Исцеление - Рини Эйкомб

А ведь прежде ни один мужчина не порождал у Элис столь бурных всплесков фантазии. Так почему же это удалось Мигелю Калъсаде, наименее подходящей персоне из всех, кого только она могла выбрать?

– Дайте-ка я помогу…

В поле зрения Элис появилась пара черных туфель. Затем он опустился на одно колено, и Элис непроизвольно скользнула взглядом по внутренней стороне его бедра. Заставив себя отвести глаза, она неуклюже взялась за очередной листок и встретилась со смуглой рукой шефа, который секундой раньше сделал то же самое.

Их пальцы соприкоснулись. В тот же миг в руку Элис ударил электрический ток такой силы, которая вполне могла сбить с ног. Она ахнула, вздернула голову, и ее голубые глаза встретились с черными. Оба замерли, не разнимая рук, не отводя глаз, не притворяясь более друг перед другом.

Сейчас же прекрати эти глупости, раздался в голове Элис голос здравого смысла. Так нельзя, это опасно, ты потом пожалеешь!

Но он до того красив, что перед ним невозможно устоять, прошептал другой голос. Под воздействием этой красоты она даже подалась поближе к Кальсаде, к его притягивающим как черный омут глазам…

Где-то далеко-далеко зазвонил телефон. Да нет же, это рядом, в приемной. Вот оно, спасение! Видит Бог, как Элис нуждается в нем!

Вмиг вернувшись к реальности, она отдернула руку и поднялась на ноги. Затем выбежала в приемную, оставив за спиной стоящего на одном колене Кальсаду, чей взгляд впитывал каждое ее движение.

Звонок оказался внутренним, одному из сотрудников понадобилась справка, и Элис дала ее, стараясь говорить так, чтобы голос не звучал как у пьяной. Когда она вернулась в кабинет, папки оказались собранными и покоились на кофейном столике. Кальсада уже углубился в содержание одной из них.

– Идите сюда и сядьте рядом, – велел он без малейшего намека в голосе на то, что только что произошло между ними.

Элис подошла, все еще чувствуя слабость в коленях, и опустилась на диван, расположенный по другую сторону кофейного столика.

– Да нет же! Садитесь рядом со мной, чтобы мы могли вместе просматривать бумаги.

Вместе, мысленно повторила Элис. Какое провоцирующее, искушающее слово! Она осторожно присела рядом с Мигелем.

– Кофе? – предложил шеф.

– Спасибо, я не пью кофе, – вежливо отказалась Элис.

Кальсада насмешливо поднял бровь. Вероятно, его веселила внезапно появившаяся в манерах собеседницы робость.

– Как, совсем?

– Ну разве что иногда, после ужина, – пожала Элис плечами. Она решила воспринимать каждое произнесенное Кальсадой слово с невозмутимостью, не замечать скрытых намеков и не выходить за рамки отношений «босс – секретарша».

– Выходит, вы чаевница, – констатировал он, откладывая в сторону одну страницу документа и берясь за другую.

– Вообще-то я предпочитаю чистую воду.

– Женщина с неприхотливыми вкусами?

– Именно.

– А сейчас, – продолжил Кальсада деловым тоном, – объясните мне, почему ваша фирма пользуется услугами рыночных экспертов, в то время как поставляемые вам товары не нуждаются в рекламе…

Заглянув в листок, Элис пояснила, что фактически с компанией сотрудничает только один эксперт.

– Это однокашник Роберта. Они постоянно поддерживают отношения.

– Вот оно что, – поморщился Кальсада. – Боб ведет дела в ущерб себе? Ну-ну…

К средине рабочего дня он обнаружил еще множество подобных промашек, и Элис поняла, что имеет дело с трезво мыслящим, наделенным острым логическим умом человеком. Особенно четко эти качества проявлялись, когда речь заходила о бизнесе. Кальсада сделал при Элис несколько телефонных звонков, и у нее сложилось впечатление, что его собственные сотрудники не сомневаются: где бы шеф ни находился, он в курсе всех событий и держит все под контролем. Несмотря на то что телефонные переговоры велись по-испански, Элис различала, когда Кальсада разговаривал со своей секретаршей, потому что его тон становился более жестким, командным. Но, даже не понимая ни слова, она хмелела от иностранной речи, напряженность ее улетучилась, сменившись теплым, нежным чувством некоего… Стоп! Кажется, все начинается сначала! Тряхнув головой, Элис взяла себя в руки. К пяти часам дня все папки были раскрыты и лежали вокруг. У Элис уже начали проявляться первые признаки усталости, но Кальсада был свеж и энергичен, будто его питала внутренняя динамо-машина. Вскоре раздался еще один звонок. Разговор тоже шел по-испански, однако на этот раз голос Кальсады был нежен, интимен, насыщен чувственными обещаниями. Так можно было говорить только с возлюбленной.

Элис внезапно сникла, словно получив удар под ложечку. Выходит, у Мигеля Кальсады есть женщина!

Ну и ладно. И очень хорошо. Что в этом особенного? Наоборот, радоваться нужно: новому шефу есть на кого направить свое обаяние.

Однако как Элис ни успокаивала себя, внутри у нее все кипело от ревности и негодования. И чем более хриплым и нежным становился голос Кальсады, тем сильнее Элис разбирала злость. Самое подходящее время уйти, решила она, принимаясь с остервенением складывать папки одна на другую. Этот шум привлек внимание Мигеля. Он обернулся, когда Элис уже шла к двери.

– Собрались куда-то? – догнал ее тихий вопрос. Задавая его, Кальсада прикрыл микрофон ладонью.

– Уже поздно. Мой рабочий день окончен, – отрезала Элис и вышла, плотно закрыв за собой дверь кабинета. Она и не подозревала, что Кальсада кладет трубку на рычаг с триумфальной улыбкой на лице.

Попалась! Мисс Слейтон попалась! В знак благодарности Мигель даже погладил телефон. Потом улыбнулся еще шире, вспомнив, как Элена, жена его лучшего друга Фелипе, с которой он только что беседовал, со смехом пригрозила пожаловаться мужу, если Мигель не прекратит разговаривать с ней таким интимным тоном.

Телефон издал трель. Кальсада снял трубку, заранее зная, кто находится на том конце провода.

– Фелипе, в любви и на войне все приемы дозволены! – заявил он, прежде чем друг успел произнести хоть слово. – Но сейчас я сражаюсь не с тобой и не с Эленой…

3

– Буэнос диас, мисс Слейтон! – Кальсада бодро вошел в приемную на следующее утро. – Здравствуйте! Надеюсь, вы хорошо провели вечер и неплохо отдохнули, чтобы начать новый рабочий день?

Не так хорошо, как ты, мрачно подумала Элис, которая до утра проворочалась в постели, воображая, как ее новый шеф в это время ласкает свою возлюбленную. Однако ночь любви ничуть не отразилась на Кальсаде. Он был свеж как огурчик и на работу явился в элегантном, стального оттенка костюме, рубашке в тон и шелковом галстуке. Данное обстоятельство почему-то возмутило Элис сильнее всего.