Миссия в ад - Дэвид Балдаччи

и все, что там происходит. Я сильно подозреваю, что там произойдет «инцидент», в результате которого мы оба погибнем.

– Ну, если мы будем там вдвоем, ему придется приложить вдвое больше усилий, чтобы разделаться с нами.

– Он это сможет.

– Тебе не помешало бы немного оптимизма.

– А тебе не помешало бы вытащить голову из задницы.

– Я так и сделаю, Джессика.

– А что насчет Джули? Просто бросишь ее?

– Нет, я сделаю все возможное, чтобы выбраться оттуда и снова ее увидеть. Но у меня есть работа. И я в ней хорош. И собираюсь дальше ею заниматься. А одновременно жить нормальной жизнью – насколько это возможно, пока я ею занимаюсь.

– Это невозможно, и ты, черт побери, это знаешь.

Он покачал головой:

– Тебе правда надо поработать над формированием позитивных взглядов. Единственное, что я знаю наверняка, – завтра мне надо ехать. Так что просто отвези меня назад к моей машине. Я должен собрать вещи и хоть немного поспать.

Она высадила Роби возле его машины. Пока он вылезал, Рил бросила напоследок:

– Ты самый утомительный тип из всех, кого я встречала в жизни.

– Тебе надо побольше общаться с людьми.

Она фыркнула, но потом, несмотря на раздражение, улыбнулась:

– Зачем на самом деле ты это делаешь?

– Просто вспомни дождь, Джессика. То, что я тогда сказал, остается в силе.

– Что ты всегда будешь на моей стороне?

– Как ты понимаешь, сделка не односторонняя. Того же я жду от тебя. Только так мы сможем выжить. – С этими словами он захлопнул дверцу.

Глава 7

Эван Такер смотрел на нее через стол. Они находились в ЦОСИ в Лэнгли. Технически Лэнгли и был одним сплошным ЦОСИ, или Центром обработки секретной информации, но Такер стал чуть ли не параноиком и потребовал дополнительной защиты от любопытных глаз и ушей в замочных скважинах.

За прошедший месяц он еще раздался в талии и заметно поседел. А после встречи с президентом в Оперативном штабе как будто постарел на несколько лет.

Аманда Маркс спокойно встретила его взгляд.

– Значит, дело на мази? – спросил Такер. – Я сказал президенту, что да.

– Они оба дали согласие, так что я подтверждаю – мы начинаем.

– Как будто у них был выбор, – пробормотал Такер.

– Вообще-то был. Пусть и не огромный.

– И вы приглядите за ними – так, на всякий случай. Они скользкие, Маркс, поверьте мне. Знаю по собственному опыту.

– Уверена, это так, сэр. Признаться честно, сегодня вечером мы ненадолго потеряли их. Похоже, они хотели перекинуться парой слов наедине.

Такер подскочил на стуле.

– Вы их потеряли? – воскликнул он.

– Временно, директор. Потом они разделились, и мы восстановили наблюдение. Роби у себя в квартире, а Рил остановилась в отеле.

– Больше такого не допускайте. У вас карт-бланш в том, что касается денег, которые вы можете швырять в эту крысиную нору, Маркс. Делайте все, что нужно. Только не потеряйте их опять.

– Поняла. Могу я задать вам вопрос, директор?

– Слушаю.

– Каких именно результатов вы ждете?

– Они же едут в Пекло.

Маркс кивнула, скрестила ноги и положила руки на колено.

– Это я понимаю. Но какова цель их пребывания там?

– Прогоните их через ад. Настоящий ад. Я хочу убедиться, что они по-прежнему в форме. И я говорю не просто о том, чтобы стрелять в цель или надирать людям задницы. Глядя на их послужные списки, я не сомневаюсь – тут они любому сто очков вперед дадут. Но это не должно стать для вас основанием, Аманда, чтобы дать им послабление. Ни на йоту!

– Можете быть уверены, послаблений не будет. Я два года работала тренером в Пекле. Я никому не даю спуску, в первую очередь самой себе.

– Больше всего меня заботит, – начал Такер, – что происходит вот здесь. – Он постучал пальцем по виску. – Вы в курсе, что сделала Рил?

– Мне известно предположение.

– Это не предположение! – рявкнул он. – А факт. И она созналась.

– Да, сэр, – быстро вставила Маркс.

– Роби послали за ней, но он не подчинился приказу и объединился с Рил. При любом другом сценарии они оба сидели бы сейчас в тюрьме. Черт возьми, Рил следовало казнить за измену.

– Я понимаю, сэр. Но люди, которых она убила, они ведь тоже были предателями?

– Их вина не доказана. Это как раз предположение, причем основанное на куда менее надежной информации.

– Прошу прощения, но я говорила с СПНБ Поттером и…

– Поттер только вступил в должность и понятия не имеет даже, где в Белом доме гребаные туалеты! Он советник по национальной безопасности, Маркс. И работает на президента. А вы – вы работаете на меня.

– Безусловно, – подтвердила она. – Что возвращает меня к вопросу: чего мы хотим добиться в Пекле?

– Если они его пройдут, то получат задание, которое в настоящий момент прорабатывается. Миссия миссий, и я должен знать, что они готовы к ней, потому что права на ошибку нет.

Она посмотрела на него с любопытством:

– У нас много команд, обученных для миссий подобного рода.

– Я сообщил президенту, что мы готовим для нее Роби и Рил. Поэтому так мы и сделаем.

– Значит, вы хотите, чтобы они прошли Пекло, сэр?

Такер хитро покосился на нее:

– Я тут ничего не решаю. Они либо пройдут, либо нет. Все зависит от них.

– Как скажете, сэр.

Такер снял очки, положил их на стол и потер глаза:

– Но раз уж мы говорим откровенно, вы должны поставить их на самую грань. И не останавливаться на этом. Если сможете сломать их, сломайте. Потому что в этом случае в поле они мне не понадобятся. Не подойдут для этой миссии. И в дело вступит Команда Б.

– «Если» здесь не подходит. Я могу сломать кого угодно, директор.

– Одна из причин, по которым я выбрал вас.

– И сделали своим заместителем?

– Верно. – Он опять постучал пальцем по виску, потом приложил ладонь к груди. – Вот что имеет значение, Аманда, – голова и сердце. Если они не с нами, не со мной, то они против нас. Против меня. Я не могу позволить своим агентам срываться с катушек; и мне плевать, что у них за причины и оправдания. Срывы приводят к международным инцидентам. Международные инциденты могут вовлечь эту страну в ненужные конфликты. Только не в мою смену!

– Но, похоже, они старались избежать как раз такого международного инцидента, – заметила Маркс. – И у них получилось. Думаю, именно поэтому у них такие влиятельные союзники, начиная с человека в Овальном кабинете.

– Я это знаю, спасибо. Но сегодняшний друг завтра