Одноклассник - Владимир Анин

— Ладно, я подумаю, — сказала Вера, просто чтобы завершить этот разговор.

Она уже поняла, что Марина с неё не слезет, пока не добьётся какой-нибудь реакции. — Подумай, подумай.

Марина затушила окурок и вошла в салон.

На следующий день был выходной. Проводив Сашку в школу, где он накануне, к великому счастью Веры, не учинил погром, ничего не взорвал и даже ни с кем не подрался, она завалилась спать и продрыхла до обеда.

Кое-как поднявшись, Вера умылась, навела на лице красоту, приготовила себе кофе и уселась за компьютер. Зайдя в сеть, она быстро нашла страницу Егора и долго смотрела на его фотографию. Вера пыталась выудить из памяти что-то новое, какие-то давно забытые приятные моменты, связанные с их встречами, чтобы ещё раз испытать те эмоции, которые обуревали её в далёкие дни беспечной молодости. Но почему-то ничего такого не вспоминалось, а вспоминались лишь те уже многократно прокрученные кинотеатром памяти эпизоды, которые неизбежно завершались исчезновением Егора и последовавшими за этим отчаянием и безысходностью.

И всё же что-то заставило Веру навести курсор на значок «личные сообщения» и щёлкнуть мышкой. Несколько минут она таращилась на пустое белое поле, пытаясь сообразить, что написать, с чего начать это послание в прошлое. И чем больше она об этом думала, тем страшнее ей становилось. Вдруг Егор разозлится и напишет что-нибудь грубое или вообще не ответит? Да и какое она имеет право вмешиваться в его личную жизнь? Прошло столько лет! Они уже совсем чужие люди. Да, она с лёгкостью написала письмо одноклассницам, но ведь это не одно и то же. Он не просто одноклассник, он — мужчина, и её письмо может быть воспринято как-нибудь предвзято. Любая фраза, даже любое слово может быть понято неправильно. А что, собственно, она хочет сказать ему? Что ей от него нужно? Вера и сама никак не могла понять этого. Всё очень-очень сложно.

Она залпом допила кофе и выключила компьютер. Надо всё ещё раз хорошенько обдумать. Маринке легко говорить, она вообще никогда не думает — просто берёт и делает. А уже потом думает. Поэтому у неё всё в жизни просто. Не то что у Веры. Она всегда жила по принципу «семь раз отмерь, один раз отрежь». Народная мудрость. Да уж! Вот только на практике получается так: пока Вера тщательно всё отмеряет, кто-то другой уже отрезал и утащил. А она, как всегда, остаётся ни с чем. И всё же Вера не могла заставить себя поступиться принципами и твёрдо решила «семь раз отмерить». А чтобы это было легче сделать, она намеревалась прогуляться — подышать свежим воздухом, проветрить мозги. Тем более что погода за окном к этому располагала — на смену затянутому тучами небу и холодрыге пришло бабье лето, светило солнышко, а термометр за окном показывал плюс двадцать.

Захватив на всякий случай лёгкую ветровку, Вера вышла из дома и пешком отправилась в сторону центра города. Тёплый ветерок трепал её белокурые волосы, то и дело, будто из хулиганства, подхватывая пряди и накидывая их на глаза. Вера улыбалась, поправляла волосы и щурилась от яркого солнечного света. Погружённая в свои мысли, она неторопливо шагала по тротуару, а ветер снова и снова принимался играть с её причёской.

Прошло, наверное, около четверти часа, когда Вера вдруг обнаружила, что стоит на автобусной остановке. И даже немного растерялась, не понимая, что она тут делает. Но уже через мгновение снова была во власти сладких воспоминаний, и окружающий мир словно перестал существовать. А ещё через полчаса она уже выходила из автобуса на улице Ленина. Миновав памятник Евпатию Коловрату, Вера свернула на пешеходную Почтовую. Именно там, среди множества прочих заведений, и находилось кафе «Глория».

Она приметила броскую вывеску издалека. Летнюю веранду ещё не убрали, и места на ней все были заняты — «Глория» явно была популярным местечком. Вера вошла в полутёмный зал и огляделась. Здесь народу было поменьше, но свободных столиков оказалось всего два: один большой возле окна и один маленький, на двоих, в углу. Подумав, Вера прошла в угол.

— Из напитков что-нибудь сразу закажете? — спросила смазливая официантка, подавая ей меню.

— Кофе, пожалуйста, чёрный, — сказала Вера.

— Американо?

— Да, давайте его.

— Что-нибудь ещё? — поинтересовалась официантка, явно разочарованная таким слабым заказом.

— Я посмотрю, — ответила Вера, кивнув на меню, хотя в этот момент ей совсем не хотелось ни есть, ни пить.

Возможно, это было не самое удачное место в кафе, зато из этого угла был хорошо виден не только весь зал, но и — через окно — летняя веранда. Так что выбранный Верой столик оказался великолепным наблюдательным пунктом. Она сама не могла себе объяснить, что её сюда занесло. Возможно, случайно брошенное Мариной предложение поискать Егора в кафе «Глория», ею же самой и отвергнутое как бесперспективное. Или же какая-то странная глубокая убежденность, что он обязательно должен оказаться здесь, и именно в то время, когда Вера сюда придёт. Глупо, конечно. Но она уже сюда пришла, значит, надо хотя бы просто посидеть и получить удовольствие. Вера забыла, когда последний раз просто так забредала в кафе.

Официантка принесла кофе и вопросительно уставилась на неё.

— Да, сейчас, — спохватилась Вера.

Она полистала меню и не придумала ничего лучше, как заказать бокал белого вина и парочку профитролей. Хмыкнув, официантка забрала меню и отправилась выполнять заказ. А Вера принялась разглядывать посетителей кафе.

Публика тут была самая разношёрстная: и пожилые пары, зашедшие пообедать, и пары помоложе, и даже довольно шумная компания из шести человек.

«Сколько бездельников! — подумала Вера. — Середина недели, и никто не работает».

Она отхлебнула кофе и поморщилась — даже дармовой кофе в их салоне красоты вкуснее.

«Интересно, чем они все занимаются? — продолжала рассуждать про себя Вера. — С пожилой парой всё ясно — очевидно, пенсионеры. Вон та юная парочка, возможно, студенты, с лекции сбежали. А те, им лет по тридцать плюс-минус. Явно уже нигде не учатся и явно не работают. Не могут же все, как я, два через день работать! Значит, бездельники. Или за чей-то счёт живут, или воруют…»

— Ваше вино, — послышался голос официантки, и перед Верой возник большой, слегка запотевший бокал, заполненный вином примерно наполовину.

— Спасибо, — сказала Вера.

Она отпила немного. Вино было откровенно дешёвое, из тех, что обычно называют «домашним»: водянистое, излишне кислое, с неопределённым, размытым вкусом. Ну, какое есть.

Вера сделала ещё глоток и вспомнила, что заказывала профитроли, которые так и не