Из тупика: Экономический опыт мира и путь России - Михаил Конотопов

Так совершалась одна сторона первоначального накопления в Англии: разорение крестьян и образование армии людей, которым в дальнейшем предстояло стать рабочими.

Вторая сторона – накопление капиталов. Закономерность такова, что капиталы первоначально накапливались не в производстве, а в сфере обращения и кредита. Накопленные в течение длительного времени в торговле и ростовщичестве капиталы при переходе к капитализму начинают переливаться в промышленность.

Еще один, важнейший источник накопления капиталов – ограбление и эксплуатация колоний.

Для Англии именно колонии стали важнейшим источником накопления капиталов. Но, поскольку почти все колонии вначале принадлежали Испании и Португалии, Англии приходилось действовать косвенным путем.

Во-первых, английские купцы вели контрабандную торговлю с этими колониями, наживая при этом значительные капиталы.

Во-вторых, огромные капиталы наживались путем работорговли. Английские купцы везли за океан не только промышленные товары, но и африканских негров-рабов. Испанцы, истребив в Америке значительную часть местного населения, были вынуждены ввозить рабочую силу из Африки. Но сами они гнушались работорговлей. Это дело взяли на себя англичане. Основатель этого промысла Джон Гоукинс получил за это звание рыцаря, причем на его гербе был изображен негр в цепях. Работорговля была очень выгодным занятием, потому что в Африке негры или просто захватывались в грабительских набегах, или покупались у местных царьков за ром и безделушки. Прибыль в 100 % за один рейс считалась невысокой, но нередко она достигала 300 и более процентов.

Практиковалась так называемая “треугольная торговля”: из испанских колоний тропической Америки, где были плантации сахарного тростника, в колонии Северной Америки везли патоку. Здесь из нее делали ром. Ром везли в Африку и обменивали на рабов. Рабов везли в Америку и история повторялась сначала. Иногда за один “треугольный” рейс прибыль доходила до 1000 %. Негры укладывались на палубе или в трюмах “как ряды книг на полках”. Около 30 % негров погибало в пути. Заболевшие выбрасывались за борт еще живыми, чтобы избежать “порчи” остального груза.

В-третьих, англичане промышляли пиратством против Испании. Пиратские нападения на испанские корабли, которые шли из колоний с грузом золота и пряностей, на испанские приморские города в Америке считались тогда патриотическим делом. Для снаряжения пиратских экспедиций создавались акционерные компании, в которых принимали участие не только купцы, но и сановники и даже сама королева Елизавета. Пират Френсис Дрейк, совершивший второе в истории кругосветное плавание, стал адмиралом королевского флота. Короче говоря, пиратство тогда считалось вполне легальным и достойным занятием.

Итак, первое время через контрабанду, работорговлю и пиратство англичане перехватывали у Испании часть награбленных в колониях богатств. Но этого Англии мало. Она стремится иметь свои колонии и начинает за них открытую войну с Испанией. В конце XVI в. был разгромлен испанский флот “Непобедимая армада”. Поражение “Армады” в литературе (не английской) иногда трактуется как случайность: буря разметала испанские корабли, почему-то не тронув английские. В действительности поражение было следствием экономической отсталости Испании. Испанцы применяли устаревшую тактику абордажного боя, а англичане громили издалека их суда из пушек.

После этого колониальная экспансия Англии развертывается открыто. В начале XVII в. она захватывает колонии в Америке, а в конце века английские компании начинают грабить Индию.

Важным источником накопления капиталов была и монопольная торговля, которая позволяла перепродавать товар намного дороже стоимости. Например, монопольное право на торговлю с Россией имела уже упомянутая “Московская компания” английских купцов. Они вывозили из России сало, воск, меха, лен, пеньку. Пенька для Англии имела особое значение: пеньковые канаты были необходимы для растущего английского флота. Поэтому в Холмогорах и в Вологде были созданы даже английские предприятия по изготовлению канатов. И английский флот был оснащен русскими канатами. Перепродавая русские товары в Европе, английские купцы получали, конечно, повышенную прибыль. Следует отметить, что в период первоначального накопления сфера накопления капиталов, в том числе торговля, обычно обеспечивала неэквивалентно высокую прибыль.

1.2.2. Мануфактурный период

Тем временем промышленность переходит на стадию мануфактурного производства. Мануфактура – капиталистическое предприятие, где уже есть разделение труда, но техника пока ручная, т. е. мануфактуру отличают два признака: капиталистическая эксплуатация труда (рабочий работает на хозяина мануфактуры, получая заработную плату) и разделение труда (рабочий выполняет определенную операцию, а не изготавливает изделие с начала до конца).

Не нужно представлять, что мануфактурные рабочие обязательно трудятся в помещении хозяина. Такая мануфактура, где производство действительно ведется в мастерской владельца, называется централизованной. Но рождается мануфактурное производство обычно в форме рассеянной мануфактуры, рабочие которой трудятся по своим домам. Именно рассеянная мануфактура господствовала в это время в шерстяной промышленности Англии. Пряли и ткали шерсть рабочие по домам, и только окончательно ткани отделывались в мастерской хозяина. Рассеянная мануфактура нередко охватывала довольно крупные районы, изменяя порой даже ландшафт.

Следует оговориться, что капиталистическое производство начинается не с мануфактуры. Первой стадией капитализма в промышленности считается простая капиталистическая кооперация, которая отличается от мануфактуры лишь тем, что в ней нет разделения труда по операциям, а каждый работник изготавливает изделие от начала до конца. Естественно, что простая кооперация еще чаще бывает рассеянной, потому что ближе стоит к ремеслу.

К. Маркс писал, что в мануфактуре “подчинение труда капиталу было лишь формальным”, что “самый способ производства еще не обладал специфически капиталистическим характером”.

Как это понимать? Средства производства, т. е. ремесленные инструменты, в рассеянной мануфактуре принадлежали не капиталисту, а работнику, непосредственному производителю. Положение этого работника отличалось от положения ремесленника лишь тем, что он работал не по заказу потребителя его товара, а по заказу мануфактуриста. Но он работал столько, сколько считал нужным, для него еще не существовало “дисциплины наемного труда”. Очевидно, что бездомный бродяга рабочим рассеянной мануфактуры быть не мог.

Производственные затраты хозяина мануфактуры в основном сводились к плате за сырье и за работу. Основной капитал даже в централизованной мануфактуре был невелик. Не было пока четкой границы между рабочим и капиталистом. Иногда тот же ткач мог по случаю купить большую партию пряжи и раздать ее для работы своим соседям.

В чем заключались преимущества мануфактуры перед ремеслом? В разделении труда. Здесь каждый рабочий выполнял только одну операцию, зато в этой операции он достигал наибольшей точности и быстроты, его движения становились автоматическими. Производительность труда повышалась. Кроме того, разделение труда позволяло специализировать инструменты, приспособляя их именно для данной операции. Достаточно сказать, что в это время в одном только городе Бирмингеме изготовлялось 500 разновидностей молотков.

Однако не следует переоценивать значение этого преимущества. Во многих производствах, например в текстильном, разделение производственного процесса на операции существовало изначально: пряли одни, а ткали другие. Пожалуй, большее значение имело то обстоятельство, что мануфактура означала переход от индивидуального к массовому производству, ломала рамки цеховых ремесленных уставов.

Технический прогресс на мануфактурной стадии ускорился и выражался не только в специализации инструментов, но и в появлении машин, приводимых в движение силой человека, рабочего скота или падающей воды. Здесь нет противоречия: выше отмечалось, что мануфактура – это производство без машин, а машины, оказывается, были. Дело в том, что машина без механического, парового двигателя формально еще не считается машиной.

Такие машины появились, например, в текстильной промышленности. Это самопрялка, которая позволяла одновременно прясть и наматывать изготовленную нить, что, естественно, повышало производительность труда. На смену средневекового ткацкого станка пришел более сложный, который приводился в движение педалями, освобождая руки ткача.

Большое значение в развитии техники имело появление верхнебойного водяного колеса. Вообще-то водяное колесо было известно с древности, но то было колесо нижнебойного типа. Оно устанавливалось в потоке текущей воды. Новое колесо приводилось в движение силой не текущей, а падающей воды. Оно было гораздо сильнее. Правда, для его действия надо было построить плотину.