Академия чаросвет. Тень - Ольга Ярошинская

пари. Вы можете оба свалить и оставить меня в покое? – спросил Бас, не особо на это рассчитывая.

– Нет, – мотнул головой Кейден. – Я собираюсь уравнять шансы на победу. Познакомиться с тенью и показать себя во всей красе.

– Во всей сразу, может, не надо, – засомневался Фалько.

– Блондинки уже поднадоели, – продолжал Кейден. – Пора разнообразить постельный рацион. А вот и наша малышка.

Бастиан обернулся и увидел в прихожей Мэдерли, которую едва можно было разглядеть за башней из книг.

– Давай помогу, – первым сориентировался Фалько. Он метнулся к Мэди, без особого труда отобрал почти все книжки и бесцеремонно прошел в ее комнату. – О, да тут очень неплохо! – донеслось оттуда. – Бастиан, почему ты не предложил эту комнату мне?

– Потому что ты не такой симпатичный, – ответил вместо него Кейден и гибко поднялся с кресла. – Кейден Монтега, для тебя – просто Кей, – представился он и даже попытался поцеловать тени руку, но она вцепилась в оставшиеся книги как в спасательный круг.

– Я правильно поняла? – спросила Мэдерли. – Вы только что поспорили, кто первым со мной переспит?

***

Я медленно поднялась по винтовой лестнице, на каждом шагу рискуя грохнуться вместе с книжками, задержалась у двери, пытаясь справиться с ручкой, и успела услышать часть разговора. Себастиан спорил обо мне со своим другом. Тот словно сошел с плакатов о величии чаров: золотые волосы с легкой волной, высокий лоб, благородные черты и честный взгляд кристально-голубых глаз. Сразу видно – та еще сволочь.

Паузу прервал долговязый рыжий детина, которого я помнила еще из таверны.

– Хочешь, сделаю тебе коктейль? – предложил он и, вытянув руку в мою сторону, пошевелил пальцами. – Знаешь, а лучше чай. И еще парочку бутербродов. Меня зовут Фалько.

– Мэдерли, – представилась я, слегка подобрев.

Я не ела с самого утра и пока не разобралась, где тут кормят. Так что Фалько сходу вырвался вперед в гонке симпатий.

– Я не участвую в споре, – ответил он и хитро улыбнулся. – Но если ты вдруг проникнешься ко мне чувствами, возражать не стану.

– Ты посмотри, какой коварный! – оскорбленно воскликнул Кейден. – Кого мы приютили, Бас?

Если Фалько напоминал нескладного, крупного, но добродушного пса, то Кейден походил на кота – он наблюдал за мной из-под рыжеватых ресниц, вальяжно усевшись на диване, но казалось, дай слабину – тут же бросится, выпустив когти.

– Присаживайся, Мэдерли, – предложил он, похлопав по дивану рядом с собой. – Расскажи о себе. Как тебе первый день в Академии? Нужна помощь в учебе? Я бы мог позаниматься с тобой дополнительно.

– А когда я сказал, что с архитектурой света у меня явно будут проблемы, ты послал меня в библиотеку, – пробурчал Фалько. – Я тоже на первом курсе, Мэдерли. Будем учиться вместе. Чай придется подождать, заваривается.

Я кивнула и бочком прошла вдоль стены, прижимая к груди оставшиеся книжки.

– Уже покидаешь нас, Мэдерли? – встрепенулся Кейден. – А хочешь, покажу, где я живу? Я не собираюсь уступать в споре, даже не попытавшись выиграть!

Пока приятели Себастиана перебивали друг друга, сам он хранил молчание, но теперь решил высказаться:

– Нет никакого пари, Кей. Все уже решено. Усек?

Я проскользнула в комнату и быстро закрыла за собой дверь, пожалев, что на ней нет защелки.

Однако парни решили оставить меня в покое. Они приглушенно бормотали, спорили, но в итоге все стихло, и входная дверь захлопнулась. Бастиан постучал ко мне через пару минут.

– Чай стынет, – сказал он.

Поколебавшись немного, я все же вышла. Моего соседа не было видно. Зато на барной стойке ждала пузатая чашка чая и тарелка с горячими бутербродами, от которых пахло так аппетитно, что я отбросила все сомнения. Хрустящий хлеб, пропитанный подтаявшим маслом, тонкие ломтики ветчины и расплавленный сыр – идеально. А в глубокой тарелке рядом лежали крохотные помидорки, не крупнее вишни и куда слаще.

Бастиан появился, когда я все съела и собиралась улизнуть. Положил рядом со мной на барную стойку сверкающую подвеску.

– Даже не думай, что я стану спать с тобой за блестяшки, – вырвалось у меня.

– Ты удивишься, – сказал Бастиан. – Но этот артефакт в некотором роде контрацептивный.

– Мне уже выдали таблетку от залетов.

– У этой штуки действие кардинальнее, – усмехнулся Бастиан, склонившись ко мне и опершись локтями о стойку.

Он покрутил искристый медальон в пальцах, попробовал подковырнуть ногтем пару граней и вроде остался доволен. Медальон был грубоватым, но симпатичным. Ромбовидной формы, сделанный из наслоения зеркальных элементов, он напоминал сверкающую чешуей рыбку.

– Мне не нужны твои подарочки, – отрезала я.

– Как мы с тобой выяснили при первой встрече, ты очень легко поддаешься чарам, – напомнил Бастиан. – Хочешь получить защиту от чарослов, Мэдерли?

Я покусала губы и вынуждена была кивнуть.

– Это зеркальник, – пояснил он. – Артефакт, который отражает и рассеивает чары.

– Не доверяешь самому себе? – спросила я, вскинув на него взгляд.

Бастиан выпрямился и посмотрел на меня свысока.

– Я дал слово Альваро.

– Зачем тогда эта штука?

– Затем, что я не могу поручиться за всех! А за Монтегу – особенно, – раздраженно бросил он. – Использовать чарослова на территории академии запрещено. Однако, сама понимаешь – правила на то и созданы, чтобы их нарушать. На чаров слова обычно не действуют. Свет создает естественную защиту. Разве что разница потенциалов очень велика, как и вышло у нас с тобой.

– А уровень может меняться? – спросила я.

– Почему ты спрашиваешь?

Я пожала плечами. Откровенничать с ним я не собиралась. Может, мне лишь почудилось, что показатели разнились. А может, злобная ректорша специально занизила мой уровень чаросвета, чтобы поскорее выгнать меня из академии.

– Вроде, небольшие колебания возможны, – бросил Бастиан. – Так вот, секрета из твоей восприимчивости никто делать не будет. И если не хочешь к завтрашнему вечеру ублажить половину академии, то надень этот кулон и носи, не снимая.

– А откуда я знаю, что у него именно такое действие, как ты говоришь? – с подозрением спросила я.

– Просто надень кулон, Мэди! – сердито воскликнул он. – Ты ведь носишь один. Вот и повесь к нему второй.

Вздохнув, я подняла руки к шее, нащупала защелку и, повозившись с ней, сняла цепочку и положила на стойку.

– И лучше бы тебе держаться подальше от Найрин, – добавил Бастиан, продевая конец цепочки в глаз зеркальной рыбки. – Это та блондинка, с которой мы были в таверне. Мы с ней… В общем, вы вряд ли подружитесь.

– Мило, – ответила я. – Может, сразу дашь список своих бывших?

– Долго вспоминать, – ответил он. – Фалько за тобой приглядит.

Еще этого мне не хватало – цепного пса, который будет шляться за мной по пятам.