Конец психических заболеваний. Как нейронаука меняет психиатрию и помогает предотвратить или обратить вспять расстройства настроения - Дэниел Грегори Амен

В 1938 году итальянские неврологи Уго Черлетти и Лючино Бини первыми стали применять электрические разряды к пациентам, чтобы вызвать судороги. Они обнаружили, что электросудорожная терапия (ЭСТ) дает более длительный эффект, чем инсулиношоковая терапия, и имеет меньше побочных эффектов. ЭСТ и сегодня используется для лечения тяжелых случаев шизофрении, депрессии, мании и серьезных суицидальных мыслей. [39] С анестезией, мышечными релаксантами и более целенаправленным дозированием она может быть эффективной методикой, но также может вызывать проблемы с памятью, спутанность сознания, головные боли и мышечные боли.

В 1935 году португальский невролог Антониу Эгас Мониз просверлил отверстия в черепах 20 пациентов с психическими расстройствами и с помощью проволоки в 13 из них разорвал связи в лобных долях мозга. Мониз надеялся, что эта процедура, называемая лоботомией, успокоит его пациентов, страдавших от тревоги, депрессии и шизофрении. И это сработало! Пациенты стали более покладистыми, что послужило толчком к широкому внедрению процедуры, которую впоследствии использовали на тысячах пациентов. Однако со временем выяснилось, что она разрушает личность и превращает людей в зомби. Несмотря на эти тревожные побочные эффекты, Мониз получил за свою работу Нобелевскую премию.

Лечение: Вагнер-Яурегг заразил бы Джарретта малярией, пытаясь вылечить его. Сакель попробовал бы на Джарретте инсулино-шоковую терапию. Серлетти и Бини подвергли бы Джаррета электрошоковой терапии, чтобы перезагрузить его мозг. Мониз сделал бы Джаррету лобную лоботомию, умерив его агрессию, но окончательно испортив его личность.

Сегодня наблюдается ренессанс хирургических методов лечения психических заболеваний, но они сильно отличаются от лобной лоботомии прошлых лет. Очень точные, не повреждающие хирургические вмешательства могут быть использованы для выключения или включения определенных схем в мозге. Такой подход оказался эффективным при болезни Паркинсона и показал определенную эффективность при обсессивно-компульсивном расстройстве (ОКР) и у некоторых пациентов с рефрактерной депрессией.

ЛОБОТОМИЯ: ХИРУРГИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ ЛОБНЫХ ДОЛЕЙ

Конец XX века

РЕВОЛЮЦИЯ ЛЕКАРСТВ ДЛЯ УМА

Несмотря на психоанализ и другие перечисленные выше методы, надежды на излечение серьезных психических заболеваний было мало вплоть до 1950-х годов, когда в распоряжении врачей и пациентов появилось множество психиатрических препаратов. Первое эффективное лекарство от шизофрении (хлорпромазин, торговое название Thorazine) было разработано в 1951 году для лечения тошноты и аллергии и для успокоения пациентов перед операцией. Когда препарат был назначен госпитализированному буйному молодому человеку, он сразу же успокоил его и вызвал такое улучшение поведения, что через несколько недель его выписали. Хлорпромазин, а затем и другие антипсихотические препараты, которые, как сообщается, блокируют избыток дофамина в мозге, привели к резкому улучшению состояния многих пациентов с психозами и в конечном итоге к значительному сокращению числа пациентов государственных больниц.

В 1950-х годах также появился метилфенидат (Риталин), который вскоре стали назначать гиперактивным детям; хлордиазепоксид (Либриум), первый бензодиазепин, для лечения тревожных расстройств; и имипрамин (Тофранил) для лечения тяжелой депрессии. Век психофармакологии начался всерьез, и в последующие десятилетия рынок наводнили лекарства от биполярного расстройства, ОКР и других расстройств.

Когда я учился в медицинской школе, ксанакс был выпущен для лечения панических расстройств с ошибочным мнением, что он вызывает меньшее привыкание, чем либриум и другие бензодиазепины . Поскольку это был новый препарат, ординаторы-психиатры часто назначали его, о чем я впоследствии пожалел, увидев, как он влияет на ОФЭКТ-сканирование. Кроме того, всякий раз, когда я выписывал его пациентам, я обнаруживал, что им невероятно трудно с него слезть.

В 1987 году, когда Управление по контролю за продуктами и лекарствами США одобрило блокбастерный антидепрессант Прозак (флуоксетин), в психиатрии началась революция лекарств для ума. Сообщалось, что у Прозака было меньше побочных эффектов, чем у имипрамина и подобных ему препаратов, что привело к одобрению других антидепрессантов с селективным ингибитором обратного захвата серотонина (СИОЗС) для лечения депрессии. С момента появления "Прозака" использование антидепрессантов в США выросло на 400 %, и теперь их принимает более чем каждый десятый американец. Чаще, чем антидепрессанты, в США назначаются только препараты для снижения уровня холестерина. [40]

После глобального успеха "Прозака" в общественное сознание ворвалась теория "химического дисбаланса" психических заболеваний, и многие люди стали активно просить своих врачей исправить их плохое настроение. Известно, что после кремации актрисы Кэрри Фишер ее прах был помещен в зелено-белую урну в форме таблеток Прозака.

С момента появления "Прозака" использование антидепрессантов в США выросло на 400 процентов, и теперь их принимает более чем каждый десятый американец.

Прием таблеток может показаться более простым и быстрым решением проблемы плохого настроения, чем время и усилия, затраченные на выработку полезных для мозга привычек, развитие навыков или изменение проблемного поведения. Однако есть и темная сторона лекарств для ума, которую часто упускают из виду. Тысячи судебных исков утверждают, что Prozac и другие психиатрические препараты усиливают агрессивное или суицидальное поведение. Практически все антидепрессанты и антипсихотические препараты имеют предупреждения "черного ящика", что, говоря простым языком, означает, что Управление по контролю за продуктами и лекарствами предупреждает пациентов о необходимости обратить пристальное внимание на потенциально чрезвычайно вредные или опасные угрозы для их здоровья.

В 1991 году, как раз когда я начал использовать ОФЭКТ-изображения мозга, появились сообщения о том, что "Прозак" усиливает агрессивное поведение. Когда это произошло с одним из моих пациентов, это привело меня в ужас. Это заставило нас начать изучать снимки, чтобы понять, можем ли мы предсказать, какие модели сканирования связаны с лекарствами, ухудшающими состояние пациентов, как, например, негативная реакция Джарретта на многочисленные стимуляторы. Мы опубликовали работы по ADD/ADHD [41] и депрессии, [42] , в которых раскрыли паттерны ОФЭКТ, связанные как с положительной, так и с отрицательной реакцией на лекарства.

Несмотря на проблемы, фармацевтическая промышленность невероятно успешно продвигает психиатрические препараты среди врачей и широкой общественности. С 1997 по 2016 год эта отрасль увеличила объем прямой рекламы рецептурных лекарств с 1,3 до 6 миллиардов долларов. [43] В рекламе рецептурных лекарств часто неадекватно объясняются побочные эффекты, и из-за многократного воздействия многие люди не обращают внимания на заявления в конце телевизионной рекламы, часто сделанные в скороговорке, например, "Этот препарат может вызвать необратимое повреждение печени, судороги, аллергическую реакцию, которая приводит к смертельному отеку горла, и суицидальные наклонности". Пациенты в США более чем в два раза чаще спрашивают о лекарствах, увиденных в рекламе, чем в Канаде, где прямая реклама запрещена. [44]

Я не сомневаюсь, что психиатрические препараты спасают жизни, особенно людям с серьезными расстройствами мозга и психического здоровья, такими как биполярное расстройство