Аннулет. Книга 6 – Паладин II - Константин Вайт

не кланялся аристократам. У нас на юге, где я рос, судят о людях по поступкам. Может ли человек постоять за себя и ответить за свои слова, а не за длинный список предков. Сословное общество давно изжило себя. Кто сильнее и важней? Тот, кто беден, но имеет длинную родословную, или сильный «мастер», который одним ударом прихлопнет слабого аристократа? Или, может, боярин, у которого такое количество денег, что он может себе позволить разгуливать с охранной из пяти «мастеров»?

— По закону, на первом месте дворянин. Как бы ты ни был силён, его смерть будут расследовать, и итог, как правило, один — виселица для простолюдина, — не согласился с подобной философией Сан Саныч.

— Погибшему аристократу будет всё равно, осудят виновника его гибели или нет. Он уже мёртв, и это факт. А вот у простолюдина всегда есть шансы выкрутиться. Сбежать от правосудия, подкупить судью, убрать свидетелей. Сила и деньги зачастую бьют родословную, — ответил Давид.

— В твоих словах есть истина, — решил вступить в диалог я, — но подобный подход работает только со слабыми аристократами. Против сильного он точно не сработает. Они убьют не только тебя, но и всю твою семью, всех дорогих тебе людей, чтобы в подобной ситуации никто не подумал поднимать руку на настоящего аристократа.

Давид задумчиво помолчал некоторое время, после чего согласно кивнул:

— Ты прав. Я рос на улице мелкого города на Кавказе. У нас простых дворян не ставили высоко. А вот князь — другой уровень. Но даже он не опускается до беспредела, поскольку знает, что такое кровная месть. Некоторые аулы состоят чуть ли не целиком из родственников, и, если кто-то погибнет, перейдя дорогу князю, они отомстят! — Его злобная улыбка напоминала звериный оскал.

— Большинство людей в этом зале просто богатые бояре, — уже более спокойно произнёс Сан Саныч, приглядываясь к соседям. Столики стояли друг от друга на достаточно большом расстоянии, так что мы могли говорить спокойно и не переживать, что нас услышат.

Обычно дворяне либо носят значки, либо на одежду нашит герб. Высшие аристократы обязаны носить перстень с фамильным гербом. У меня тоже такой имелся, но я его практически не надевал. Я тоже присмотрелся к окружающим и обнаружил полное отсутствие нашивок или перстней. Похоже Сан Саныч прав и здесь нет аристократов.

— Мы в армии к таким относились презрительно, но вот они здесь сейчас сидят и смотрят на нас, как на дохлую мышь, — продолжил свою мысль Сан Саныч.

— Боярам очень трудно получить дворянство, многим оно и не нужно. Как я и говорил, деньги открывают любые двери, — Давид кивнул.

— Был бы тут Пётр, он бы начал читать мне лекцию о различии дворян и бояр, — рассмеялся я, вспомнив своего занудного заместителя.

В принципе, я и так знал основную разницу. Дворяне — это люди, готовые служить Империи и Императору. Многие прошли через военную службу. Дворянство — опора Императора. В случае необходимости их могут призвать в любом возрасте. Привилегии надо отрабатывать.

А вот бояре служат только своему кошельку и своему роду. В случае войн или других проблем их обычно нещадно трясут, выжимая деньги, но самих служить не заставляют, так же и род не обязан предоставлять бойцов. Вот я как князь должен иметь в роду не менее восьми «мастеров», которых обязан поставить на военный учёт и предоставить Империи в случае призыва.

— В общем, выше нос, господа! Мы тут и сами не последние люди, — я ободряюще улыбнулся Сан Санычу.

После обеда мы отправились в домик, который заранее забронировал Сан Саныч. Он находился на берегу озера. У него имелся собственный пирс, а у воды стояла небольшая беседка. Со всех сторон домик был окружён деревьями, что создавало иллюзию уединения, хотя от ресторана он находился всего в трёх сотнях метров.

В шале было четыре комнаты: три спальни и большая гостиная с камином. Все комнаты отделаны деревом. Внутри пахло смолой и хвоей. В моей спальне на полу лежала большая шкура какого-то животного. Было приятно пройтись по ней босиком. В общем, было очень уютно и как-то по домашнему. Умеют богачи жить!

Переодевшись, я завалился на кровать. Всё тело гудело от нагрузки. Пройти десяток километров по горным тропам с тяжёлым рюкзаком за спиной оказалось не так-то просто. Да еще после сытного обеда на меня навалилась сонливость с которой я не стал бороться, а дал себе спокойно уснуть.

Разбудил меня Давид, дав поспать часа три. Дневной сон мне явно пошёл на пользу. Хорошо отдохнувший и полный сил, я вышел из домика и отправился к озеру, горя желанием обуздать очередного духа воды.

Сан Саныч и Давид устроились в беседке на берегу, я же, пройдя до конца пирса, лёг животом на доски и опустил руки в воду, пытаясь нащупать контакт. У меня сразу получилось ощутить обитателя озера. Местный дух был пожилым и очень спокойным. Глянув на меня, как на букашку, он продолжил размышлять о чём-то важном, совсем не заинтересовавшись моим предложением поиграть.

Тогда я начал нащупывать более мелких духов. Вскоре мне это удалось, но и те не желали играть и развлекаться, видно, это было ниже их достоинства. Замучившись призывать духов, я сел на доски и задумался.

Получается, тот же подход, что с рекой, здесь не катит. Даже мелкие духи достаточно сильны и солидны. В них нет детского азарта. Это горное озеро напоминает мне мой источник в «Берлоге». Чем мне его удалось заинтересовать? Как он меня воспринимал? Как ко мне относился?

Прикрыв глаза, я стал вспоминать своё первое общение с духом моего источника. Я тогда искал новых знаний и просил о помощи. У меня с ним сложились отношения, как между учеником и наставником. Дух источника откликался на мои просьбы помочь. Только сейчас я это осознал. Я не повелевал им, а, скорее, выглядел бездарным учеником, которого следует наставить на путь истинный. В благодарность я приводил новых людей и кормил его магией и энергией Аннулета. Возможно, и здесь такой способ сработает. Но только энергии Аннулета у меня практически нет, а люди озеро и без меня посещают, так что предложить особо нечего.

Итоги моих размышлений мне не понравились. Какой я, получается, после этого повелитель? Ученик, младший братишка, но никак не повелитель! Так не пойдёт! Мысленно перебрал все свои обращения к духам воды. Вот оно! Один раз я действительно