Жизнь и творчество Томаса Мора - И Осиновский

Вскоре Уолси был обвинен в превышении полномочий и лишен большой государственной печати. Как сообщает хроника Холла, после долгого обсуждения выбор короля пал на "сэра Томаса Мора, рыцаря, человека хорошо сведущего в языках, а также в обычном праве, человека тонкого и острого ума, полного идей, вследствие чего он был очень одарен склонностью к насмешке, что для его достоинства было большим пороком" {Ei. Hall. The Triumphant Reign of King Henry VIII, v. II. London, Ed. by Ch. Whibley, 1904, p. 158.}.

25 октября 1529 г. Мору была вручена большая печать лорда-канцлера Англии. На следующий день на торжественном собрании в Вестминстере герцог Норфольк представлял нового канцлера. В традиционной ответной речи Мор высказал трезвое суждение по поводу своего назначения канцлером: "Я считаю это кресло местом, полным опасностей и трудов и далеко не таким почетным. Чем выше положение, тем глубже падение, как это видно по моему предшественнику (Уолси. - И. О.). Если бы не милость короля, я считал бы свое место столь же приятным, сколь Дамоклу был приятен меч, висевший над его головой" {T. Stapleton. Op. cit., p. 22; W. Roper. Op. cit., p. 39-40.}.

Сделавшись вторым лицом в государстве после короля, Мор тем не менее не изменил своих взглядов, оставаясь по-прежнему человеком, чуждым компромиссам, не способным на сделку с собственной совестью. К тому времени, как Мор стал канцлером, у него уже были сложившиеся взгляды на реформацию, ему принадлежало несколько полемических сочинений, написанных против Лютера и английского реформатора Уильяма Тиндаля {Большой полемический труд Мора "Диалог о Тиндале" был написан в 1528 г. В июне 1529 г. вышло первое издание "Диалога". В 1531 г. было опубликовано второе его издание с прибавлением к нему "Возражения на ответ Тиндаля" ("Confutation of Tyndale's Answer"). См. "The Dialogue concerning Tyndale by Sir Thomas More". London, 1927, p. 11-12; "The Workes of Sir Thomas More... Written by him in English Tonge". London, 1557, p. 105, p. 339-405. Предметом полемики был опубликованный в 1525 г. английский перевод Нового Завета Тиндаля. Выступая против Тиндаля, Мор защищал официальную догматику католической церкви, которой Тиндаль противопоставлял свободное толкование текста Священного писания.}.

В отношении Мора к реформам наиболее ярко сказались противоречия гуманизма. Начав как критик католического духовенства и провозвестник идей реформации о необходимости "очистить" христианское учение от схоластики и т. п., Мор, как и многие другие гуманисты, не поддержал реформации. Более того, напуганные широким социальным движением, которое вызвала вспыхнувшая в Европе реформация, гуманисты в большинстве своем поспешили отмежеваться от "лютеранской ереси", приписывая ей главную вину в подстрекательстве к "бунту черни".

Для полемики гуманистов с реформаторами показателен знаменитый спор Эразма с Лютером о свободе воли. В своем трактате "О свободе воли", опубликованном в августе 1524 г., Эразм оспаривал восходивший к св. Павлу и Августину тезис Лютера о несвободе человеческой воли. У Лютера на первом месте стояла вера в божественное предопределение. По существу, Лютер уничтожал принцип индивидуальной ответственности человека за свои дела. Согласно учению Лютера, человек спасается не делами, а верой. Эразм не мог примириться с подобным принижением человека. Он подчеркивал большое значение "добрых дел", которые в немалой степени зависят от свободной воли человека.

Лютер и прежде упрекал Эразма за то, что тот придает человеческому началу большее значение, чем божественному. В трактате "О рабстве воли", направленном против Эразма, Лютер утверждал, что само понятие свободы воли несовместимо с верой в божественное предопределение. Более того, человеческая воля, по Лютеру, подобна вьючному животному, которое в равной степени может оседлать либо бог, либо дьявол.

Мор выступил в поддержку Эразма. Свои доводы против Лютера он обосновывал с точки зрения обычного здравого смысла и общечеловеческой этики. Акцентируя внимание на этическом аспекте проблемы свободы воли, Мор подчеркивал ответственность христианина за его дела. Если бог лишил христианина свободы воли, свободы своего поведения, если нет никакой свободы воли, то зачем пытаться убеждать кого-то делать добро? "Вы должны просто молить бога, чтобы он сам все во мне совершил, а не настаивать, чтобы я старался ради себя самого. Если все приходит от веры, если для человека не остается никакой свободы, как вы, лютеране, упрямо настаиваете, какой же смысл в том, чтобы убеждать кого-то быть добродетельным и наказывать того, кто порочен?" Очень важно иметь в виду также политический аспект полемики Мора с Лютером и его последователями. В полемическом трактате Мора "Ответ Лютеру", опубликованном в 1523 г. под псевдонимом Уильяма Росса, Мор предсказывал, что распространение учения Лютера вызовет серьезные политические последствия: раскол в церкви и гражданские смуты.

При всем глубоком понимании пороков католической церкви, при всем отвращении к схоластике и догматизму и Мор, и Эразм питали еще большее отвращение к реформационным учениям, подчеркивая их узость и фанатизм. "Схизмы", раскол, поразившие Европу, воспринимались Мором и Эразмом как трагедия, угрожавшая гибелью культуры, которой они так дорожили. Как бы разъясняя не только свою политическую позицию в отношении реформации, но и позицию своего друга Мора, Эразм в письме к венскому епископу Иоанну Фаберу писал в 1532 г.: "нет ни одного сколько-нибудь благочестивого человека, который не желал бы улучшения (реформы) морали в церкви, но ни один сколько-нибудь благоразумный человек не сочтет справедливым терпеть всеобщий беспорядок" {"Opus epistolarum Des. Erasmi Roterodami", v. X, p. 137.}.

Когда реформация Лютера всколыхнула всю Германию, дав толчок широкому общественному движению против духовных и светских властей, Мор по-иному стал оценивать объективный политический смысл своей просветительской деятельности и деятельности Эразма в предреформационный период. Так, в очередном своем "Опровержении" английского последователя Лютера - Уильяма Тиндаля, с которым Мор полемизировал несколько лет, обращаясь к христианскому читателю, он выразил свое новое отношение к некоторым прежним сочинениям Эразма и своим собственным, написанным в предреформационный период.

"Если бы в эти дни, - писал Мор, - когда люди благодаря собственному пороку неправильно истолковывают и наносят вред даже самому Священному писанию бога... нашелся бы кто-нибудь, пожелавший перевести на английский язык "Морию" или некоторые сочинения, которые я сам прежде написал, хотя в этом и не было никакого вреда (явно речь идет об "Утопии". - И. О.), а теперь они могли бы быть использованы, чтобы подстрекать народ и причинять вред тому, что есть благо, я скорее своими собственными руками помог бы сжечь, не только книги моего дорогого (Эразма. - И. О.), но также и мои, чем допустил бы, чтобы народ по причине собственных заблуждений получил бы какой-то вред из-за этих книг..." {"The Workes of Sir Thomas More...", p. 422.}

Лютера и его сторонников Мор считал непосредственными виновниками вспыхнувшей в Германии крестьянской войны. В народных движениях Мор и его друзья видели лишь разрушительное начало. В боязни народных движений, в непонимании их прогрессивной антифеодальной направленности сказывалась историческая ограниченность гуманизма как буржуазного в своей основе просветительского движения.

Политическую опасность антипапского выступления Лютера Мор видел в порочности исходной позиции Лютера, опрометчиво приписывающего ошибки и пороки людей должностям, которые эти люди занимают {"The Complete Works of St. Thomas More", v. 5, part I, 1969, p. 14-17.}. Подобная позиция, по мнению Мора, логически ведет к полной политической анархии. Ибо дело не ограничится отрицанием папства, за папой пойдет королевский престол, а затем и всякая власть и администрация вообще. В результате народ окажется в стране, где нет "ни правителя, ни закона, ни порядка". Именно это, по словам Мора, и "угрожает теперь отдельным частям Германии". И если, продолжает Мор, эта угроза осуществится, "претерпев великие утраты", люди на горьком опыте должны будут понять, насколько лучше "иметь даже плохих правителей, чем вовсе никаких". Мор считал, что выступать против папства - значит подвергать "христианское дело" опасности, поэтому лучше произвести реформы в папстве, чем упразднять его {Ibid., p. 140-141.}.

В письме к секретарю короля Томасу Кромвелю от 5 марта 1534 г., касаясь вопроса о папстве, Мор писал, что "верховный авторитет папы как первосвященника был учрежден всем христианством по причине великой важности, чтобы избежать схизм и укрепить христианское единство путем непрерывной преемственности..." {"The Correspondence", p. 498.} В своем письме, затрагивая таким образом острейший политический вопрос о претензии короля быть верховным главой церкви Англии, Мор предпочитал пошлому политическому утилитаризму Генриха VIII и его советников обращенную в прошлое идею вселенского единства и гармонии христианского мира.