:

1) В лубянский подвал к следователю, а затем в расстрельную яму на «Пролетарке».

2) В штатные германские шпионы, для чего даже заявления писать не надо, просто дать устное согласие на взаимовыгодное сотрудничество.

 

Несмотря на позже присвоенное звание «профессор», Иван Филимонович был далеко не дурак и временами был способен рассуждать вполне здраво. Конечно, в конце концов - второй путь тоже был способен привести туда же, куда и первый…

В расстрельную яму, то бишь.

Но не сразу – а в весьма отдалённой перспективе. Да и то – это ещё «вилами по воде писано», выражаясь по-простонародному. И, что немаловажно - позволяет за небольшие дружеские «услуги», получать полновесное вознаграждение в денежно-материальном эквиваленте.

Видя его колебания, Шпальке дружески улыбнулся:

- Не бойтесь, такой как Вы у нас не первый. Не второй и не третий и, даже не десятый. Вас – советских, очень легко завербовать. Потому что дома вам внушают одно, а по приезду за границу – вы видите совсем другое… Психология!

И после недолгих колебаний, взвесив все «за» и «против» Иван Филимонович Сакриер согласился работать на германскую разведку.

 

Через какое-то время после возращения Сакриера в Советский Союз, к нему подошёл человек и после условной фразы «привет от Шпальке», вручил инструкции, в которых без обиняков говорилось:

«Не вздумайте сообщать нам не соответствующие действительности сведения, так как мы всё проверяем и это обнаружим. В этом случае - пеняйте на себя».

Помня ещё и последние слова своего германского друга, что он такой в Красной Армии – далеко не один, Сакриер Иван Филимонович сотрудничал с Абвером на протяжении почти десяти лет…. Хотя и без особого энтузиазма, но вполне добросовестно - в течении ряда лет передавая через связников интересующие германскую разведку сведения об артиллерии РККА, а после перехода в Управление Военно-Воздушных Сил – об советской авиации.

Об могуществе его покровителей уже не из Веймарской Республики, а из Третьего Рейха - он получил представление в 1937-1938 годах, когда всех тех командиров что были тогда с ним «в командировке» - арестовали один за другим и больше он их никогда не видел. А его не только не тронули – но и повысили в звании и должности, назначив Заместителем начальника вооружения и снабжения Военно-Воздушных Сил РККА.

И это неспроста!

Об приближении Советско-германкой войны он стал догадываться сразу после подписания «Пакта о ненападении», когда получил задание под любыми предлогами тормозить принятие на вооружение новейших образцов авиационной техники, что и выполнял по мере своих возможностей.

 

***

С военным атташе Германии в Москве генералом Эрнстом Кёстрингом, Иван Саркиер впервые встретился 23-го февраля в помещении ЦДКА, на банкете в честь празднования очередной годовщины создания Красной Армии. Как и сам германский шпион, тот был уроженцем Российской Империи и владел русским языком, как родным.

Когда присутствующие уже достаточно выпили, Кёстринг вдруг неожиданно появился рядом с ним, тихо произнёс:

- Привет вам от Шпальке8.

После чего открыл бывший в руках портсигар и предложил папиросу… И, так же неожиданно исчез.

От папиросы Саркиер не отказался, но курить дармовщину не стал, в свою очередь переложив её в пачку «Казбека». Позже, он достал из папиросы записку, к которой ему назначалась встреча в ресторане «Арагви», 28 февраля, в четыре часа дня.

 

***

Подойдя в означенное к указанному в записке столику, Иван Саркиер увидел сидящего к нему спиной мужчину, внимательно изучающего меню. Прокашлявшись сперва он произнёс условную фразу:

- Извините… В Москве как всегда ужасный холод.

- В Риге уже тепло и идёт дождь. Присаживайтесь, пожалуйста.

Выслушав отзыв произнесённый с лёгким акцентом и главное – почему-то знакомым голосом (до боли знакомым!), он присел на стул и вовремя…

Обладатель «акцента и знакомого голоса» отнял от лица меню и приязненно улыбнувшись, негромко:

- Здравствуйте, мой друг!

- ВЫ!!!???

Да, это был он – капитан Шпальке. Постаревший, слегка обрюзгший, тщательно и со знанием дела загримированный по вполне понятным соображениям… Но именно он.

 

Тот, слегка пристав и протянув руку для рукопожатия:

- Август Эрнестович, инженер лесопромышленности из Латвии. В Москве проездом на Дальний Восток.

Вяло пожав протянутую руку, Саркиер промямлил:

- Эээ… Иван Филимонович… Эээ… Инженер… Дивизионный.

Как бы понимая его состояние, мнимый латыш не торопясь разлив по сто грамм «Особой московской» и, подняв рюмку предложил:

- Сперва давайте выпьем за встречу.

Саркиер не отказался и вскоре почувствовав внутри организма приятно разлившееся тепло, а затем в процессе поглощения какой-то лёгкой закуски, что называется - его «слегка отпустило».

Окончательно же он пришёл в себя во время совместно сделанного заказа и его ожидания. Наблюдая внимательно за своим давним