Миссия в ад - Дэвид Балдаччи

и крепкая, что указывало на силу, превосходящую внешние параметры.

Заместитель директора Аманда Маркс. Она пожала им обоим руки, Роби и Рил обменялись изумленными взглядами.

– Благодарю, что оба явились по первому требованию.

Рил заметила:

– Будь у меня выбор, я бы воздержалась. Но четверо парней, которых вы прислали за мной, не оставили мне других вариантов.

– Тем не менее я ценю вашу готовность к сотрудничеству, – сухо отрезала Маркс.

Роби сказал:

– Я думал, после последнего задания нам положен перерыв.

– Он был и уже закончился.

– Значит, новая миссия? – неуверенно спросила Рил.

– Пока нет, – ответила Маркс. – Будем двигаться постепенно.

– Что это значит? – спросила Рил.

– Что вам обоим требуется… я назвала бы это калибровкой.

Роби и Рил снова переглянулись. Он сказал:

– Калибруют обычно инструменты.

– Вы и есть инструменты. Нашей организации.

– И почему же нам нужна калибровка? – поинтересовалась Рил.

До этого Маркс избегала встречаться с ними глазами, даже когда пожимала им руки. Она смотрела или вниз, или им через плечо. Это обескураживало, но тактика была знакома и Роби, и Рил.

Теперь же Маркс уставилась прямо на них. Роби понял, что перед ним глаза человека, успевшего в свое время посидеть за дальнобойным снайперским прицелом.

– Вы действительно собираетесь тратить мое время и задавать подобные дурацкие вопросы? – произнесла она низким ровным голосом. Прежде чем кто-нибудь из них успел ответить, Маркс сказала: – Вы оба пошли против нас. – Она повернулась к Рил: – Вы убили одного из наших аналитиков и мою предшественницу. – Она перевела взгляд на Роби: – А вы помогли ей и защитили ее после того, как вас отправили ее устранить. И, с учетом этой ситуации, нам пришлось принимать решение: ликвидировать вас или реабилитировать. Выбор склонился в пользу реабилитации. Не скажу, что я согласна с этим решением, но мне предстоит его реализовать.

– Отчасти, видимо, потому, что мы получили от ЦРУ наивысшую награду, – вставил Роби.

– Поздравляю, – хмыкнула Маркс. – У меня в шкафу тоже такая есть. Но это давно в прошлом. Сейчас меня беспокоит только настоящее и будущее. Ваше. Вам сделано небывалое предложение. Есть люди, которые отчаянно хотят, чтобы вы облажались и в действие вступил другой план.

– Могу угадать, кто в их числе, – сказала Рил. – Ваш босс, Эван Такер.

– Но есть и другие, которые надеются, что вы преуспеете и снова станете эффективными членами нашей организации.

– А в каком лагере вы? – спросил Роби.

– Ни в каком. Я – Швейцария. Я буду заниматься вашей реабилитацией, но результат полностью зависит от вас. Мне все равно, куда все пойдет. Вверх, вниз или наперекосяк. Мне это безразлично.

Рил кивнула:

– Вы нас успокоили. Но вы отчитываетесь непосредственно перед Эваном Такером.

– В том смысле, что все здесь отчитываются непосредственно перед ним. Могу уверить вас, что вам будет предоставлена полноценная и справедливая возможность реабилитироваться. Справитесь вы или нет – зависит от вас.

Роби сказал:

– Все-таки чья это идея? Если Такера, я не представляю, как возможность может быть справедливой.

– Не вдаваясь в детали, могу вам сказать, что компромисс был достигнут на самом высоком уровне. У вас влиятельные друзья, мистер Роби. Вы понимаете, кого я имею в виду. Но есть и не менее влиятельные силы, действующие против вас обоих. – Она поглядела на Рил: – Люди, которые хотят вашей казни – за то, что вы натворили в прошлом. Остановите меня, если я выражаюсь недостаточно ясно.

Роби и Рил промолчали.

Она продолжала:

– Эти силы схлестнулись – и результатом стал компромисс. Реабилитация. Сделать или умереть. Выбор за вами. Предложение щедрое, на мой скромный взгляд.

– Не думаю, что кто-то мог перевесить президента, – заметил Роби.

– Политика – грязный, безжалостный бизнес, агент Роби. По сравнению с ней даже разведка кажется достойным делом. Конечно, президент – двухсоткилограммовая горилла, но в игре участвуют и другие крупные звери. Кроме того, у президента есть собственная повестка, которую он продвигает, а это означает, что ему приходится идти на сделки. В большой схеме вы с агентом Рил не столь важны, чтобы не использовать вас как разменную монету в своей игре. Несмотря на ваши медали. Вы понимаете?

– И что конкретно означает реабилитация в данном контексте? – спросил Роби.

– Начнем с самого начала. Вы пройдете оценку – во всех возможных смыслах. Физическом, психологическом и интеллектуальном. Мы как следует покопаемся у вас в голове. Нам надо убедиться, что в поле вы не подведете.

– Я думала, мы доказали это в Сирии, – вмешалась Рил.

– К компромиссу это не относится. То был единичный случай, но и тогда вы не последовали приказам.

– Ну, если бы мы им последовали, то оба были бы мертвы, – напомнил Роби.

– Еще раз: меня это не волнует. Из-за того, что вы не последовали приказам, происходит то, что происходит сейчас.

Она включила свой планшет и застучала по экрану. Роби заметил, что ее ногти подстрижены очень коротко и на них нет ни следа лака. Снова у него перед глазами встал образ снайпера.

Она подняла на него глаза:

– Вы получили серьезные ожоги руки и ноги. – Она глянула на Рил: – По ее вине, хотя никто ей этого, конечно, не предъявляет. Как они сейчас?

– Никуда не делись.

– Не очень хорошо, – сказала Маркс. – Дальше, вы оба спрыгнули с движущегося поезда. Уверена, это было весело.

– Гораздо веселей, чем альтернатива, – ответила Рил.

Маркс продолжала:

– Вы потеряли нескольких друзей в ходе этого… скажем так, приключения. Понимаю, вы вините агентство в их смерти.

– Ну, часть вины действительно на нем. Не представляю, на кого еще ее можно свалить.

– Чтобы успешно реабилитироваться, вам придется забыть об этом, – отрезала Маркс. Она опять посмотрела на Роби: – Вас послали за Рил. Вы нашли ее, но не остановили. Вместо этого вы с ней объединились против агентства и его приказов.

– Я следовал своей интуиции и оказался прав.

– Еще раз: в процессе реабилитации вам придется решить, на чьей вы стороне, Роби. В следующий раз интуиция может вас подвести. И куда это заведет вас и контору? – Она не стала дожидаться ответа и продолжила: – Реабилитация будет нелегкой для всех нас. Я буду с вами на каждом этапе. Вы можете в любой момент выйти из программы.

– И что тогда? – быстро спросила Рил.

– Против вас будут приняты соответствующие меры.

– То есть я предстану перед справедливым судом, защищенная презумпцией невиновности? – поинтересовалась Рил.

Маркс пронзила ее взглядом:

– Я не сказала юридические меры, не так ли?

– То есть «сделай или умри», так? – встрял Роби.

– Называйте это как хотите. Но выбор исключительно за вами. И каков же он?

Роби и