Хэдон из Древнего Опара - Филип Фармер

Капитан сверился с картой, созданной при помощи магнитного компаса, чтобы удостовериться, что ведущее судно держится правильного курса, и бирема повернула с севера на северо-запад по направлению к острову Кхокарса. Им предстоял последний и самый длинный бросок.

Проходили дни и ночи. И команда и пассажиры не видели ничего, кроме голубовато-зеленоватых вод Кему да птиц и случайного проходившего мимо корабля.

Когда до прибытия в Кхокарсу оставалось несколько дней, показалась рыболовецкая флотилия. Она состояла из маленьких парусных судов, рассчитанных на десять человек, и плавучей базы, на которой рыбу обрабатывали и солили. Над суденышками кружили тучи птиц, орлов-рыб, морских грифов и белых птиц с крючковатыми клювами, датокоемов.

А затем настал день, когда на горизонте обозначилась длинная темная линия: окруженная морем и скалами Кхокарса поднялась навстречу.

Флотилия на веслах вошла в широкую бухту Асема, миновала красно-черные стены, белые башни и купола расположенного в ней порта, и к наступлению ночи очутилась в длинном заливе, именуемом Заливом Лупоес, который почти пополам перерезал остров. Движение стало интенсивным из-за военных судов, покидающих порт и направляющихся нести дозорную службу, длящуюся целый год; торговых судов, среди которых были и гигантских размеров триремы, рыбачьих и торговых лодок, перевозивших грузы между городами Кхокарсы, и речных лодок, переправлявших продукты из расположенных в долинах, в глубине суши, городов в прибрежные города, где товары можно было перегрузить на курсирующие по морю торговые суда.

Флотилия шла три дня, пока пролив не стал сужаться, но еще до того они увидели вершину огромного вулкана Кховота, Голоса Кхо, который находился к востоку от столицы. Затем заметили вершину Великой Башни Кхо и Ресу, законченную строительством на две трети, которая воздвигалась столетиями; зачастую с наступлением лихих времен сооружение ее забрасывалось.

Тогда капитан поднял огромный льняной флаг с изображением красного муравья — знак того, что на корабле находятся участники соревнований из города — сокровищницы Опара. Флагманский корабль флотилии приветствовал торговые корабли, а военные суда сменили курс на порт, расположенный на острове Поехи, который служил военно-морской базой. Торговые корабли шли медленно, дабы избежать столкновения с другими судами, державшими курс на восток от Поехи.

Потом под звуки армейского оркестра судно причалило, и спортсмены по одному стали спускаться со сходней; их приветствовали официальные лица, которые потом взяли участников под свою опеку.

Хэдон пребывал в возбуждении, но надеялся, что этого никто не заметит. Он был одет в свои лучшие сандалии из шкуры гиппопотама, килт из леопардовой шкуры, бронзовые латы с рельефным изображением огромного красного муравья, бронзовый шлем, украшенный перьями ястреба, и широкий кожаный ремень, на который крепились ножны; в ножнах покоился длинный с квадратным концом, слегка изогнутый меч, тену. Казалось, что на причалах прибывших ждали тысячи, и еще тысячи других на расположенных выше узких улочках надеялись хоть одним глазком взглянуть на участников Великих Игр. Они махали им руками и подбадривали. Лишь некоторые шумные пьяницы встречали свистом прибывших юношей. Не было никакого сомнения — это сторонники их соперников из других городов.

Потом события стали развиваться быстро. Представители власти взяли юношей под свою опеку из рук жрицы Симари, и затем спортсмены промаршировали через город за идущим впереди и издающим металлические звуки оркестром. Хэдон надеялся, что его представят королю и его дочери. Ничего подобного. Группа прошла мимо высоких стен из черного гранита во Внутренний Город, но спустя некоторое время стало очевидно, что прибывшие идут прямиком к своим апартаментам, расположенным вблизи колизея, где будут проходить Великие Игры. Продвигались они медленно — мешали людские толпы, бросавшие в будущих героев лепестки и пытавшихся прикоснуться к ним. Маршрут следования пролегал через расположенную на востоке коммерческую и жилую часть города, вдоль которой тянулись четырехэтажные здания из глиняного кирпича, покрытого толстым слоем белой штукатурки. Многие здания сдавались в аренду. Несмотря на то, что город Кхокарса был самым богатым в мире, в нем жило самое большое количество бедных. Без сомнения, многие пренебрегли предписанным ритуалом купанием, поскольку на узких жарких улочках ощущался сильный смрад, исходивший от немытых тел. К этому добавлялся запах от гниющего мусора на тротуарах и бочек с экскрементами, которые ждали отправки в сельскую местность для использования в качестве удобрения.

Примерно милю улица стала круто забирать вверх, и неожиданно путники оказались в районе, где располагались жилища хорошо обеспеченных и богатых горожан.

Это были большие двухэтажные дома за высокими стенами и охраняемые даже в дневное время людьми, вооруженными копьями и мечами. Здесь толпа поредела, теперь она состояла по большей части из жен богачей, их сыновей и дочерей, слуг и рабов. Хэдон увидел красивую девушку, которая заставила его сердце биться быстрее. На ней был только килт, изготовленный из превосходного льна, вышитого узором из красных и голубых цветов, на грудь спадало бриллиантовое ожерелье. Длинные светлые волосы украшал большой алый цветок. Если здесь есть еще похожие на нее девушки, думал Хэдон, он сможет с удовольствием провести свое свободное время. В тот момент он даже не мог вообразить, с какими запретами ему придется столкнуться в период тренировок.

Улица все вилась и вилась вверх, и вскоре гости оказались так высоко, что смогли смотреть вниз на Внутренний Город. Хэдон смог увидеть обнесенную рвом и стенами крепость в северо-восточном углу, скалистый холм, на котором располагались дворцы, храмы и основные правительственные здания. Выше располагалась огромных размеров башня, зиггурат[3], высота которой в настоящее время равнялась пятистам футам, основание ее охватывало полмили. Вокруг нее висело облако пыли, которая поднималась работающими здесь людьми и быками.

Улица вновь устремилась вниз; путники пересекли Дорогу Кхо, широкое выложенное каменными блоками шоссе, которое вилось от стены Внутреннего Города до крутой стороны вулкана. выше находилась сверкающая белизной могила героя Гахете, человека, который первым ступил на этот остров, а было это восемьсот лет назад. За этой могилой возвышалось плато, на котором стоял храм Кхо и рос священный дуб. Но Хэдон не мог этого видеть.

Миновали еще один богатый жилой район; его пересекал канал с перекинутым через него мостом; потом вышли на широкое поле и пред глазами предстал колизей. Сердце Хэдона забилось даже сильнее, чем когда он увидел красивую девушку-блондинку. Внутри круга из высоких гранитных стен его ждала судьба. Но сегодня он не узнает ее. Его провели в бараки, предназначенные для юношей, и выделили кровать и туалет. Хэдон с удовольствием снял бронзовые доспехи, в которых он изнывал от жары, и принял душ.