Мир-Кольцо. Строители Мира-Кольца (сборник) - Ларри Нивен

После того как Несс ушел, Луис отправился на поиски Тилы. Она сидела в библиотеке перед экраном, страницы на котором мелькали чересчур быстро даже для мастера скорочтения.

– Привет, – кивнула девушка и повернулась к нему, остановив кадр. – Как наш двухголовый друг?

– Напуган до потери чувств. А я весь вымотан – пришлось играть роль психиатра для кукольника Пирсона.

Тила развеселилась:

– Расскажи про сексуальную жизнь кукольников?

– Все, что мне известно, – ему не позволено размножаться, отчего он очень страдает. Судя по всему, единственное для него препятствие – некий закон. Во всем остальном он никак данной темы не касался. Так что извини.

– И о чем вы тогда говорили?

Луис всплеснул руками:

– Триста лет сплошных травм – так долго Несс пребывает в Человеческом космосе. Он едва помнит планету кукольников. У меня чувство, что все эти три сотни лет он ни на минуту не переставал бояться.

Ву тяжело опустился в массажное кресло. Попытка вжиться в душу инопланетянина полностью истощила его разум и воображение.

– А ты? Что ты читала? – спросил он.

– О взрыве ядра.

На экране перед Тилой виднелись скопления звезд и туманности. Их было столько, что они практически затмевали собой черноту космоса. Но это не мог быть тесный звездный кластер – так далеко не достигал ни один телескоп и ни один обычный космический корабль.

Это было ядро Галактики, плотная звездная сфера диаметром в пять тысяч световых лет возле оси галактического вихря. До него сумел добраться лишь один человек двести лет назад на построенном кукольниками экспериментальном корабле. В кадре виднелись наложенные друг на друга звезды: голубые, зеленые и – самые крупные и яркие – красные. В центре изображения находилось ярко-белое пятно в форме раздутой запятой. Внутри него просматривались линии и кляксы, любая из которых была ярче звезд вокруг.

– Вот зачем вам нужен корабль кукольников, – сказала Тила. – Я права?

– Еще бы.

– Как это случилось?

– Звезды расположены слишком близко друг к другу, – ответил Луис, – в среднем на расстоянии в половину светового года, по всему ядру, как и в любой галактике. Возле центра их скопление еще плотнее. В галактическом ядре расстояние между звездами мало, и они разогревают друг друга. Чем звезда горячее, тем быстрее она горит и быстрее стареет. Вероятно, десять тысяч лет назад все звезды ядра оказались на грани превращения в новые. А потом одна из них действительно стала новой, высвободив огромное количество тепла и гамма-лучей. Окружавшие ее звезды, соответственно, стали горячее. Полагаю, гамма-лучи также усилили звездную активность, и две соседние звезды тоже взорвались. Теперь их стало три, и исходящее от них тепло запустило цепную реакцию, которую вскоре ничто уже не могло остановить. То белое пятно полностью состоит из сверхновых звезд. Если хочешь, чуть дальше можно найти все математические расчеты.

– Нет, спасибо, – сказала Тила, чего и следовало ожидать. – Надо понимать, что теперь это все уже закончилось?

– Да. То, что ты видишь, – древний свет, еще не достигший этой части Галактики. Цепная реакция завершилась, предположительно, десять тысяч лет назад.

– Тогда из-за чего все так беспокоятся?

– Из-за излучения. Всевозможных быстрых частиц…

Луис постепенно начал расслабляться в массажном кресле, глубже погружаясь в его бесформенную массу и позволяя ее волнообразным движениям разминать мышцы.

– Представь, что Известный космос – небольшой пузырь из звезд в тридцати трех тысячах световых лет от галактической оси. Новые начали взрываться свыше десяти тысяч лет назад. Это означает, что фронт волны от их взрывов дойдет сюда примерно за двадцать тысяч лет. Понимаешь?

– Ну да.

– А прямо за фронтом волны движется субъядерное излучение миллиона новых звезд.

– Ого…

– За двадцать тысяч лет нам придется эвакуировать каждую планету, о которой ты когда-либо слышала, и, вероятно, множество других.

– Времени еще много. Если начать сейчас, можно справиться и с теми кораблями, что у нас есть. Легко.

– А если подумать? Со скоростью в три дня за световой год кораблю потребуется около шестисот лет, чтобы добраться до Магеллановых Облаков.

– Они могли бы делать остановки, чтобы набрать еды и воздуха… каждый год или около того.

– Попробуй кого-нибудь на это уговорить, – рассмеялся Луис. – Знаешь, что я думаю? В Человеческом космосе все испугаются по-настоящему только тогда, когда свет от взрыва ядра начнет просвечивать сквозь пылевые облака между нашими планетами и осью Галактики. Но к тому времени останется всего сто лет, чтобы спастись. Кукольники рассуждали правильно, – продолжал он. – Они послали человека к ядру в качестве рекламного трюка, поскольку им требовалось финансирование их исследований, и астронавт прислал изображения вроде того, что перед нами. Еще до его приземления кукольники исчезли со всех планет людей. Мы поступим иначе. Мы будем ждать и ждать, а когда наконец решим что-то делать, нам придется отправлять за пределы Галактики триллионы разумных существ. Нам потребуются самые большие и быстрые корабли, какие мы сможем построить, и чем больше их будет, тем лучше. Сейчас нам нужен привод кукольников, чтобы начать его совершенствовать. А потом…

– Ладно. Я полечу с вами.

– Что? – переспросил Луис, прерванный на половине лекции.

– Я полечу с вами, – повторила Тила Браун.

– Да ты с ума сошла.

– Ну так ты же летишь?

Луис стиснул зубы, пытаясь сдержать вспышку гнева, а когда все же заговорил, голос его звучал намного спокойнее, чем требовалось в данной ситуации.

– Да, лечу. Но у меня есть свои причины, которых нет у тебя, и я лучше, чем ты, умею выживать, так как намного дольше этим занимаюсь.

– Но я более везучая, чем ты.

Луис в ответ лишь фыркнул.

– Мои причины, может, и не такие, как у тебя, но в любом случае не хуже! – Голос ее сорвался от злости.

– Невмирс, они не хуже.

Тила ткнула пальцем в экран, и размытая запятая новой звезды ярко вспыхнула под ее ногтем.

– А это не причина?

– Мы получим привод кукольников независимо от того, полетишь ты или нет. Ты слышала Несса – таких, как ты, тысячи.

– И я одна из них!

– Да, одна из них, и что с того? – взорвался Луис.

– Невмирс! Почему ты вдруг стал заботливым? Я что, просила меня опекать?

– Извини. Даже не знаю, почему я попытался тебе диктовать. Ты свободный взрослый человек.

– Спасибо. Я намерена вступить в вашу команду, – ледяным официальным тоном заявила Тила.

Да, она свободный взрослый человек. Ее не только было не удержать силой – любая попытка ей приказать выглядела бы дурными манерами и, что важнее, ни к чему бы ни привела.

Но ее можно было убедить…

– В таком случае подумай вот о чем, – сказал Луис Ву. – Несс приложил немало стараний, чтобы сохранить нашу экспедицию в тайне. Зачем? Что ему скрывать?

– Разве это не его дело? Допустим, там, куда мы полетим, предполагается украсть нечто ценное.

– И что с того? Расстояние – двести световых лет. Мы единственные, кто может туда добраться.

– А если это сам корабль? – спросила она.

Луису такое и в голову не пришло. Что ни говори, но Тилу точно нельзя было обвинить в глупости.

– Подумай насчет нашей команды, – сказал он. – Два человека, кукольник и кзин. И среди нас – ни одного профессионального исследователя.

– Понимаю, к чему ты клонишь. Но, видишь ли, Луис, я действительно лечу с вами. Сомневаюсь, что ты сможешь мне помешать.

– Тогда тебе стоило бы, по крайней мере, знать, во что ты ввязываешься. Почему столь странная команда?

– Это проблема Несса.

– По-моему, и наша тоже. Несс получает приказы непосредственно от тех-кто-правит – от руководства кукольников. Похоже, он сообразил, что означают эти приказы, всего несколько часов назад, и теперь напуган до смерти. Эти… жрецы культа выживания ведут четыре игры одновременно, не считая того, что нам предстоит исследовать.

Поняв, что заинтриговал Тилу, Луис с прежней энергией продолжил:

– Во-первых, Несс. Если он достаточно безумен, чтобы высадиться на неизвестной планете, хватит ли ему здравомыслия, чтобы остаться после этого в живых? Тем-кто-правит нужно это знать. После того как они достигнут Магеллановых Облаков, им придется создавать там новую торговую империю, а основу ее существования составляют именно безумные кукольники. Дальше – наш пушистый друг. Как инопланетный посол, он должен быть одним из самых выдающихся представителей расы кзинов. Хватит ли ему этого, чтобы ужиться с нами? Или он прикончит нас ради свободного пространства и свежего мяса? В-третьих, есть ты и твое предполагаемое везение – суть некоего фантастического научного проекта, если я вообще когда-либо слышал о чем-то подобном. В-четвертых, я сам, вероятно типичный исследователь неведомого. Или всего лишь подопытный объект. Знаешь, что я думаю?..