Мой путь - Леонид Таубес

Проводились многочисленные дорожные испытания разных машин в разных условиях эксплуатации, накапливалась статистика. Испытания велись в городе и на загородной дорог, на асфальте, булыжнике, на лесной и проселочной дороге, в различных погодных условиях, на мокрой дороге, на снегу. Карьерные самосвалы испытывались в условиях реальной эксплуатации: на криворожских карьерах и угольных разрезах Нюренгри.

Кроме того, строились стенды и выполнялись стендовые испытания. Велось математическое моделирование динамических и случайных процессов в системе двигатель-трансмиссия- подвеска-дорога.

Проект, в котором Карпов предложил мне участвовать, состоял в том, чтобы на трактор МТЗ-50 установить в трансмиссию гидротрансформатор. Это была непростая конструкция. Стандартный корпус сцепления нужно было заменить новым, вмещающим в себя сцепление и гидротрансформатор, Отдельный масляный насос обеспечивал подпитку трансформатора.

Я еще в студенческие времена серьезно занимался гидромеханическими коробками передач и был в курсе дела. Мы спроектировали эту систему. Чугунный корпус проектировал я лично — у меня был заводской опыт проектирования чугунных и алюминиевых отливок. Эта работа выполнялась по договору с МТЗ. Я с чертежом корпуса поехал на тракторный к технологам. Они посмотрели чертежи и отвели меня к модельщику. Модельщики — рабочая аристократия, они прекрасно читают чертежи, работают по дереву и металлу, мастера на все руки. И у них очень высокая зарплата. На инженеров они смотрят сверху вниз — вас много, а я один. Я оставил ему чертеж. Он предложил зайти завтра. Назавтра мы сели, стали обсуждать деталь. Он показал мне место, где, по его мнению, в чертеже ошибка, я показал ему другую проекцию этого места с разрезом и убедил, что ошибки мет. Он пообещал за неделю сделать деревянную модель и стержневой ящик. Через неделю я пришел смотреть и нашел в модели ошибку - один маленький фланец он сделал не справа, а слева зеркально. Он кинулся рассматривать чертеж, и я оказался прав.

По этой модели в чугунолитейном цехе МТЗ отлили четыре заготовки. Все получилось отлично.

Потом сделали все детали, собрали, установили на трактор, и он поехал. Потом проводили полевые испытания, исследование динамических нагрузок и еще много кой-чего. Спроектировали, изготовили и построили стенд в стендовом зале 3 корпуса.

У нас сложилась группа: Александр Владимирович Карпов, Иосиф Иосифович Лепешко и я. Позже к нам примкнул Аркадий Павлович Бомбешко. У каждого был свой опыт и круг знаний. Мы хорошо понимали и дополняли друг друга. Вместе много лет работали над разными проектами.

И.С. Цитович чувствовал веяние времени. Он считал, что для инженерных расчетов нужно использовать вычислительную технику. Он говорил, что легче инженера научить программированию, чем профессионального программиста инженерному пониманию поставленной задачи. В лаборатории было несколько аналоговых машин (АВМ) для моделирования динамических процессов. Мне была поставлена реальная задача по моделировании нагрузки в трансмиссии МАЗ-500 при трогании с места. Изучив литературу по моделированию, а начал работать. Меня консультировали Леонид Александрович Молибошко и Николай Львович Островерхов. Островерхов — человек с потрясающим пониманием математики, буквально на интуитивном уровне. Я многому от него научился. Машины у нас были ламповые с рабочим диапазоном +-100 вольт. Техническим обслуживанием АВМ занимался лаборант Николай Самойлович Вилков, электроник старой школы, военный пенсионер, подполковник войск связи, ветеран войны. О нем я напишу позже.

Модели на АВМ сравнивались с реальными осциллограммами, полученными при испытаниях. Моделирование на стадии проектирования позволяло варьировать некоторые параметры, добиваясь снижения динамических нагрузок.

Я научился строить довольно сложные модели, занимался этим много лет. Пара соединенных вместе машин МНБ-1 позволяла решать нелинейные дифференциальные уравнения 12 порядка. В моделях использовались блоки сухого трения для моделирования фрикционов, блоки умножения, блоки нелинейности.

В 1967 году я начал осваивать программирование на Минск-22 в действительных адресах., а потом на автокоде “Инженер” (АКИ). Однако для наших задач эта машина была слабовата. Но в 1970 году появилась Минск-32, на которой был реализована замечательная версия языка Фортран. Вдобавок была прекрасная библиотека научных подпрограмм, разработанная в Институте математики АН БССР. И работала она надежно.

Проработав год, по совету коллег я стал официальным соискателем. Соискатель это лицо, которое подготавливает диссертацию на соискание ученой степени кандидата наук без обучения в аспирантуре, но с прикреплением к кафедре Научным руководителем у меня стал завкафедрой «Автомобили» И.С. Цитович. Когда человек поступал в аспирантуру, ему следовало сдать вступительные экзамены по иностранному языку, истории КПСС и специальности. Потом аспирант, кроме научной работы должны сдать кандидатский минимум: марксистскую философию, иностранный язык и углубленный экзамен по специальности. Большинство соискателей не сдавали вступительных экзаменом, а сразу, еще до аспирантуры сдавали кандидатский минимум. По философии я, правда, прослушал несколько лекций, где излагались основные требования, потом сдал. Экзаменаторы были либеральны. Английский и специальность я сдал без подготовки. Мне утвердили тему диссертации «Исследование динамических нагрузок в гидромеханической трансмиссии». Собственно, это был один из вопросов, которые мы изучали экспериментально. Я начал потихоньку, в свободное от работы время готовить диссертацию. К сожалению, шеф мой был человек очень занятой. Он мне времени почти не уделял, Я делал все по своему разумению.

В 1968 году мне предложили поступить в дневную аспирантуру. На кафедре было место, которое Цитовичу не хотелось заполнять кем-либо со стороны. Кандидатский минимум у меня сдан. Поэтому срок обучения назначался два года вместо трех. Я согласился. Тогда я еще не понимал, что это была большая ошибка. В зарплате я не потерял. Кроме стипендии я получал еще зарплату за полставки младшего научного сотрудника.

Я продолжал делать, то, что делал раньше. Для диссертации сделал теоретическое исследование динамики потока жидкости в гидротрансформаторе. Это гидравлическая лопаточная система. Пришлось строить конформное отображение, потом рассчитывать на ЭВМ разные рабочие режимы.

В 1970 году я женился. Поехал в августе отдыхать в Крым и нашел себе пару. Люба окончила симферопольский пединститут и была направлена работать учителем математики в сельскую школу в Бахчисарайском районе. Мы поженились в ноябре. Потом было очень много проблем, чтобы ей отменили направление на работу и разрешили свободное трудоустройство. Все это решалось на уровне Министерства высшего образования УССР. Я получал от них письма на украинском языке.Если бы я работал инженером, не было бы никаких возражений, но “...якщо ви є аспірантом, ви не маєте права вимагати для неї відкріплення”. Моя мама, старый коммунист, пошла с