Звездные облака. Часть первая. Из Солнечной системы к ближайшей звезде - Павел Шаров

И вот, когда они, наконец, научились управлять своим телом в воздухе, им предложили прыгать с самолета. Вася прыгал рядом с ПИПом. Первым прыгал Вася, за ним – ПИП. Вася прыгнул, выровнял руками и ногами падение и, сжав рукоятку регулировки величины крыльев, почувствовал, что управлять крыльями можно руками и ногами. Через несколько секунд крылья выросли, и Вася стал парить над испытательным полем. Он обернулся и увидел рядом своего учителя ПИПа.

– Не верти головой, – сказал ПИП, – а то завертишься кувырком.

Вася делал круги над полем, а вокруг этого поля вплоть до горизонта был виден бесконечный лес, пересекаемый небольшими ручьями, которые вдруг расширялись до небольших озер. Когда до земли оставалось несколько сот метров, и Вася уже видел маленькие фигурки папы, мамы и дяди Коли, крылья сложились, стали совсем маленькими, и Вася почувствовал, как заработали три ракетных двигателя, выдувавшие в разные стороны струи воздуха.

Вася стал медленно приземляться и, когда приземлился, мама взяла его на руки, сняла с него маску акваланга и поцеловала в нос. Рядом приземлился ПИП и сам поцеловал маму в щечку.

Потом Афанасий показывал еще один способ приземления. Он прицеплял себе на спину мощный вентилятор и, управляя им, мог перемещаться в небе, куда ему вздумается. Этот вентилятор назывался мини-вертолетом. Когда Вася увидел отца в небе с мини-вертолетом на спине, он закричал:

– ПИП, ПИП, смотри, папа в Карлсона играет.

– Ну, что ты. Карлсону до папы далеко. Карлсон, он ведь только по крышам летает. А папа куда угодно улететь может.

– ПИП, а мы будем в Карлсона играть?

– Будем, будем. Только не сегодня. На сегодня хватит. В следующий раз налетаешься.

Самыми тяжелыми были тренировки по преодолению ускорения.

– ПИП, а ПИП, а что такое ускорение? – спрашивал Вася.

– А это когда скорость увеличивается или уменьшается. Помнишь, мы с тобой на машинке катались? Едем, едем, ты говоришь, побыстрей, ПИП. Я увеличиваю скорость, и тебя прижимает спинкой к сиденью.

– Помню! А когда ты быстро тормозишь, меня, наоборот, тянет вперед.

– Правильно, Вася. И, если бы не было ремней безопасности, ты бы при торможении клюнул носом в лобовое стекло.

– Как петушок?

– Может быть, и как петушок, только закукарекал бы по-другому. Да, так вот, космический корабль будет долго и сильно разгоняться, чтобы приобрести большую скорость. И тебе придется терпеть, когда тебя из-за этого ускорения прижмет к креслу. А для этого надо тренироваться на центрифуге. Это карусель, но только с одним креслом. Ясно?

– Ясно, – ответил Вася.

И тренировки начались. Васю посадили в кресло, укрепленное на длинном металлическом стержне. Другой конец стержня был укреплен к большой металлической болванке. Болванка начала крутиться, а вместе с ней и стержень с креслом, где сидел Вася. Вася в своем кресле начал делать круги вокруг болванки, как на карусели. Только эта карусель начинала крутиться все сильней и сильней. У него перед глазами сначала мелькали стены, а потом и они слились в одну серую массу. Васю сильно вдавило в кресло, и он терпел, терпел, пока это издевательство не кончилось. Он слез с кресла, голова все еще кружилась, и он, покачиваясь, еле-еле добрался до ПИПа, который привел его в чувство. А врач дядя Коля вытащил какие-то инструменты и начал ими проводить на Васиных руках, ногах и на груди какие-то измерения.

Что касается ПИПа, то ему все было нипочем. Он мог выдерживать любые нагрузки, и голова у него не кружилась. Он мог крутить ей, как веретеном, то в одну, то в другую сторону, и ему хоть бы что. А вот маме Марине было не до шуток. После этой процедуры на карусели она долго еще не могла встать на ноги. Маму все время уносило куда-то в сторону и ее приходилось поддерживать. Но Николай Иванович после врачебного исследования сказал:

– Ничего страшного, давление в порядке. Привыкнет.

Смешней всего было смотреть на Барсика и Тузика. Барсик во время испытаний сначала жалобно мяукал, а когда стало совсем невтерпеж, зашипел и пытался царапаться. После испытаний на ускорение он попытался убежать, но это у него не получилось, потому что он упал на бок и, задрав хвост, начал кататься по полу, пока не пришел в себя. Тузик тоже возмущался во время испытаний. Проезжая на карусели мимо людей, он заливисто лаял на них, а когда в глазах у него все слилось в одну серую полосу, он стал лаять на потолок. Когда испытание кончилось, Тузик, вытаращив глаза, начал бегать по кругу, потом закрутился юлой, пытаясь поймать и укусить свой хвост. Хвост все время куда-то убегал, и Тузик снова и снова делал круги, чтобы его поймать. Зато, придя домой, они вместе с Барсиком забрались в собачью конуру и выглядывали оттуда на людей в ожидании от них еще каких-нибудь неприятностей. А Вася гладил их и приговаривал:

– Ничего, потерпите, мои хорошие. Зато скоро-скоро мы полетим далеко-далеко в космос, и там всем нам будет очень интересно.

Комплекс отдыха «Коралловый»

Подготовка к межзвездной экспедиции шла полным ходом. Первый в мире межзвездный корабль, сборка которого производилась на далеком спутнике планеты Юпитер, на Ганимеде, был уже готов к отплытию в безбрежные просторы Вселенной.

Технический персонал на Ганимеде занимался тем, что обживал внутренности корабля, замечая и исправляя в нем мелкие неполадки, которые помешали бы космонавтам многие годы жить в нем и работать. Сами космонавты прошли курс тренировок и были готовы встретить особенности и трудности существования в космосе. Для подготовки к исследованию неизвестных планет оставалось только провести последние тренировки в океанских глубинах.

Место для них было выбрано между Австралией и Южной Америкой, в Тихом океане. Тренировки планировалось проводить с борта атомного межконтинентального научно-исследовательского судна «Академик». Судно должно было выйти в нужное место через три недели, и будущие космонавты решили использовать это время для отдыха неподалеку от места предстоящих тренировок.

Робот-воспитатель ПИП приобрел для Васи большой глобус, и они стали крутить этот глобус, выбирая место для летнего купанья.

– Ну, Вася, ищи, где тут Австралия.

– Вот она, внизу глобуса. Это там, где кенгуру живут?

– Правильно, а вот здесь, восточнее Австралии, много, много островов. Где-то тут и поплывет наше судно, с которого мы будем нырять в океан.

– А купаться где будем?

– Твой папа сказал, что отдыхать будем где-то вот здесь, на северо-восточном побережье Австралии. А купаться будем в Коралловом море.

– А на северном побережье холоднее, чем на южном?

– Нет, Вася, Австралия расположена в Южном полушарии Земли. А там все наоборот: на севере жарко, а на юге холодно.

– А почему наоборот?

– Почему? А ты возьми глобус и крутани его.

Вася выполнил просьбу ПИПа, и глобус закрутился.

– Видишь, Земля крутится, как юла? А теперь представь себе, что ты Солнышко, и от тебя на Землю падают лучи света и тепла. Где будет теплее и светлее?

– Наверное, вот здесь, – показал Вася туда, где перед глазами проносилась то Африка, то канал, отделяющий Северную Америку от Южной.

– Правильно, Вася. Именно здесь, потому что сюда солнечные лучи попадают напрямую.

– Ага, прямо на голову мартышкам.

– И не только мартышкам, а всем, кто там лает, мяукает, квакает, крякает и разговаривает. Так вот, а на Северном полюсе и на Южном Солнышко никогда не светит сверху. Оно всегда светит сбоку, и его лучи пролетают вскользь, мимо, почти не нагревая поверхность Земли. Вот почему на Северном и Южном полюсах всегда холод, мороз, снег и льды. А здесь, где Земля делится на Северное и Южное полушария, всегда жара. Эта линия, разделяющая северную и южную части Земли, называется экватор. Все, что ниже экватора, – Южное полушарие, все, что выше, – Северное. Чем ближе к Северному полюсу, тем холоднее. Чем ближе к Южному, тем тоже холоднее. А чем ближе к экватору, тем жарче. Так вот, северное побережье Австралии ближе к экватору, чем южное. Поэтому там и теплее. Понятно?

– Все, ПИП, понятно. Непонятно только, когда мы поедем на это северное побережье Австралии.

– Дня через два и поедем. Готовь свою четвероногую армию.

Через два дня к полету в Австралию все было готово. Афанасий взял чемодан, Марина – сумочку, Николай – большой ящик с ручкой со своим неизменным медицинским инструментом, ПИП – корзину с Барсиком в одной руке и Васю за руку – в другой. Вася взял ремешок с ошейником Тузика. Предчувствуя прощание со спокойной жизнью, Барсик и Тузик двигались к автомашине молча. Тузик озадаченно вышагивал рядом с Васей, а Барсик, выпучив глаза, торчал в корзине.

Автомашина с крышей из солнечных батарей разогналась по асфальтовой дорожке, выпустила крылья и взлетела в воздух. Тузик не выдержал и затявкал, Барсик противно заорал. ПИП дал щелбана Тузику, погрозил кулаком Барсику, и путешественники продолжали полет к аэродрому, обгоняя индивидуальные летательные аппараты с дядями и тетями, спешащими на работу, с работы и по другим неотложным делам.