Ведьмина лавка - Наталья Алексина

— …! — сообщил Джон земле.

С высоты дуба никакого камня на шнурке не было видно. Но пока радовало, что в начале весны еще нет лопухов, найдет, наверное…

— Ба, да неужто на дереве сам Угрюмый Джо?! Наш защитник? — раздался снизу хриплый мужской голос. — Призраков высматриваешь?

Джо засопел и повернулся, чтобы разглядеть острослова.

— Шел бы ты, Мутный, куда шел, — огрызнулся он.

— Да, пошли, — сказал второй мужик. — Не мешай людям работать.

Оба заржали и поправили съехавшие шляпы. Маг прекрасно знал и Мутного, и Ника Найденыша. Они промышляли контрабандой и тащили из Ангерисского королевства, извечного врага Терри, все что придется. Ладно бы только специи и сладости, так нет. Полгода назад их чуть не поймали с мешком дурмана. Теперь за ними вроде бы присматривал градоначальник, и Джо не лез. Да и эти дураки присмирели.

— Слышь, Джо, — позвал Мутный, поднимая одутловатое лицо. — Если ты застрял, ты скажи. Мы поможем.

Маг хотел огрызнуться и лихо спуститься, но вдруг понял, что под ногой у него нет ветки. Он сидел почти у самой макушки, а рядом только тоненькие прутики. Елки-палки.

— У нас, если что, и веревка есть, — сообщил Мутный.

— Зачем мне веревка на дереве? Удавиться? — огрызнулся Джо и сильнее вцепился в ствол дуба.

— Да мы ее бросим, а ты спустишься, — предложил Мутный. — Ты, кстати, слыхал? Там, у северных ворот, кишмя кишат призраки.

— Слышал.

— Говорят, через них ни один купец не может проехать, — добавил Ник.

— Люди уже звереют, — сообщил Мутный.

За веревкой между тем никто лезть не собирался. Оба контрабандиста вальяжно стояли, опустив седельные сумки к ногам. И готовы были говорить сколько придется. А ночь незаметно подкрадывалась, стирая тени.

— И какие люди звереют? — спросил Джо, пока старался нашарить ногой хоть какой-то сучок.

— Да все. Через этот выход вся жизнь шла, — поделился Мутный.

— Через него раз в полгода проезжают торговцы, и все, — возразил Джо.

— Так-то оно так. Но люди ходят туда-сюда. Если надо пройти не мимо стражи, скажем, на свидание с милым.

— С той стороны лес, а сейчас и призраки. Что это за милый, который любит такие свидания? — усмехнулся Джо. Он как раз нашел веточку и смог дотянуться до нее носком.

— Ну, люди разные. Это тебе, Угрюмый Джо, надо что-то особенное, а некоторым милым и лес подойдет, — ответил Ник.

— Пойдем мы, — вдруг сказал Мутный. — А ты сиди, то бишь работай, раз помощь не нужна. Про ворота, если что, предупредили. По-дружески. А то опять нагоняй получишь от нашего Дэвиса, мы ж знаем, что крут он. А ты у нас один маг, тебя оберегать надо.

Оба мужика захохотали и правда двинулись в сторону. Джо выругался, но окликать не стал. Сам справится, без веревок. Какое-то, елки-палки, дерево! Слезет.

Он осторожно переместил вес на сучок под носком сапога, а руками схватился за ветку, на которой сидел. Не такая уж толстая, пальцы смыкались внахлест, да и сук странно пружинил. Под ногой хрустнуло, носок проехал по стволу, и Джо резко повис на руках. Ветка согнулась, словно ивовый прутик, грустно вздрогнула и стала спускаться все ниже и ниже.

— Елк… — успел шепнуть Джо, прежде чем сук с треском отломился.

Маг полетел вниз и впечатался в землю так, что затрещали косточки.

* * *

Когда Джонатан доковылял до Овсянки, на лес уже опустилась ночь. Необычно бархатная, подмигивающая звездами и шелестящая. Самое время для призраков. Обычно Джо приезжал раньше, разгонял туман, и из болот больше ничего не лезло. Но сегодня, похоже, был не его день. Стоило выйти на перекресток, как к нему метнулся зеленый туман. Маг щелкнул пальцами, выбил искру, и марево чуть отступило, совсем как живое.

С каких пор туман висит так далеко от болот?

Пришлось бросить камень с заклятием, чтобы разорвать полотно мглы. Резерв медленно, но верно пополнялся, только это и радовало.

Надо будет хоть у кого-нибудь спросить, что это за безобразие — призрачный туман, который отползает от болот на сухую дорогу. Это нормально вообще?

Только спрашивать Джону особенно не у кого. Ни наставников, ни учителей, которые бы ответили, он не знал. Оставалось писать другим магам, но и с ними Джо не дружил. С теми, с кем учился в школе, давно не разговаривал, а в бывших сослуживцах одни лишь люди без крохи силы.

Оставался Сэм из крепости поблизости. Но сидит ли он в своей Литергии или, может, поехал по границе чего проверять? Если его нет, так это на неделю, не меньше, а к этому времени либо сам Джо из сил выбьется, либо призраки сгинут, как бывало, когда заканчивалось половодье.

Вокруг сапога завернулся зеленеющий туман.

— Вот зараза!

Джо прогнал его искрами, навесил заклинание на еще один камень и бросил, чтобы уничтожить тварь в зародыше. Маг немного побродил по перекрестку дорог, только ничего не нашел и поехал обратно.

За неполную ночь Джо даже успел подремать в седле. И когда он увидел огни города, мигающие в предрассветном сумраке, магия уже ощущалась в кончиках пальцев. Еще ощущалась усталость, тяжесть куртки на плечах. Ну и копчик болел. Маг сильно приложился, когда падал.

Он приостановил Овсянку и задумчиво глянул на тропинку, шедшую вокруг Хоса.

Трое сказали о призраках у северного въезда. Стражи проходили мимо него раз в сутки. А открывали те ворота обычно в самом начале лета, когда с той стороны приходили обозы с шерстью и когда просыхала дорога после весеннего разлива.

Джо спрыгнул с Овсянки и пошел подбирать камни для заклинаний. Он еще не решил, поедет ли смотреть на тех призраков, что ошиваются у ворот, или нет. Но камней собрать же можно. Заранее. На завтра, например.

Кого Джо обманывает! Конечно, он поедет смотреть на эти ворота. Все равно не так уж далеко. Вдруг и там все кишит призраками? А рядом с городом такого нельзя допускать.

Карманы стали тяжелыми. Тишина приятно окутывала, и даже редкое пение птиц ее почти не нарушало. Но так было, пока он не подъехал к воротам.

У стены кто-то мельтешил и протяжно завывал. Только туман не стелился по земле, как обычно, и не слышалось скрипа. Джо привязал лошадь у дерева, под которым проклюнулась трава. Овсянка была тренированной и не шарахалась от призрачного скрипа. Только маг все равно оставлял ее поодаль.