В мире фантастики и приключений. Выпуск 1. 1959 г. - Николай Томан

Он усмехнулся и добавил:

– “Нас” - это я так, к слову сказал. Потянуло в основном Костю.

– Да не слушайте вы его! - горячо воскликнул Шатров, залившись румянцем. - Ерунду какую-то несет! Есть, конечно, такой инженер Белова, это верно. Нравится она мне - этого тоже скрывать не буду.

Андрей Ершов с удовольствием прислушивался к разговору железнодорожников, почти не принимая в нем участия. Он верил всему, что говорили здесь эти молодые люди, и даже завидовал немного Шатрову- видно, и в самом деле его любимая была не только красивой, но и хорошей девушкой. Думал он и о том, что собирался ведь прямо с момента посадки в поезд играть роль Мухтарова, представлявшегося ему нагловатым, самоуверенным человеком, а не вышло. Не перед кем было играть эту роль. Новые попутчики ему явно нравились.

ЖАНБАЕВ МЕНЯЕТ АДРЕС

В Аксакальске у Шатрова и Рябова была пересадка - до Перевальской нужно было ехать местным поездом.

– Ну, а вы как, товарищ Малиновкин? - спросили они Дмитрия. - Тоже с нами?

– А как же! - горячо воскликнул лейтенант.

Они попрощались с Ершовым-Мухтаровым и пошли к билетным кассам местных поездов. А Ершов не спеша направился к камере хранения ручного багажа, с тревогой думая о том, как удастся Малиновкину отделаться от своих спутников.

В камеру хранения была длинная очередь. Ершов даже обрадовался этому - может быть, Малиновкин успеет вернуться к тому времени. На всякий случай, впрочем, они условились, что Дмитрий будет ждать его на станции в зале транзитных пассажиров.

Более четверти часа пришлось простоять Ершову в очереди, прежде чем он смог сдать свой чемодан. А когда вышел наконец из камеры хранения, у дверей уже ждал его улыбающийся Малиновкин.

– Очень все удачно обернулось, - сказал он, вытирая платком потный лоб, - билетов в кассе на меня не хватило. А у них командировки и железнодорожные проездные документы, так что требовалось только компостер поставить. Достал бы и я билет, конечно, если бы уж очень нужно было. Ну, а в общем-то вполне естественно все получилось. Тут, оказывается, такая перегрузка железной дороги, что билетов частенько не хватает. Приятелей наших проводил я до вагона, попрощался, помахал ручкой с перрона - и к вам. Вот и всё. Удачно?

– Будем считать, что удачно, - серьезно ответил Ершов, не глядя на лейтенанта. В душе он доволен был Малиновкиным, но считал, что теперь, когда они прибыли на место, нужно быть с ним построже.

– Ну, а теперь к Жанбаеву? - спросил Малиновкин.

– Нет, - все так же серьезно заметил Ершов, внимательно поглядывая по сторонам. - Кстати, мы теперь незнакомы друг с другом. Запомните это. Отправляйтесь-ка в зал для транзитных пассажиров и ждите меня там. Это может продлиться два-три часа, а может быть и больше.

– Ясно.

– Чемодан не сдавайте пока, пусть будет с вами. Когда я вернусь - пройду мимо вас. Встаньте тогда и идите за мной. Все понятно?

– Всё.

Не сказав больше ни слова, Ершов вышел на привокзальную площадь и спросил у какой-то пожилой женщины, как пройти на улицу Чапаева. Женщина подробно объяснила ему, как это сделать, и он зашагал в указанном направлении.

До Чапаевской было далеко, но Ершов шел не спеша, запоминая дорогу и читая названия улиц, которые приходилось пересекать. Солнце поднялось уже довольно высоко и пекло немилосердно. Низкие здания почти не давали тени, деревья, росшие кое-где, были слишком чахлыми, а тюбетейка - плохой защитник от солнечного зноя. Пот струился по лицу майора, но он продолжал идти, не сбавляя шага, делая вид, что южный климат ему привычен.

Но вот наконец и улица Чапаева. Дома здесь еще ниже и неказистее, большей частью - одноэтажные, с маленькими двориками, внутри которых через распахнутые калитки можно рассмотреть какие-то хилые, низкорослые посадки.

Дом сорок семь ничем не отличался от других, только калитка его была закрыта на крючок или щеколду изнутри. Ершов подергал несколько раз за ручку, но, заметив железное кольцо сбоку, потянул его на себя. Послышался неприятный скрип ржавого железа и яростный лай.

Чей-то голос прикрикнул на собаку, и майор услышал сначала тяжелые шаги, затем звук отодвигаемой щеколды.

Калитка приоткрылась ровно настолько, чтобы человек, открывший ее, мог просунуть голову в образовавшееся отверстие. Лицо у него было старое, сморщенное, глаза широко расставленные, узкие.

– Вам кого? - спросил он с сильным восточным акцентом, окидывая Ершова подозрительным взглядом.

– Каныша Жанбаева, - улыбаясь и кланяясь старику, ответил Ершов. - Я к нему из Алма-Аты, из исторического музея, - Мухтаров.

– Мухтаров? - переспросил старик, удивленно поднимая седые, жидкие брови и морщась, будто в рот ему попало что-то очень кислое.

– Ну да, Мухтаров! - торопливо повторил Ершов, с тревогой думая - туда ли он попал? - Таир Александрович Мухтаров.

– Ах, Таир Александрович! - радостно заулыбался вдруг старик и широко распахнул калитку. - Заходи, пожалуйста! Извини, что ждать заставил. Вот тут иди, пожалуйста, а то собака штаны порвет. Замолчи, проклятый! - замахнулся он на рвущегося с цепи пса. - Ух какой злой, шайтан! Вот сюда, дорогой Таир Александрович, голову только нагни, пожалуйста.

Старик ввел Ершова в довольно просторную комнату, обставленную хорошей мебелью. Это удивило майора, так как сам хозяин был одет бедно.

– Садись, пожалуйста, - придвинул он стул Ершову и протянул ему сморщенную желтоватую руку: - Я хозяин квартиры буду, Джандербеков Габдулла.

– А Каныш где же? - с тревогой спросил Ершов. Габдулла показался майору очень хитрым, и он опасался, что старик все еще не доверяет ему.

– Извини, пожалуйста, нет Каныша, - развел руками Габдулла, и маленькие глазки его совсем растворились в притворной улыбке. - Уехал. Вот письмо просил тебе передать. Научную работу Каныш ведет, материал разный собирает. Много ездить приходится.

Сказав это, старик стал рыться в верхнем ящике комода, не сводя настороженных глаз с майора. Достав наконец запечатанный конверт, протянул его Ершову все с той же притворной улыбкой:

– Вот, возьми, пожалуйста.

На конверте крупно было написано: “Мухтарову Таиру Александровичу”.

Ершов вскрыл конверт и прочел адресованное Мухтарову письмо:

“Дорогой Таир Александрович! Простите, что не дождался Вас. Пришлось срочно выехать к месту археологических раскопок. Обнаружены новые интересные сведения об истории этих древних мест. Вам, конечно, известно, что город Аксакальск, основанный в 1824 году, был расположен на караванном пути из Средней Азии в Западную Сибирь. Археологические раскопки в окрестностях его дают нам, историкам, много интересного. Особенно то, что относится к концу XIX века. Если хотите повидать меня до того, как я вернусь в Аксакальск, а это будет не раньше 26-28-го, приезжайте к Белому озеру. Оно недалеко - всего в 30-35 километрах от Аксакальска. Разыщите там базу археологов и спросите меня. До скорой встречи, дорогой Таир Александрович!