Исцеление - Рини Эйкомб

Не так хорошо, как ты, мрачно подумала Элис, которая до утра проворочалась в постели, воображая, как ее новый шеф в это время ласкает свою возлюбленную. Однако ночь любви ничуть не отразилась на Кальсаде. Он был свеж как огурчик и на работу явился в элегантном, стального оттенка костюме, рубашке в тон и шелковом галстуке. Данное обстоятельство почему-то возмутило Элис сильнее всего.

Сама она была вконец измучена необходимостью лгать, ревностью и воображаемыми картинами объятий Мигеля Кальсады с какой-нибудь страстной испанкой.

– Вам звонила дама по фамилии Реалес, – сообщила Элис ледяным тоном. – Она сердится, что вы утром ушли, даже не поблагодарив ее.

– А, Элена! – мечтательно улыбнулся Мигель, совершенно не заботясь о том, что его личная жизнь становится общественным достоянием. – Ладно, позже поблагодарю. А сейчас нам предстоит одно дело, которое… – Он вдруг умолк, словно вспомнив о чем-то, и окинул Элис подозрительным взглядом. – Вы давно пришли?

– Минут пять назад, – спокойно ответила та, радуясь про себя, что так хорошо рассчитала время, чтобы успеть до появления Кальсады извлечь из сейфа бумаги Роберта. До официального начала рабочего дня оставалось еще полчаса. Таким образом, новый шеф едва не поймал ее за руку у вскрытого сейфа! – Вы чем-то недовольны, сэр?

Кальсада в ответ лишь сердито засопел. Его хорошее настроение вмиг испарилось.

– Зайдите ко мне! – холодно приказал он.

– Слушаюсь, сэр, – ответила Элис, с удовольствием позволив себе легчайший оттенок издевки.

Кальсада вполголоса пробормотал под нос нечто маловыразительное, но весьма похожее на ругательство, после чего удалился в кабинет, с силой хлопнув дверью.

Элис скорчила рожу ему вслед. Затем не спеша встала из-за стола, поправила блузку и легкую полотняную юбку очень скромной длины – до середины колена. Волосы Элис сегодня аккуратно заколола на макушке, а макияж на лицо нанесла почти незаметный. Все это было проделано для того, чтобы шикарному Мигелю Кальсаде даже в голову не пришло, что она ожидает развития вчерашних ситуаций. Хотя сама-то Элис знала: эти ухищрения не более чем защита. Впрочем, чего кривить душой, была у нее и подспудная мысль: заставить Кальсаду заинтересоваться, что же прячется под невыразительной внешней оболочкой.

Собственно, именно это Мигель и сделал, едва Элис Слейтон переступила порог кабинета. Кальсада невольно задержал на ней взгляд. Ее волосы красиво поблескивали, кожа отливала жемчужным сиянием, в движениях сквозила врожденная грация, а небесно-голубые глаза сражали наповал.

Эта женщина рождена не на земле, угрюмо констатировал Мигель. Она сделана изо льда, пламени и ведьмовского колдовства. Один лишь взгляд на нее порождает совершенно дикое, примитивное желание. Хочется схватить ее в объятия и зацеловать до бесчувствия.

И что самое главное – она это прекрасно осознает. Посмотрите на нее! В глазах пляшут чертики, подбородок гордо поднят: ну-ка попробуй подступиться!

– Офис следует перенести в другое место, – брякнул Мигель неожиданно для себя самого. Еще секунду назад он ни о чем таком не помышлял. Единственное, что не давало ему покоя, это необходимость убрать Элис из офиса, пока ее цепкие пальчики не проникли в сейф Роберта. Кальсаду сильно выбило из колеи то обстоятельство, что секретарша явилась на работу раньше него. Он действительно потерял клочок бумаги, на котором Боб написал комбинацию цифр, и ему не улыбалась перспектива четыре долгие недели шпионить за Элис и охранять от нее сейф. Но раз уж разговор принял такой оборот, то оставалось лишь поскорее придумать повод для переноса рабочего места.

– Что? – переспросила Элис, словно с ней говорили не по-английски.

Если бы это было во власти Мигеля, он закрыл бы ее прелестный рот своими жаждущими губами, а сам тем временем нашелся бы с ответом.

– Мне не очень удобно работать здесь. Трудно руководить одновременно и вашей компанией, и своей, – принялся Кальсада импровизировать. – Вы сами вчера были свидетелем тому, сколько времени у меня ушло на телефонные переговоры. Лучше бы я эти пару часов использовал на исправление того, что натворил здесь Роберт.

Заявление нового шефа сильно встревожило Элис.

– А… что у нас не так? – осторожно поинтересовалась она.

– Все! – отрубил Мигель, думая в эту минуту о том, что у мисс Слейтон даже не накрашены губы. Неужели она догадалась, что он терпеть не может привкуса губной помады? – Достаточно даже той толики информации, которую я извлек вчера, чтобы понять: компания дышит на ладан. – Элис удивленно заморгала, а сам Кальсада с сожалением поморщился, потому что его слова отчасти содержали правду. – Бизнес Роберта требует модернизации, и причем скорейшей.

– Но не вам это решать! – запротестовала Элис. – Вы не имеете права вмешиваться в дела Роберта!

– Я могу делать все, что захочу, мисс Слейтон, – надменно возразил Мигель. – Мне принадлежит сорок девять процентов акций, не забыли? Я сюда столько денег вложил! А Боб лишь кормит меня обещаниями…

– У него был трудный период. Он потерял дочь…

– Знаю. – Лицо Кальсады посуровело. Лучше бы Роберт лечил горе работой, а не шашнями с секретаршей, даже такой красивой, как Элис. – Личные трагедии не должны отражаться на бизнесе.

– И что же вы намерены предпринять? – Элис готова была растерзать этого бесчувственного чурбана на части.

– Привезти сюда команду собственных специалистов. – Мигель посмотрел на наручные часы. – Они прилетят ближе к вечеру и пробудут здесь месяц. Этого срока хватит для переучивания вашего штата. Кстати, Дора Крэш в курсе всех дел. В данный момент она летит в Мадрид, в мою штаб-квартиру, чтобы пройти курс повышения квалификации.

– Мне казалось, ваша резиденция находится в Барселоне, – удивленно пробормотала Элис, тем самым застопорив полет мысли шефа.

– О чем это вы? – нахмурился тот.

– Да так, ничего особенного. Просто Роберт как-то раз упомянул, что… – Элис не договорила, заметив странную перемену в лице Кальсады.

– Роберт? Интересно… И что же он вам рассказывал?

Элис слегка растерялась.

– Помнится, он обронил фразу, что вы живете в Барселоне, что там находится ваш дом… Очень красивый…

Последним замечанием Элис явно хотела загладить возникшую неловкость, однако потерпела в этом неудачу.

– Вот, значит, как. Выходит, вы с Бобом обсуждали меня. Милые у вас разговорчики! Может, как-нибудь сядем рядком и сравним, что Боб говорил вам про меня, а мне про вас?

Он заметил на лице Элис бледность, вызванную его словами, но одна лишь мысль, что Роберт запросто судачил о нем со своей пассией, заставляла сжиматься челюсти.