Ужин с ангелами (ЛП) - Йон Ларисса

— Что случилось? — Ривер сел напротив Эрика и крикнул Харвестер: — Я в гостиной с Эриком.

В кухне что-то звякнуло.

— Сейчас приду, — ответила она. — Только смою пенис с рук.

— Захватишь бутылку пивка? — Он обратился к Эрику. — Будешь?

Эрик посмотрел на неё.

— Ты даже не поинтересуешься у неё?

Смеясь, Ривер закинул ноги на стеклянный кофейный столик.

— Я уже очень давно знаю Харвестер.

Эрик в смятении покачал головой.

— Хочешь поинтересоваться? — спросил Ривер, махнув в кухню. — Валяй.

Как и ожидалось, Эрик, всегда воин, не смог устоять перед вызовом.

— Харвестер, ты сказал, что смоешь пенис с рук?

— Ага.

— Хм… уточни.

Вновь какой-то звон.

— Хочешь, принесу тебе пиво с пенисовым соком на руках?

— Нет, я хотел…

Ривер бросил на него взгляд типа «я же говорил» и постарался сохранить невозмутимое выражение лица.

Эрик откашлялся и попробовал вновь. Глупец.

— Почему у тебя на руках пенисовый, э-э, сок?

— Для церберов Кары на предрожденчик.

— Пенисы?

Она высунула голову из-за угла.

— Знаешь, люди дают собакам эти мерзкие сушёные куски мяса? Вот я и насушила пенисы. Церберам они понравятся.

— Ты прав, — проворчал Эрик Риверу. — Не следовало спрашивать.

— Не верится, что ты сомневался во мне. — Ривер опустил ноги на пол и приступил к причине, почему Эрик тут. — С Лимос и Кейлани всё хорошо?

— Да, да, там всё хорошо. Я пришёл по делам ГРАДа… Типа того. — Он убрал телефон в карман. — Ходят слухи, что Азагот закрыл Шеул-Гра. Злобные души начали создавать проблемы. Ты можешь с ним поболтать?

Для Ривера это новости, но они с Харвестер больше времени проводили на Другой Стороне, нежели в мире людей, и могли пропустить пару сообщений.

— Посмотрю, что могу сделать.

Казалось, это успокоило Эрика.

— Давно видел Ревенанта?

Брат-близнец Ривера, Ревенант, уже месяц не появлялся, но по железно-бетонному оправданию.

— Оказалось, что управлять Адом — тяжёлый труд, отнимающий уйму времени.

— Хм, и кто бы мог подумать, да?

Ривер открыл было рот для ответа, но поток проклятий под звон сковородок и кастрюль заставил заткнуться.

Встав, Эрик почесал затылок.

— Кажется, мне пора откланяться.

И Риверу тоже.

— Тебя подкинуть?

— Раз ты предлагаешь, не откажусь.

Ещё больше проклятий донеслось с кухни, и Ривер решил, что разговор с Харвестер может подождать ещё несколько минут. Схватив Эрика за плечо, он перенёс их в дом на Гавайях, где Эрик жил с Лимос и их дочерью Кейлани. Малышка спала в манеже, а Лимос дремала на, стоящей рядом, кушетке. Ривер не хотел кого-нибудь разбудить, но задержался на минуту, чтобы насладиться зрелищем прекрасной, маленькой семьи.

Мечта Лимос осуществилась, и Ривер не мог быть счастливее.

— Оставайся на столько, на сколько хочешь, — прошептал Эрик, но Риверу нужно идти. Харвестер может не признавать это, но он ей нужен, и он всегда будет рядом.

Но когда материализовался в доме, понял, что придётся научиться уворачиваться от кастрюль.

***

Еда стекала со стен и шкафов, а красивый кафельный пол был весь в соусе и опрокинутых тарелках. По крайней мере, на кухне хорошо пахло.

— У меня не получается!

Харвестер никогда не плакала, но была так расстроена, что находилась на грани. Обуздав желание разрушить всё ещё больше, она набрала номер Сюзанны, которая ответила после второго гудка.

— Алло?

— Это Харвестер. Мне нужна помощь.

— Чем могу помочь?

— Я не умею готовить. Я разобралась с пенисами и пытаюсь приготовить кое-что, но ничего не выходит. Я ужасна. Появилась мысль заказать еду и сказать Риверу, что это я её приготовила.

Сюзанна тихо рассмеялась.

— Всё нормально. Давай помогу справиться. Что ты собиралась приготовить? Что-то с… членом? Это демоническое блюдо?

— Я делаю «Петуха в вине» и «Запечённую Аляску».

Харвестер услышала, как Сюзанна резко вздохнула.

— Дорогая, для петуха нужно мясо, а не… член.

— Я не для этого пенисы готовила. Фу. У меня есть курица.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О, хорошо. — В голосе Сюзанны звучало облегчение, но она явно не рассматривала возможности использования членов в блюдах для мести.

— Но «Петух в вине» и «Запечённая Аляска» — два очень сложных блюда. Давай, я пришлю тебе рецепты проще? И я даже обсужу их с тобой.

Харвестер ненавидела признавать поражение, но очень хотела приготовить.

— Думаю, это поможет.

— Ладно, по какому поводу ужин? Я тогда найду идеальное блюдо.

— Нет повода. Через пару недель нам придётся провести целый день со всеми его детьми на предрожденчике, и я думаю, что Ривер беспокоится, пройдёт ли всё гладко или мы поругаемся. — Главным образом, он боялся, что она может учинить неприятности. — Так что мне нужно умаслить его.

Сюзанна рассмеялась.

— Думаю, что «Шашлык из говядины с соусом Васаби Айоли» и «Шоколадные пирожные», которые мы готовили для шоу, идеально подойдут. Через пару минут пришлю рецепты.

— Здорово. Спасибо.

Харвестер повесила трубку как раз в тот момент, когда Ривер вошёл в кухню. Он остановился и огляделся с непроницаемым выражением лица.

— На тебя напала орда демонов? Или ты просто психанула?

— Демоны, — сказала она, надменно фыркнув. — Верзилы, около десятка.

— Понятно. — Вокруг Ривера вспыхнуло мягкое сияние, и мгновенно кухня стала чистой, а кастрюли и сковородки аккуратно сложены в раковине.

— Извини, — выдохнула она. — Я перенервничала.

— Знаю. — Он подошёл и обнял её. Харвестер обожала, когда он так делал. Раньше она сопротивлялась такому, но теперь знала, что утешение и опора на кого-то — не слабость. На самом деле, они почти необходимы для выживания.

— Я мог бы помочь.

— О чём ты?

Он глубоко вдохнул, словно готовясь к тому, что собирался сказать, и она напряглась.

— Я разговаривал с Михаилом. Совет Наблюдателей согласен снять с тебя полномочия Наблюдателя за Всадниками.

Она отскочила от Ривера, и гнев сотряс внутренности. Внезапно ей захотелось, чтобы кастрюли и сковородки были в пределах досягаемости.

— Они что? Что ты сделал?

— Я подумал, что, возможно, ты не рада такой работе. — Он, как бы между прочим, встал между ней и кучей посуды. — Ты всегда говоришь, что ненавидишь её, и вообще тебе не нравятся Всадники.

Гнев сменился болью и замешательством.

— Я… Мне… С чего ты взял?

— С чего? — недоверчиво спросил он. — Ты смеялась, когда наказала Ресефа такой агонией, что некоторые демоны ампутируют себе члены. Тебе нравится наказывать их.

— Нет, не нравится. — Она подняла руку, чтобы заткнуть Ривера. — Ну, может быть, понравилось ЗППП Ресефа… но брось, было весело. — Она хохотнула, прежде чем откашляться и снова стать серьёзной. Харвестер не хотела, чтобы Ривер или его дети думали, что она ненавидит их, и возможно — возможно — слишком строга с ними. — Может, ты и удивишься, — тихо начала она, — но мне не нравится видеть, как страдают Всадники, особенно если их поступок, приведший к наказанию, я одобряю. И это обычно так. Я никогда не лгу, когда говорю, что ненавижу эту работу. Правила дурацкие.

Ривер недоумённо свёл брови.

— Зачем ты тогда продолжаешь их наказывать?

Действительно, зачем? Она постоянно над этим думала. Сначала считала, что из ревности, потому что всадники не её дети. Хотя должны быть её. Ривер же обрюхатил суккуба и всё испортил. Позже Харвестер поняла, что не чувствовала необходимости находится рядом, не потому что они ей не нравились, а потому что она их любила. Просто ей трудно в этом признаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Харвестер? — надавил Ривер успокаивающим тоном, который всегда выводил её из равновесия и побуждал говорить правду. Хотя она в том не сильна. Но Ривер заслужил это, поэтому она закрыла глаза и раскрыла эмоции.