Аннулет. Книга 6 – Паладин II - Константин Вайт

повелевал. Когда был в колледже и отправился в душ, питаемый из скважины. С помощью кольца мне удалось тогда приручить воду. Именно приручить, а не стать младшим братиком.

— Ну что же, — я злобно улыбнулся, — не хочешь по-хорошему, попробуем по-взрослому, — пробормотал сам себе под нос. Неприятно осознавать себя недомагом. Значит, настало время показать, кто я такой на самом деле. Уж очень меня задело, как дух озера воротил от меня нос.

Опустив руки в воду, я подал свою энергию через кольцо водной стихии, снабдив внутренним приказом:

— Подчинись!

Мне удалось схватить одного из не самых больших духов чуть ли ни за хвост.

— Подчинись! — скомандовал я, добавив ещё немного энергии.

К моему удивлению, дух не стал сопротивляться, а просто послушно начал выполнять указания, признав мою силу.

Первым делам я создал водяные жгуты, которые были гораздо сильнее тех, что мне удавались прежде. Затем окутал себя водным щитом. На этом моя фантазия иссякла — так же, как и силы. Дух и не сопротивлялся, но требовались постоянный контроль и концентрация, что пока давалось тяжело. В итоге он развеялся, окатив меня брызгами.

Отфыркиваясь и встряхиваясь, как собака, я шёл по пирсу, оставляя за собой мокрые следы. На лице сияла широкая улыбка.

— Главное в магическом деле — это голова! — поделился я откровением с Давидом и Сан Санычем.

— Ага, — согласился со мной Сан Саныч, — но желательно трезвая и сухая!

Приняв душ, я переоделся в нормальный костюм и отправился на ужин. Со мной пошёл Давид, а вот Сан Саныч отправился в другую столовую. Здесь и такая есть, для людей попроще. Мы, не разобравшись, днём зашли в элитное место, но лично мне было уже поздно сдавать назад и идти в обычный зал. Я всё-таки князь, а это звучит гордо.

Обеденный зал в шале претерпел некоторые изменения. Столики были накрыты белоснежными скатертями и поставлены ближе друг к другу, освободив часть зала, где выставили кресла с низкими столиками, на которых расставили закуски и блюда с фруктами.

Большинство гостей уже сидело за столами. Многие мне приветливо кивали, здороваясь, когда я проходил к свободному месту. Я заметил пару заинтересованных взглядов девушек, которые сидели со своими родителями. Широко улыбаясь и кивая в ответ, я занял свободный столик. К нам сразу подскочил официант и принял заказ.

В зале стоял гул голосов, пахло табачным дымом, несколько господ, сидя в креслах, с важным видом дымили сигарами. В этом мире курение — признак богатства. Табак выращивают в небольших количествах и делают из него только дорогие сигары. Никаких махорки или сигарет. Только для элиты, которая может себе позволить в любое время обратиться к целителю и вывести из организма вредные вещества.

Ужин был настоящим произведением поварского искусства в русском стиле. Здесь были и фаршированный осётр, и перепела, и несколько видов салатов, включая сельдь под шубой. Даже стало интересно, сколько с нас в итоге возьмут денег за проживание. Всё никак не могу отвыкнуть от «мещанской привычки» (цитирую Петра) считать свои деньги. Не с моими доходами этим заниматься!

Когда все покончили с ужином, мы пересели в кресла, а столы быстро унесли официанты и работники. После этого в дальнем конце зала появился небольшой оркестр, который заиграл лёгкую фоновую музыку с намёком на джаз. Народ начал перемещаться по комнате, переговариваясь друг с другом. К нам подсело несколько господ.

— Позвольте представиться — Сушилин Артур Семёнович, — устроился напротив меня слегка полноватый мужчина.

— Шувалов Виталий, — представился я в ответ.

— Я вас сразу узнал, — он с важным видом кивнул и с победным видом посмотрел на стоявших за его креслом супругу и дочь, после чего представил их.

Девушку звали Кристина, она вежливо попросила разрешения присесть и устроилась рядом со своим отцом, с любопытством разглядывая меня.

— Удивительно в подобном месте встретить молодого человека, — продолжил Артур Семёнович.

— Что в этом такого? — поддержал я разговор.

— Молодёжи в таких местах скучно. Какие здесь развлечения? Любование природой, тёплый вечер у камина. Днём можно покататься по озеру на лодках. Для пожилых людей — идеальное место. Тишина, покой и умиротворение. Моя дочь обычно наотрез отказывается сюда ехать, — он тепло посмотрел на Кристину.

— Иногда покой и умиротворение требуются и молодым, — ответил я, ничуть не кривя душой. Мне здесь нравилось. После вечной суеты и кучи дел было очень приятно попасть в этот дом отдыха. Пусть я здесь и по делу, но, в принципе, рад был бы приехать просто отдохнуть как-нибудь на выходных.

— Я вас понимаю, — подала голос Кристина, — наверняка вы устаёте от шума и настойчивых фанаток, — она мило улыбнулась. Сама скромность, а вот в глазах скачут чертенята. Видя, что я на неё смотрю, девушка призывно облизала губы, так что мне в штанах стало тесно.

— Честно говоря, с фанатками почти не сталкиваюсь, — признался я в ответ, — у меня скучный распорядок дня. Учёба, дела рода, дом и снова учёба. Ничего романтичного, — я развёл руками.

Свет в помещении приглушили, к оркестру вышла девушка и начала петь. Давид оставил меня одного, на прощание подмигнув и кивнув на Кристину. Её отец с супругой увидели кого-то в другом конце зала (или сделали вид) и тоже ушли.

— Может быть, потанцуем? — обратилась ко мне девушка.

— Почему бы и нет? — Я поднялся и подал ей руку.

В центре зала уже кружились пары разных возрастов. Здесь были и молодые, и люди среднего возраста. Хватало и пожилых.

— Здесь ужасно скучно! — заявила Кристина, когда мы закружились в танце. — Поговорить практически не с кем. У отца все разговоры о делах. Я понимаю, мы очень богаты, и он привык совмещать отдых с делами, но как же я устала от этих деловых разговоров!

Я усмехнулся про себя: девушка явно набивает себе цену. Она уже несколько раз упомянула о богатстве своей семьи, о деловых связях отца и об огромном приданом. Меня умиляла такая прямая попытка привлечь моё внимание. Похоже, у Кристины очень маленький опыт общения с аристократами. Подобные разговоры приветствуются в среде бояр. Настоящий аристократ в ответ лишь поморщится, заявив, что деньги — ничто, главное — достоинство и честь. Но я-то не настоящий аристократ, меня подобные разговоры не смущали. Скорее, веселили.

Вечер шёл своим чередом. Среди гостей