Ведьмина лавка - Наталья Алексина

За окном давно рассвело и слышался обычный уличный шум: то лошадь проскакала, то ребенок пробежал. А на полу, как и вчера, лежал Джонатан Борк. Он по-прежнему слабо дышал, но его лицо показалось Мэри осунувшимся. Правда, за темной щетиной могло и привидеться.

Она снова взяла гримуар и перелистнула страницы до заговоров. С ними у Мэри было совсем плохо, она не понимала, как слова и магия связаны, просто не чувствовала этого. И знала заранее, что ничего не получится. Но помнила, что так лечила мама.

Заговор на восстановление сил был проиллюстрирован плечистым мужчиной, который задорно показывал сильные руки.

Бабушка хорошо рисовала, в очередной раз подумала Мэри, остановившись на картинке. Она долго изучала ее, оттягивая момент, когда надо будет шептать. И, только выучив наизусть весь рельеф нарисованных рук, сдалась.

Девушка села рядом с магом, взяла его за запястье и прочитала прямо по гримуару. Раз прочитала, другой — ничего не произошло, и, кажется, Джонатан Борк побледнел до синевы. Мэри сама уже не чувствовала рук. Ко всему прочему, еще в животе забурчало от голода… Она чуть не заплакала от жалости к себе. Сидит тут в лачуге с умирающим магом, которого с трудом поймала, уже второй день боится призраков… А дар больше не спасает.

Мэри остановилась и напомнила себе, что маг сказал: призраки были людьми, а уж с ними всегда можно как-то справиться. И с магом она тоже справится, если постарается. Она потомственная ведьма, что бы там ни говорил отец. Справится! Как может быть иначе?

Маг на ощупь казался холодным, и Мэри заторопилась. Она взяла широкие шершавые ладони Джонатана Борка, крепко сжала и плеснула всю силу, которую могла. Прохладной волной магия прошла от самого сердца по рукам и перескочила на бездыханного мужчину, отчего его тело дернулось. Но Мэри держала крепко. А маг резко открыл глаза, натужно вздохнул, как будто ему сдавили грудь, и выдернул ладони из ослабевших пальцев ведьмы.

— Ты, ты, ты… — Борк сел, русые, давно не стриженные волосы стояли дыбом на голове, а карие глаза очень теплого оттенка гречишного меда будто искрились. И похоже, норовили выпрыгнуть из глазниц.

Он несколько раз моргнул, потом зажмурился, а как только снова открыл глаза, торопливо проверил руки.

— Что ты сделала? — сипло спросил он.

— Прочитала заговор на восстановление сил и влила магию, — честно ответила Мэри.

— Елки-палки, — сдавленно пробормотал он и задышал часто-часто, а потом и вовсе лег обратно на пол.

— Что-то не так?

— Все, — сказал он. — Вздохнуть сложно.

— Давайте я кое-что еще попробую? — Мэри снова взяла руки Джона, но тот их выдернул.

— Хватит, — просипел он. — И так глаза на лоб лезут.

Мэри послушно убрала ладони, но на всякий случай взяла гримуар. Она не ждала, что сразу найдет хоть слово о маге, который теперь не умирает, а часто дышит и едва может закрыть выпученные глаза.

Но как ни странно, увидела строчку о волосах, причем рядом с тем же заговором на восстановление сил. «Ежели волосы встали дыбом, то больному надо бы побегать, дабы сбросить избыток сил. А ведьме впредь цедить магию по капле и не перебарщивать».

Маг все еще дышал как загнанная собака. Его глаза по-прежнему словно искрились, к тому же он еще сжал кулаки, и от них поднимался дымок. Мэри с опаской посмотрела на руки и, прочистив горло, сказала:

— Знаете, вам нужно побегать. В гримуаре написано, что это поможет…

— Убиться?

— Поможет вернуть обычный ритм сердца. — Она еще раз посмотрела на дымящиеся кулаки. — Или поколдовать немного, может быть, это даже будет лучше.

Джонатан Борк только глазами сверкнул. Мэри подсознательно уже ждала грубых слов или даже заклинания, но в дверь громко постучали. Да так, что она дрожала от каждого удара, как лист на ветру.

— Ведьма, открывай! — пробасил неизвестный.

Дверь вздрогнула от сильного пинка, к нему тут же присоединились мелкие удары и женский голос:

— Открывай, не то я тебя за волосы выволоку!

За что? Хотя это неважно. Важно, что она знала, чем ей грозит такой крик и что дальше его лучше не слушать, пора было бежать. Еще не совсем осознав угрозу, Мэри посмотрела в окно, которое выходило на улицу.

Если даже пролезть, то выпадешь прямо под ноги тех, кто пришел. А в другом повреждена рама, она заскрипит или даже не выдержит — выпадет вместе с человеком.

— Открывай! Последний раз говорю!

Дверь вздрогнула, и Мэри подскочила. Она отшатнулась и, будь ее воля, забилась бы за печку. Но в этом домишке не было ни одного закутка. Ее взгляд заметался в поисках неизвестно чего. Почему они пришли за ней? Что она такого сделала?

— Открывай!

Мэри метнулась к дальнему окну, потом вспомнила про гримуар, схватила его и снова бросилась к окну. Ей нужно бежать. Она ни в чем не виновата. Нет! Но если люди так кричат, то они не станут слушать. С ней уже было такое. На третий день побега ее чуть не избили на одном постоялом дворе за то, что она ведьма. Она едва унесла ноги.

Дверь за ее спиной вдруг скрипнула. А Мэри непослушными пальцами зацепилась за раму, прекрасно понимая, что не успеет. Не в этот раз.

— Джо? — послышался удивленный женский голос.

— Я. А ты чего орешь и двери вышибаешь? И, Рен, какого ты-то тут забыл? Больше нечем заняться, только девушку пугать?

Мэри совершенно забыла о маге и сейчас неверяще обернулась, чтобы увидеть Джонатана Борка, загораживающего дверной проем. Волосы у него по-прежнему стояли дыбом, но пришедших это, похоже, ничуть не удивило.

— Она наслала порчу на моих кур! Пусти, я ее…

— А ну, назад, — спокойно сказал маг, в его руке вспыхнул огненный пульсар, и Джо будто выдохнул, даже плечи немного расслабились. — Ведьма у нас под защитой королевского указа. Так что никуда ты ее не выволочешь. И давай подробнее, что там с твоими курами?

— Дохнут! Иди посмотри. Половина уже на боку лежит, еле дышат. А все из-за этой! Два дня всего живет, а уже такое делает!

Мэри подошла ближе и осторожно выглянула из-за плеча мага. Ей было страшно, но она тоже вспомнила про королевский указ. Джонатану Борку в любом случае придется ее защищать, если он не хочет, чтобы его руки отнялись.

— Это она! И почему поселилась здесь, спрашивается? Шла